5 ДОМ ТЕНЕЙ
Керриган не могла перестать пялиться, пока они приближались к деревне. Тропа была обманчиво длинной. Больше пространства, чем она думала, но свобода не ощущалась. Она старалась скрывать эмоции, пока они поднимались по мощеным ступенькам и проходили в деревню.
— Деревня называется Кавор, — сказал Фордхэм. — На древнем языке фейри это…
— Певчая птица, — сказала она.
Он удивленно посмотрел на нее.
— Да. Не думал, что ты хорошо знаешь древний язык фейри.
— И не знаю, но… — она сделала паузу и вздохнула. — Мой отец звал меня его маленькой кавор де тиери, когда я была очень маленькой.
— Маленькая рыжая певчая птичка, — перевел Фордхэм. Он поднял руку, словно хотел коснуться ее спутанных рыжих волос, но передумал и опустил руку. — Я не слышал еще, как ты поешь.
— Это была шутка, — сказала она. — Я не могла петь вообще. Он говорил, что я пугала всех птиц своим воем.
Настоящая улыбка проступила на лице Фордхэма. Он словно забыл на миг, где они были. Он быстро убрал ее и повернулся вперед. У них обоих было сложное детство. Их отцы не получили бы награды. Это их могло их связать, но он скрыл свое изгнание и гнев своего отца.
Они заходили глубже в Кавор, жители появлялись из — за каждого угла. Их глаза становились огромными при виде принца среди них. Группа женщин, стирающих белье, сделала низкие реверансы, когда он приблизился. Девушка не старше Керриган смотрела на него с балкона на втором этаже с открытым желанием. Группа детей фейри, еще слишком маленьких, чтобы у них выросли острые уши, хихикала неподалеку, бегая на их пути.
— Не мешайте принцу! — крикнула их мать увела их внутрь.
Фордхэм был непоколебим. Керриган не знала, как он это делал. Она хотела поймать эти комочки радости и поблагодарить их за теплый прием. Но это был не ее двор. У нее уже не было двора.
Когда они дошли до площади с трехуровневым фонтаном в центре, женщина вышла из толпы, собравшейся там, и протянула ему черную розу.
— Мы рады вашему возвращению, ваше королевское высочество.
Фордхэм кивнул ей, но не стал брать цветок. Керриган улыбнулась женщине и взяла цветок за него. Женщина прижала ладонь к груди и быстро попятилась.
— Идем, — рявкнул он ей.
Его голос лишился нежности, к которой она привыкла. Она сделала что — то не так, приняв цветок? Это не казалось оскорблением.
Но Керриган не знала обычаи, и Фордхэм не подготовил ее к этому. Она убрала черную розу в сумку и поспешила за ним. Они добрались до края деревни, и она решила, что уже можно было спросить.
— Мне не стоило брать цветок?
Он покачал головой.
— Все в порядке. Я не мог его взять.
— Почему?
Он все еще смотрел вперед на густой лес, который тянулся до гор.
— Мне придется сохранять во всем этом определенный облик, Керриган, — сказал он, его лицо было каменным. — Тебе может это не понравиться.
Она сглотнула и кивнула. Цветок был наименьшей из ее проблем.
— Мы идем туда?
— Да, двор находится в горе. Там ты будешь как дома.
— Он сделан по подобию горы Драко?
— Он появился куда раньше горы Драко, — сказал он ей. — Когда драконы впервые приземлились в Аландрии, они отправились не на юг, где долина, в которой ты живешь. Они поселились на Нинэве, которую теперь зовут Святой Горой, и соседней вершине, Равинии, — он указал вперед. — Это Равиния.
— Я не слышала историю с такой стороны.
— Ясное дело. Драко теперь — центр власти Общества. Они не хотят, чтобы кто — то думал, что власть когда — то находилась не там.
Всего пару недель назад она не поверила бы этому. Но после всего, что творилось теперь в Обществе, она была уверена, что такое было возможно. Власть портила, абсолютная власть портила абсолютно.
Тропа пересекала лес по прямой, вела к открытому лугу с высокой травой, на другой стороне луга лежала брешь в горе. Тропа на лугу была пустой. Ни души не было перед жутким входом.
— Я бился на этих полях, — сказал ей почти рассеянно Фордхэм. — Убивал на этих полях.
— Похоже, кровь давно тут не проливалась.
Он бросил на нее взгляд.
— Надеюсь, так и продолжится.
Страх проник в нее, но она ничего не могла поделать с этим. Она еще ни разу не была так долго вдали от дома. Ни разу с детства. И она шла в явную опасность. Тревога пронзила ее.
Но слова Сирены вернулись к ней, как было всегда, когда она боялась. Сирена победила на турнире драконов пять лет назад, она была первой, которая увидела, какая Керриган на самом деле. Ее наставница и подруга. Когда она сказала Сирене о своем страхе, Сирена сказала ей, что все боялись, но те, кто овладел страхом, творили великие дела.
Керриган подняла голову и пошла вперед. Страх не сдержит ее. Она была способна на все.
Ветер подул над лугом, трепал ее волосы. Она повернула голову к солнцу. Она не хотела, чтобы что — то такое злое выглядело так красиво. Но то была фантазия, а она была в настоящем мире.
Вход был широкой каменной аркой, грубой по краям, словно сражения проводились рядом с ней и выигрывались. Большие металлические двери были заманчиво открытыми, мужчина — фейри стоял в центре и ждал их прибытия.
— Принц Фордхэм, — мужчина шагнул вперед с напряженным поклоном. Он был низким и пухлым. У него были тонкие светлые волосы и глаза ласки. — Вы вернулись в племя Шарбоннэ.
— Да, Лангдан. Ты пришел помешать мне войти в Дом Теней? — спросил Фордхэм опасным низким голосом.
