Глава 2
Беда, как это обычно и бывает, пришла к Вольге когда она стала о ней забывать. Каким-то домиком отданным королеве под мастерскую оказался её Вольги собственный дом, конфискованный, вместе со всем, остальным имуществом её семьи, после подавления заговора Нисистакса. Вот только отдали им только женскую половину. В мужской шёл ремонт и со временем должны были обосноваться какие то особые стражники. Королева долго объясняла Вольге про какую то «криминалистику», но она так ничего и не поняла. На просторной, когда-то обслуживаемой целым штатом кухарок и поваров, кухне был поставлен огромный котёл. От утра до утра в нём варились со щёлоком измельчённые старые тряпки, обрывки верёвок, измельчённый камыш, перетёртые в труху стружка и щепки. Потом пульпа вылавливалась прямоугольными ситами из конского волоса и откидывалась на ткань, отжималась под прессом и сушилась как простое бельё. Постепенно был найден оптимальный состав и пошли эксперименты с подмешиванием лепестков сушёных цветов, синьки, красок и создание водяных знаков. Несмотря на то, что для самой тяжёлой работы были наняты пять крепких мужчин из числа потерявших работу дворников, конюхов и прочей челяди, благо много домов в дворянском квартале сейчас стояли пустыми и потерявшая хозяев прислуга бралась за любую работу, уставала она так, что вечером ложилась спать не раздеваясь. Сёстры тоже участвовали в процессе, а брат которому недавно стукнуло аж десять лет, делал вид, что ему эти глупости неинтересны. Постепенно была подсчитана себестоимость, и она давала надежду, что дело окажется прибыльным даже если цена бумаги будет в половину дешевле сиенской. В треть цены мастерская могла окупаться, но прибыль не приносила. Королева при этом сказала, что если создать отлаженное массовое производство то себестоимость можно сократить ещё раза в два.
Как-то раз Вольга вспомнив уроки дворцового этикета попыталась общаться с Её Величеством как подобает, но быстро получила ответ
- Не подлизывайся! Я знаю, что ты меня терпеть не можешь!
- Вам нравится когда я Вас браню?
- Ну должен же кто-то говорить мне в лицо правду-матку как она есть?
С тех пор они разговаривали с королевой только на равных. Впрочем при посторонних они договорились соблюдать этикет, но только чужие к ним в мастерскую до сих пор не приходили.
И вот в гости к ним заявился сам государь.
Они столкнулись буквально нос к носу.
- Ты! - взревел Аэриос Первый.
- Я… я… - слова застряли у Вольги в горле, да и что она могла сейчас сказать? - «Интересно нас сразу убьют или медленно заморят голодом в крепости?» - пронеслось у неё в голове перед тем как сказала своё гордое фи королева.
- Дорогой! Зачем ты пугаешь ребёнка? У неё и так несладкая жизнь.
- А ты знаешь чья она дочь?
- Не знаю и не хочу знать! У нас сын за отца не отвечает.
- Но она же дочь узурпатора!
- И что? У плохих людей бывают хорошие дети, а у хороших наоборот.
- Но его кровь!
- Такая же красная как и у всех. Дальше что?
- Понимаешь, он был из боковой ветви нашего рода и…
- Ах вот ты о чём. Что будешь делать с детьми твоего покойного брата? Они ведь тоже имеют право на трон?
- Но это совершенно другое.
- Нет дорогой! Если ты начнёшь рубить побочные ветви то закончишь своими детьми.
- Почему?
- Потому, что наших мальчиков двое, а трон то один. И вообще, я ей обещала защиту и каждый кто посмеет хоть пальцем тронуть её, её брата или сестёр иметь дело будет со мной, а ты меня знаешь.
- Хорошо дорогая! Но… но…
- И это только начало. Мне тут сказали, что много детей, из семей заговорщиков, были брошены на произвол судьбы. Их всех надо найти, предоставить еду, одежду, крышу над головой и научить хоть какому нибудь ремеслу. Раз у их семей отобрали земли и замки, то им нужно будет как-то добывать пропитание, и пускай они добывают его честным путём.
- Хорошо. - государь втянул голову в плечи и до Вольги дошло, что он просто панически боится собственную жену. - Но какому ты хочешь их научить ремеслу?
- Например делать бумагу. - вмешалась в разговор высоких персон, совершенно некстати, одна из младших сестёр Вольги.
- Нет! Бумагу делать - это не для благородных людей. - решил поддержать беседу младший братик и Вольга начала разрываться между желанием немедленно надрать уши наглецам и боязнью хоть как-то обратить на себя внимание короля.
- А вот и нет! - заявила о себе вторая сестричка — Если делать бумагу будут только благородные люди то занятие - это будет достойно благородных людей.
Не желая обсуждать, что либо ещё и с детьми, король медленно повернулся и собрался уже уходить как был окликнут супругой.
- А зачем ты собственно приходил?
- Да так, тут бродяжку одну в ничейных землях поймали, так она утверждает будто твоя сестра.
- Как зовут? - Дозабелда затаила дыхание ожидая ответа.
- Назвалась сперва Пэрис, а потом заявила, что наврала и зовут её Даздраперма.
- Где она!?
- Так, в Лаберте, сидит под замком.
- Оля, солнышко, собирайся. Мы едем в Лаберту! Скоро я тебя познакомлю со своею сестрой. И… сестёр забирай — тут Её Величество посмотрела недобро на мужа и добавила — Нечего им тут оставаться… Брата тоже… И образцы. Надо будет их показать купцам, что в Мортаг с караванами ходят.
