Через мгновение Аарон отстранился, с болезненным выражением лица.
— Ты. В. Порядке.? — спросил Спенсер, быстро садясь.
***
Воспоминания нахлынули на Аарона даже сквозь туман выпивки, но он отказывался отдавать им контроль. Они больше не обладали властью. Он кивнул Спенсеру и провёл рукой по члену в своей руке, чтобы дать Спенсеру знать, что хочет продолжить. Но ему нужно было сделать это быстро, пока он не потерял решимость.
— Смазка? — спросил он, и Спенсер повернулся на бок, чтобы дотянуться до прикроватной тумбочки.
Профиль Спенсера был размытым в полутьме, но Аарон всё равно мог рассмотреть черты его лица, хоть его веснушки и спрятались в тенях. Грудь Аарона переполняли эмоции, угрожая разорвать по швам его здравомыслие. Прошло очень много времени с тех пор, как Аарон испытывал такое переполняющее счастье. Он чувствовал любовь, но не радость, которая её сопровождала. Приставы утащили прочь монстров, и давление в его голове, которое мучило его мозг последние пять лет, ослабло. Он никогда не станет тем Аароном, которым был до нападения, но постапокалиптический Аарон был не так уж плох. Он чувствовал себя комфортно в своей коже, даже со шрамами.
— Что.? — спросил Спенсер, в темноте проводя пальцами по лице Аарона. Его кожу покалывало от прикосновение, таких нежных, что он едва ощущал давление, только искру любви и... и нужды. Боже, он так давно не чувствовал такой нужды. Отчасти это было из-за алкоголя, он это знал, но даже когда они со Спенсером дурачились, по большей части он испытывал страх. В этот момент его член напрягался только от любви и света в глазах Спенсера. Аарон не мог поверить в свет в своём сердце, который пришёл со свободой от мужчин, которые украли его жизнь. Теперь он забрал их жизни. Они никогда не выйдут из тюрьмы. Никогда. Он сделал это, постояв за себя. Он. Аарон Даунинг.
— Я люблю тебя, — просто сказал Аарон.
— Я. Тоже. Тебя. Люблю...
Пальцы Спенсера оказались в его волосах, и Аарону нравилось, как они путаются в локонах. Тактильные ласки, которые когда-то ужасали его, сейчас успокаивали. Аарон приподнялся на одном локте и убрал разлохмаченные волосы с глаз Спенсера. Ответная улыбка парня заставила его сердце пропустить удар. Он не мог сдержаться и наклонился, чтобы поцеловать Спенсера, чтобы почувствовать эту улыбку под своими губами.
Он взял смазку из рук Спенсера и открыл тюбик. Не считая основного ощущения паники, с которым он всегда жил, ему было не сильно страшно, потому что он знал, что делать. Но, боже, он знал, что всё может пойти не так, и ему очень хотелось, чтобы Спенсеру было хорошо. Выдавив немного смазки на пальцы, он размазал её и согрел. Затем отложил тюбик в сторону, и Спенсер раздвинул ноги в приглашении. Аарон остановился, просто глядя на него сверху вниз.
— Что.?
— Ты такой красивый, — просто ответил Аарон, и стеснение на лице Спенсера слегка рассеялось.
— Займись. Со. Мной. Любовью, — сказал Спенсер, и Аарон кивнул. В этот момент ничего в мире не имело значения, кроме обнажённых Аарона и Спенсера и занятия любовью в кровати Спенсера. Учёба, суд, работа Спенсера, ничего. Существовали только они. Аарон провёл пальцами по чувствительной коже между округлостями задницы Спенсера, покрывая смазкой маленькую дырочку. Он пробежался пальцами по сморщенной коже, а затем как можно осторожнее проскользнул внутрь одним пальцем.
Спенсер издал крохотный звук, едва громче простого вздоха. Его глаза были закрыты, и Аарон искал любые признаки страданий. Это держало его разум подальше от собственных мрачных мыслей, которые Спенсеру не нужно было видеть. Покрывая кожу Спенсера смазкой, он двигал палец вперёд и назад, пока Спенсер не стал извиваться от его прикосновений. Затем добавил второй палец.
На этот раз вздох прозвучал громче.
Аарон двигал пальцами, создавая трение, замирая, паникуя. Ноги Спенсера раздвинулись больше, и он двигал бёдрами навстречу руке Аарона. Это было самое эротичное, что Аарон когда-либо видел, и его член пульсировал, практически умоляя оказаться в сладком теле Спенсера. И всё же, он не двигался. Он положил другую руку на член Спенсера, поглаживая его смазанными пальцами. Может, ему стоило подрочить Спенсеру и всё, чтобы ничего не испортить. Чтобы не причинить Спенсеру такой боли, какую причинили ему самому мужчины, чуть не уничтожившие его.
Глаза Спенсера распахнулись, на его лице была чистая мольба.
Аарон сделал долгий, глубокий вдох. Он хотел знать, что может это сделать, что может быть близок со Спенсером в том смысле, в котором нуждался. В том смысле, в котором они оба нуждались. Алкоголь разливался по его крови, подогревая решимость.