Племя Шарбоннэ? Керриган не слышала, чтобы Дом Теней так называли. Это был еще один термин, потерявшийся со временем?
— Конечно, нет, ваше высочество, — сказал Лангдан.
— Тогда отойди.
Лангдан фыркнул.
— Сначала позвольте направить к вам угощения и приказать подготовить место, чтобы освежиться после долгого пути.
Фордхэм опасно прищурился, глядя на него. Он мог пробить путь силой. Этот лицемерный мужичок не мог его остановить. Не с навыками Фордхэма с мечом и магией. Но они не хотели так входить.
Она тихо кашлянула, и Лангдан посмотрел на нее. Он сморщил нос от ее вида.
— Может, освежиться было бы неплохо.
Фордхэм не посмотрел на нее, но напрягся от ее слов. Улыбка Лангдана стала шире.
— Как пожелает леди, — сказал, наконец, Фордхэм.
Лангдан повернулся и пошел в гору Равиния. Фордхэм держал голову высоко, пока шел за ним в глубины. Керриган пришлось вести себя так же.
Двери закрылись за ними магией, запечатав их в Темном Дворе. Путь был ярко освещен, и хоть она должна была расслабиться, будучи внутри горы, тут было не как в горе Драко. Это место ощущалось как гробница.
Они никого не видели, пока Лангдан вел их вниз по лестнице и в купальню. В отличие от горячих источников под ее горой, тут была большая ванна на ножках с когтями, уже полная нагретой магией воды. Фордхэма отвели в его купальню. Лангдан поклонился ему, он ушел, но не сказал Керриган ни слова.
Близнецы появились из — за шторы и подошли к Керриган. Они были в одинаковых бежевых платьях, светлые волосы были собраны в строгие пучки.
— Я Бентон, а это моя сестра, Бейтон. Мы будем помогать вам в Доме Теней, — сказала Бентон.
Керриган нахмурилась. Ей не помогали купаться после пяти лет.
— О. Все хорошо. Я могу сама.
Бейтон нахмурилась и посмотрела на сестру.
— Это не требуется. Нас назначили к вам.
— Точно. Просто выполняете работу, — сказала Керриган. — Ну, ладно.
Они поспешили раздеть ее и погрузить в теплую воду. К счастью, она забыла о скромности в Доме Драконов. В купальне были десятки ребят в любое время. В прошлом году ей нравилось в купальне только для старших Благословлённых Драконом.
— Кто из вас где? — спросила Керриган.
Близнецы переглянулись.
— Я — Бейтон, — сказала первая. У нее был маленький шрам над губой, только это ее отличало.
— Я — Бентон, — лицо Бентон было чуть мягче, но в остальном они были одинаковыми.
— Бен и Бей, — сказала Керриган. — Поняла.
Сестры захихикали, и Керриган присоединилась. Они выпрямились и посерьезнели. Их глаза расширились в тревоге.
— Простите, — прошептала Бейтон.
— Мы не хотели…
— Смеяться?
— Над вами, мисс.
— Со мной, — сказала Керриган. — Все в порядке. Я люблю смеяться.
Но смех, видимо, не одобряли, потому что девушки замкнулись после этого. Ничего не говоря, они закончили ее купание, вытерли ее, убрали волосы с ее лица. Появилось шелковое платье, и ее нарядили в него. Оно было черно — серебряным — цвета Дома Теней, которые ей так нравились на Фордхэме. Может, все было не так и плохо.
— Спасибо, — сказала она служанкам.
Их глаза округлились, они сделали низкие реверансы и пропали из купальни. Она в смятении покачала головой. Они вели себя как побитые собаки.
Когда она вышла из комнаты, Лангдан ждал ее, но Фордхэма не было видно.
— Куда ушел Фордхэм?
Лангдан прищурился.
— Его королевское высочество уже ушел в его покои.
— Точно. Его королевское высочество, — сказала она, стараясь не звучать едко.
— На вашем месте я использовал бы официальный титул, пока вы тут.
— Конечно, — сказала она. — Полагаю, вы тут, чтобы меня сопроводить.
— Верно, — сухо сказал он и развернулся.
Она подавила желание пнуть его по ноге. Но думала об этом.
Лангдан то ли повел ее по обходному пути по горе, то ли тут никто не жил. Они никого не видели. За ней не тянулся шепот. Может, никто не знал, что он были тут, кроме Бентон и Бейтон и этого невыносимого болвана.
— Мы пришли, — сказал Лангдан.
Лангдан стукнул в дверь дважды, и лицо Фордхэма появилось через миг.
— Что? — прорычал он.
Лангдан выпрямился и сглотнул от тона.
— Я привел вашу… леди.
Фордхэм приподнял бровь.
— Вы не подготовили для нее покои?
Лангдана возмутили слова.
— Конечно, нет.
Щеки Керриган вспыхнули от намека, что им не нужны были разные покои. Почему еще полуфейри пошла по своей воле в эти залы?
— Пусть проходит, — процедил Фордхэм. — И скажи моему отцу, что я готов его увидеть.
— Конечно, ваше королевское высочество, — сказал Лангдан. Он оглянулся один раз и пропал в коридоре.
Фордхэм открыл дверь до конца.
— Заходи.
Керриган не спорила. Как она могла? Она ощущала себя тут не в своей тарелке. Она перешагнула порог его покоев. Они резко отличались от коридоров. Мягкие ковры, гобелены и картины на каменных стенах, красивый набор черно — серебряных кресел. Арка вела в спальню с письменным столом и камином. Только в лучших покоях горы Драко были камины, откуда выводился дым. И она видела по смежным комнатам, что его покои были самыми роскошными из всех, где она была. А это о многом говорило.