Пока Дозабелда обсуждала со своей юной помощницей, что им брать в дорогу, Аэриос бегло осмотрел мастерскую и дождавшись паузы в оживлённой беседе спросил.
- Дорогая, а что вы тут собственно делали всё это время?
- Да бумагу мы делали. - отмахнулась от него королева.
- Ты смогла разгадать и этот секрет!?
- Я всегда его знала. Ты просто боялся спросить.
«Или просто не знал о чём спрашивать» - подумал про себя государь и тихо ушёл собираться, поскольку ему, тоже, надо было, срочно ехать в Лаберту.
Бумагу Дозабелда умела делать отнюдь не всегда, а только с седьмого класса, когда братик, увлёкшись реконструкцией старинных технологий, пожелал сделать, немного, аутентичной бумаги. Как всегда всю работу пришлось делать сестре, но зато, преисполненный гордости Ебелдос, потом, две недели всем хвастался в школе какой он молодец.
«Ей Богу, никогда не знаешь заранее, что пригодится» - думала Дозабелда, а сама поучала при этом бывшую шлюху, которая как оказалось была всамделишной герцогиней. - Оля, солнышко, в твоём положении только знание ремесла, лучше всех остальных мастеров в королевстве, способно дать тебе хоть какую-то по настоящему надёжную защиту. Нежелательного наследника могут убить так, что носа комар не подточит, но зарезать курицу несущую золотые яйца, решится не всякий и далеко не всегда. Для того чтобы быть в безопасности ты должна стать очень полезной и тогда король сам с тебя будет пылинки сдувать. Поняла?
- Поняла, но как это сделать?
- Никогда не останавливайся на достигнутом. Работай, учись и снова работай, а я как смогу тебе помогу. Но главное ты должно о себе заявить, чтоб все знали, что ты жива и предана государю. Тогда никто не посмеет втихую тебя удавить, особенно если у тебя будет охрана. Но чтобы охрана была и была тебе преданна, тебе нужны деньги. А значит?
- Я должно много работать.
- Вот видишь как всё легко.
- Вот только работать очень уж тяжело.
- Что делать, солнышко? Жить захочешь, не так раскорячишся.
- Это точно. - согласилась Вольга с мнением Её Величества, но вспомнив о своей прежней работе подумала, что последняя фраза звучит как-то двусмысленно.
Государь проделал всю дорогу верхом взяв с собой только сотню гвардейцев. Дозабелда взяла с собой ещё сотню храмовой стражи и три кибитки на которых передвигалась практически всю войну. Две кибитки в связи с большим количеством ртов были доверху набиты крупой и вяленым мясом, в третьей ехала сама королева, её камеристка и потомки покойного узурпатора которых она не переставала учить уму разуму.
Объясняя Олечке-солнышку как работает разделение труда и почему не надо учить работников ничему кроме конкретного выполняемого именно ими действия, но при этом требовать каждого из работников знать своё действие назубок, она то и дело заставляла юного герцога делить, складывать, умножать и вычитать. Если герцог отвечал ей неправильно она больно била его костяшками пальцев по лбу, а за правильные ответы давала засахаренные орешки и вяленые ягоды вишни. Постепенно к весёлой игре присоединились и младшие сёстры Вольги. Кика и Кука были очаровательными близнецами и чем-то напоминали Её Величеству собственную сестру.
«Интересно узнаю ли я её с первого взгляда, она вымахала небось?» - подумала королева - «Ведь уже три года прошло»
- А теперь Солнышко запоминай. В мастерской должно быть всё расставлено так чтобы каждый работник делал как можно меньше лишних движений. Это следует специально заранее рассчитать. Поняла?
- Да! Ваше Величество! - было видно что Вольга устала и королева решила сменить собеседника.
Так как, как и положено любящему супругу король ехал сразу за кибиткой жены, то она открыв заднюю дверцу высунулась наружу и строго спросила.
- Дорогой мой супруг, а что собственно Вы забыли в Лаберте?
- Ну во первых, дорогая моя, вместе с вашей сестрой изловили одного человека и мне нужно самому его допросить, а во вторых тюрьмы в нашей стране до сих пор подчиняются мне. Вы еще не успели протянуть к ним свои загребущие руки и сестру Вам без моего приказа просто не отдадут.
- Дорогой, я не лезу в дела государственной безопасности, а ты не лезешь в мои.
- Если только они не угрожают государственной безопасности.
- Я сказала! Детей Нисистакса тебе не отдам и закончим на этом.
- Успокойся, я просто приставлю людей для надзора. Если будут вести себя хорошо, то зачем мне брать на душу грех?
- Только пусть твои люди их лишний раз не пугают.
- Хорошо, я их предупрежу.
***
В сырой камере, дни тянулись за днями и хотя арестанток стали заметно лучше кормить, но при этом, каждый раз, надзиратели напоминали, временами впадавшей в уныние от этого Даздраперме, что ни дай Боже она окажется самозванкой, и тогда вместо относительно безболезненного повешения её ждёт мучительная смерть на колу. А ещё в камере стало так холодно, что несчастные узницы постоянно лежали в обнимку, чтоб хоть как-то друг друга согреть. Впрочем всё в этом мире когда-то кончается и в один прекрасный момент дверь открылась и на пороге вместо угрюмого надзирателя оказался сам начальник тюрьмы и роскошно одетая дама.