Глава 5
В целом дома было гораздо лучше. Меня наконец-то оставили в покое, по большей части. Пару раз пришлось вызывать полицию, так как репортеры тайком проникали к нам на задний двор и слонялись под окнами. Я удалила аккаунты в соцсетях и не подходила к телефону. Также не было докторов и медсестер, которые постоянно контролировали моё состояние. Но всё же мне не хватало хороших обезболивающих.
Мама вернулась на работу после того, как я несколько дней уверяла её, что со мной всё в порядке. Она работала на стойке регистрации в отеле около озера. Год назад, когда мне исполнилось 16, она начала брать ночные смены. Одна из причин — они оплачивались выше, и другая, я думаю, такие смены были тише. Учитывая новые обстоятельства, она решила работать днём, чтобы я не оставалась в доме одна на ночь. Но и здесь мне удалось переубедить её.
Дома я могла есть, что захочу, или слоняться без дела. Рядом не было никого, кто бы мог осудить. Всё же я не смотрела телевизор и не заглядывала в интернет, кроме нашего с мамой традиционного просмотра сериалов по воскресеньям. В прошлом году это был «Нэшвилл», в этом — «Сотня». Я не скучала по соцсетям, учитывая, в какую помойку они превратились. Мне не хватало заботы и энергии, чтобы справляться со всем. Но зачем они нужны, если у тебя есть кровать, идеально стоящая под окном спальни, и можно любоваться небом? Когда мне не спалось, я считала звезды или наблюдала за Луной. На Луне все тихо и спокойно без людей. Единственный недостаток сейчас — то, что я зациклилась на произошедшем и не могла сконцентрироваться на чтении. Книги глазели на меня со своих полок. Периодически я начинала читать, но слова расплывались и мысли вылетали из головы. Было достаточно, что моя лучшая подруга предала меня, так ещё и мои книги тоже покинули меня. Это был полный отстой.
Все фотографии с Джорджией были сняты и выброшены. Годы дружбы вылетели в трубу. Я чувствовала злость и растерянность, совершенное и абсолютное одиночество.
Я заметила, что, когда звонил телефон, я скидывала любой звонок. К счастью мне и разговаривать было не с кем, да и не особо хотелось. Когда стучали в дверь, я притворялась, что спала, или не открывала дверь. Мама нашла для меня психотерапевта, но и здесь мне удалось выкрутиться. Я так тщательно собрала себя и свои мысли после произошедшего, но психиатр мог вновь разворошить это «осиное гнездо».
Постепенно синяки пожелтели и позеленели. Боже, когда же я уже забуду о ребрах. До сих пор любое движение причиняло боль. Осталось только ждать, когда они заживут. Уродливый шрам — награда от Криса — разделяющий правую бровь на пять сантиметров, зажил.
Несмотря на мои лучшие попытки игнорировать всех, время шло. Через пару недель должен начаться учебный год. В реальной жизни, если вы не хотите убежать и жить в лесу, рискуя быть съеденным медведями, некоторые вещи просто неизбежны.