- В этом вся странность нового социального строя на западном материке. Хоть жители Эзарии всегда были индивидуалистами, они вынуждены объединяться, чтобы выжить. Они заперлись в городах-крепостях. И в каждом таком городе всем руководят двое - верховный жрец и военный лидер, имеющий возможность содержать достаточно сильное войско. Эдакий тандем. Тандемократия, я бы сказал. Один оказывает влияние на души. Другой демонстрирует силу. Только в таких городах-крепостях поддерживается относительный порядок.
- А они выращивают что? Производят? На чём стоит экономика Эзарии?
- В основном, на работорговле. Да, как бы это было не печально для нас, жителей Астризии, Эзария всегда была воинственна. Они очень неплохие воины. Смелые и беспощадные. Жители прибрежных городов-крепостей часто совершают набеги на несчастную Флазирию. Без тени сомнений они грабят и забирают в рабство всех, до кого могут дотянутся их загребущие лапы. Не раз доставалось и Астризии. Только на моей памяти, уже в бытность магистром Анумором, было совершено несколько рейдов на западное побережье. Благословенные места, где с песчаного берега на лиги виден лишь бескрайний океан, разграблены и уничтожены. Большие и малые деревни. Даже города на западе подвергались нападению. Видишь? - Гуляев подошёл к карте и ткнул пальцем в океан меж западным и восточным материками. - Эти негодяи из Кафалака-аль-Эзара и Шазана-аль-Эзара не раз пересекали Континентальный океан и подчистую вывозили всех жителей прибрежных деревень. Всех жителей, кто пережил нападение... В Хемельгосский залив соваться не решались, ведь там расположен основной флот Астризии, но огибать материк и устраивать геноцид на севере, или на юге в предгорьях Декедды, им удавалось не раз. Понимаешь? Экономика и возможность получать все виды благ в Эзарии построены на работорговле. Эти беспощадные рубаки не испытывают угрызений совести, когда разлучают мать с ребёнком, сына с отцом, любимую с любимым. Им главное - продать по самой выгодной цене. Продать, получить золото и опять погрузиться в негу.
- А зачем им рабы? Они зарабатывают, продавая их? Или к себе везут, чтобы работали на плантациях?
- Те плантации, куда мерзавцы Эзарии свозят практически всех рабов, расположены здесь, - Гуляев повёл пальцем выше и ткнул в горную гряду на большом острове между двух континентов. - Это остров Темиспар со столицей под названием Кондук. Слышал о нём?
- Слышал, - уверенно кивнул головой я.
- Остров без плодородных земель. Но полон кристально чистой воды, несметного количества полезных ископаемых и драгоценных камней. Но самое главное: тамошние горы испещрены серебряными и золотыми жилами. Именно на драгоценном металле базируется экономическое доминирование острова над всем остальным миром. Им нет нужды беспокоится про сельскохозяйственные культуры. Незачем распахивать земли и что-то сеять. Не потому, что там ничего не взойдёт. А потому, что у них и так огромные запасы продовольствия. Это у нас голодают холодными зимами. Это во Флазирии каннибализм не противоестественен. А там столько золота, что если бы баши хотели купить нашего короля с потрохами, они бы без проблем нашли тех, кто вынес бы его из дворца вместе с троном...
- Баши?
- Запомни: на острове Темиспар религия и духовенство отсутствуют как таковые. Тамошний люд предпочитает делам духовным дела реальные. Они верят в прагматизм. И прагматизмом заведуют те, кого бы мы назвали олигархами. Здесь же их величают башами. Это зажиточные и умные владельцы шахт. Богатые горожане, умеющие находить компромисс. Умелые командиры, способные сплотить ватаги лихих рубак и держать их в повиновении. Рисковые капитаны-флотоводцы, совершающие набеги как на северное побережье Астризии, так и на восточное, огибая ледники Северного океана. Баш - это тот, кто добился успеха. Кто может то, что не могут многие другие. И столицей острова - городом Кондук - управляет самфунн башей. Сообщество тех самых достойных, кто смог договориться о совместных интересах и, возможно, в чём-то уступить.
- А рабы...
- А рабы им нужны в неограниченных количествах. Шахты пожирают людей быстрее любого мора. И платить рабу не надо. Лишь кормить, чтобы не сразу сдох от истощения... Но подонки с острова подонки не по этой причине. Работорговля была во все времена. И всегда процветали те государства, что грабили других. Вспомни, что вытворяли европейцы в Африке. Как вывозили негров в промышленных масштабах. Работорговля была выгоднейшим предприятием с самых давних времён. Тут нет ничего сверхъестественного. Особенно в этом мире на данном этапе развития. Другая проблема - это дети. Баши, если можно так выразиться, установили официальную цену на детей. Донесли до всех, что за самых маленьких детей, из тех, кто родился в год появления карающего огня, они будут платить по 35 золотых монет. 35 золотых монет, отчеканенных в любом государстве. А это просто огромная цифра.
- Да? - неуверенно я пожал плечами. Я золотые-то монеты в руках держал один-два раза. Ни в ценах, ни в их ценности особо не ориентировался.