Он встал на колени между бёдрами Спенсера. Спенсер приподнялся выше, раскрываясь перед Аароном. Их взгляды встретились, и Аарон увидел в глазах Спенсера любовь и нужду. На долю секунды он задумался, что увидел Спенсер в его глазах. Затем он использовал правую руку, чтобы поровнять свой член со входом Спенсера, и осторожно, медленно толкнулся вперёд. Головка проскользнула мимо, вместо того, чтобы проникнуть в зад Спенсера. Он попробовал снова и почувствовал хлопок, когда его член проскользнул через колечко мышц.
Аарон не был большим, но задница Спенсера сжала его член будто в тиски, и ему пришлось сделать быстрый вдох, останавливаясь, чтобы не кончить. Когда резкое желание прошло, он двинулся бёдрами вперёд в нерешительном толчке, и они вдруг оказались грудью к груди. Руки Спенсера обвились вокруг него, а ноги поднялись на бёдра Аарона.
Они были готовы.
— Пожалуйста., — прошептал Спенсер, и Аарон дёрнулся вперёд в экспериментальном толчке. Спенсер резко вдохнул, но подвинулся, чтобы прижаться ближе к Аарону. Так что Аарон отстранился и толкнулся вперёд снова, и снова. Спенсер низко стонал ему на ухо и прошипел тихое: — Да., — подкрепляя уверенность Аарона. Он начал двигаться в плавном, размеренном ритме, достаточно медленно, чтобы не ударяться бёдрами в тело Спенсера — их кожа сталкивалась с мягким давлением.
Спенсер издавал симфонию звуков, сладкие, дикие, неосторожные вскрики, которые заставляли член Аарона пульсировать внутри него. Скольжение кожи по коже было намного лучше неэффективной мастурбации, которая у него была при просмотре других парней в действии. Да, он кончал от этого, но то, что было сейчас, — это взрыв чувств, звука, цвета и света. Он скользнул руками под руки Спенсера, утыкаясь лицом в его плечо, пряча слёзы в своих глазах. Эмоции поднялись так высоко, что Аарон не мог остановиться.
Он скулил, уткнувшись в кожу Спенсера, не сдерживая нецензурных слов, потому что Спенсер всё равно его не слышал. У него не было причин сдерживаться. Спенсер повернул голову в поиске, и Аарон накрыл его губы своими, их слёзы смешивались в узком пространстве между их губами, катясь навстречу небытию.
Аарон дошёл до оргазма первым, шокируя их обоих.
Покалывание в его животе добралось до члена, его движения потеряли ритм, и он двигался быстрыми, неловкими толчками.
— Кончай., Малыш., — произнёс Спенсер, задыхаясь, уткнувшись в его щеку, и Аарон кивнул, чтобы Спенсер мог это почувствовать. Он закрыл глаза и сосредоточился на всепоглощающем чувстве, растущем внутри него. Действие алкоголя начало испаряться, и тогда к нему пришли картинки из разума, но Аарон оттолкнул их в сторону. Они были так близко, практически на пике, и он не позволит монстрам украсть этот момент. Ни за что, чёрт возьми. Вместо этого он сосредоточился на удовольствии в голосе Спенсера, на запахе сладкого пота и секса, на ощущении того, как задница Спенсера сжимает его член практически с болезненным давлением.
Он рассмеялся от триумфа и откровенной радости, когда его настиг оргазм, и толкнулся глубже в Спенсера, медленно дёргаясь, заполняя его.
— Да., Сладкий., Боже...
Руки и ноги Спенсера сжались вокруг него, почти судорожно, всего на секунду, удерживая его в тепле Спенсера. Аарон тоже крепче сжал в руках Спенсера, цепляясь за него, пока его яйца опустошались, и он тяжело дышал в плечо Спенсера.
— Твоя очередь, — сказал он, хоть Спенсер и не слышал его. Он потянулся рукой вниз и убрал с пути руку Спенсера между ними, чтобы подрочить ему, продолжая толчки своим полутвёрдым членом.
Лишённый слов, Спенсер переплёл свои пальцы с пальцами Аарона на своём члене, чтобы они оба могли его поглаживать. Спенсеру не понадобилось много времени, чтобы напрячься, он откинул голову на подушки, закрыл глаза и открыл рот практически в молчаливом крике. Аарон снова начал возбуждаться от этого вида и трахал его чуть быстрее, даже когда член Спенсера выстрелил спермой на его руку.
— Аарон., — проскулил он. — Аарон... — струи тёплого, липкого семени собрались в лужицу на животе Спенсера, пока толчки Аарона замедлялись, и в итоге он рухнул, его меньшее тело приземлилось на Спенсера с огромной улыбкой, спрятанной у кожи возлюбленного. Понадобилось несколько минут, прежде чем кто-либо из них двинулся или заговорил, или даже задышал.
— Это. Было. Потрясающе., — прошептал Спенсер в его волосы, но Аарону пришлось бы сесть, чтобы Спенсер увидел его лицо, а он не хотел двигаться, поэтому просто кивнул. Это было потрясающе. Красиво и чертовски потрясающе, каждая минута этого. Пришли тёмные мысли, они пытались уничтожить его, но у Аарона была власть, которой больше не было у них, и он победил. Победил.
— Пожалуйста., Посмотри. На. Меня., — сказал Спенсер, переворачивая их на бок. Он подцепил пальцем подбородок Аарона и приподнял его лицо. Его рот раскрылся в удивлении, может, от улыбки на лице Аарона.
— Ты. В. Порядке.?
— Лучше не бывает, — сказал Аарон, прильнув в безопасные объятия Спенсера.