- Даже в Обертоне - столице Астризии, - в не самом дешёвом месте, ты безбедно сможешь прожить целую зиму на эти деньги. Но только, конечно, если доставишь детей на остров в целости и сохранности. А если доставишь полный трюм детишек, представь какая сумма может выходить. Поэтому многие рискуют. Рискуют жизнью, понимая, что она стоит намного дешевле, чем жизнь одного ребёнка. Особенно пираты страны, где во главе угла стоит наслаждение. Да даже наше местное бандитьё не чурается устраивать налёты на своих же соплеменников, если знает, где есть чем поживиться. Сам, наверное, понял, когда столкнулся с ними в той деревне? Ты же рассказывал королю.
- Так и было, - ещё раз подтвердил я. - Не пойму я только: в чём смысл? Зачем провоцировать всяких тварей, отбросов человеческих, предлагая такие деньги за детскую душу? Зачем подталкивать к такому? Что на острове с детьми делают?
- По крайней мере, в шахтах дети точно не работают, - Гуляев развёл руками. - Требования башей весьма недвусмысленны: самых юных детей без признаков внешнего вреда. Любого цвета кожи, не измученных нуждой и голодом.
- На детях ставят эксперименты?
- Я хоть и не последний человек в Астризии, но даже я не знаю, - развёл руками Гуляев. - Небылицы всякие ходят, но достоверно неизвестно ничего. Тирам Гвелерг - полномочный представитель самфунна башей - отказывается обсуждать этот вопрос. Открыто признаёт, что Кондук осуществляет пиратские набеги на побережья Астризии, но утверждает, что охота за детьми - это вымысел...
- Погодите. Какой представитель? Это посол, что ли?
- Всё верно. В Обертоне есть посольский квартал, где живут послы недружественных стран и городов-государств. Послы - частые гости в королевском дворце. Иначе не удалось бы...
- Что за чушь? Какие послы? О чём можно говорить с теми, кто грабит ваши деревни и уводит жителей в рабство? Кто вывозит детей!
Гуляев опять усмехнулся.
- Дипломатические отношения всегда нужны, всегда важны...
- Никаких переговоров с террористами! - рубанул я рукой по воздуху. - Уничтожить каждого, кто поднял руку на ребёнка! Каждого, кто тащит на цепИ закованных в колоду людей!
- Для того, чтобы делать подобные заявления, угрожать кому-то и ставить ультиматумы, надо, для начала, самому стать той силой, с которой будут считаться, - после продолжительной паузы, за время которой он внимательно разглядывал меня, заявил Гуляев. - И, хотя бы, иметь тех двух очень важных союзников - армию и флот. А пока этого нет, свою волю навязать не получится. Получиться лишь исполнять волю чужую.
- Я не особо вас понимаю, профессор. У Астризии нет армии? Нет флота? А как же солдаты, которые пришли со мной из Равенфира? А как же гессеры? Я даже видел стражу у врат, когда мы въезжали. Неужели всё так плохо?
- Тут всё очень сложно, Иван. Нынешняя армия Астризии представляет из себя жалкое зрелище. Даже храмовники Его Святейшества - первосвященника Эоанита - количественно превосходят военный гарнизон Обертона. Не говоря уже об оснащении... Что тут сказать? Всё приходит в упадок очень-очень быстро. Нет сильной руки, у которой хватило бы духу навести порядок... А ещё беженцы под стенами создают проблемы. Полностью взяли под контроль озёрное судоходство и перекрыли доступ к причалам... А ещё этот гнойный прыщ на теле Астризии - Декедда. Там обнаглели настолько, что осмеливаются предпринимать вылазки и нападать на наши южные форпосты. Эоанит с шеи короля не слазит, требуя собрать все боеспособные силы или объявить Декедде священную войну, чтобы потянулись потоки воинствующих паломников, которых пустят на мясо. Но король, хоть - чего уж тут скрывать? - и помутился разумом, не настолько глуп, чтобы запустить маховик религиозной войны. Тогда чернь, что обитает под стенами Обертона, вынесет его из дворца вперёд ногами.
Я потёр брови и устало опустился на стул. Всё же я ещё очень слаб. Чтобы силы вернулись, нужен нормальный отдых и усиленное питание.
- Его и так вынесут вперёд ногами, когда следующей зимой он опять прикажет изымать зерно, - тяжело вздохнул я. - Не знаю, как вы этого не видите, Гуляев, но, по моим прикидкам, вашему королю осталось недолго. Его сожгут вместе с этим дворцом. Через пару-тройку зим, думаю.
Профессор сел рядом со мной и опять налил вина.
- Так ты в курсе? - он осушил бокал одним махом. - Поверь мне, у него не было выбора. Уж я-то знаю. Стоял рядом с ним, когда поступали доклады и цифры с запасами на складах. Иначе...
- Иначе сдохли бы вы, верно? Все местные нахлебники и прочий сброд, беспокоящийся за оркестры и аккуратность подстриженных кустов?... Вашу мать! - вскочил я, процедив ругательство сквозь зубы. - Здесь же столько золота! Ковры, картины! Вся эта никчёмная и ненужная мишура. Насколько бы проще было, если бы всё это пустить на нужды населения. Продать или переплавить. Похрен! Главное, чтобы эта абсолютно ненужная роскошь приносила пользу и помогала выживать, а не пылилась в коридорах и залах. Как можно быть королём и не думать о том, как прокормить своих поданных? Как можно так глупо вести сельское хозяйство? Как можно не думать у завтрашнем дне?