Глава 15
Среда, 17 января, 11 часов 10 минут
- До свидания! – толпа восьмилеток замахала руками и хлынула к дверям.
- Это было так здорово! – сияющая учительница обратилась к Софи и Теду III. – Обычно детям в музеях скучно до смерти, и они ничему не учатся, но вы доставили им огромное удовольствие. Это одежда и топор. И даже ваши волосы. Все выглядит невероятно реалистично.
Софи сняла с плеча секиру, которой во время экскурсии часто размахивала. У детей при этом зрелище буквально глаза на лоб повылезали.
- Волосы настоящие, - с улыбкой произнесла Софи. – А остальное… сплошное удовольствие. Мы хотим воплотить историю в жизнь.
- Я обязательно расскажу об этом другим учителям.
- Большое вам спасибо за поддержку, - тепло поблагодарила Софи.
Но Тед выглядел настороженным.
- Вам еще надо посмотреть Жанну д'Арк. Это более великолепное зрелище.
- О, он просто мне льстит, потому что доспехи тяжелые. Будем рады увидеть вас снова.
- Ты вела себя с ними очень мило, - произнес Тед, когда учительница ушла. – Что-то не так?
Софи скорчила гримасу.
- О, я полагаю, что заслужила похвалу. Знаешь, на меня вчера снизошло озарение, Тед. Ты делаешь здесь действительно что-то хорошее. А я до сих пор не слишком хорошо сотрудничала.
Брови Теда полезли вверх.
- А я-то думал, что это часть твоей роли, - сухо заметил он. – Ты что, действительно, хотела бы разрубить меня секирой?
Губы Софи дрогнули.
- О, только иногда. – Потом она вновь посерьезнела. – Я должна извиниться перед тобой, Тед.
- Мы очень рады, что ты работаешь с нами, Софи, - произнес Тед тоже серьезным голосом. – И поверь, я очень уважаю тебя за работу над архивом моего деда. Я знаю, что ты мне не веришь, но это действительно так.
- Нет, Тед, я верю. Это тоже было частью моего озарения.
Он посмотрел в окно. На улице группа детей усаживалась в желтый автобус.
- Я даже не знал, что ты говоришь по-норвежски. Этого нет в твоем резюме.
Софи поняла, больше на эту тему он ничего не скажет.
- Вообще-то по-норвежски я могу лишь ругаться. Наверное, моя бабушка только это переняла от деда.
Глаза Теда расширились.
- Ты ругалась, будучи ребенком?
- Господи, нет. Я кое-что знаю по-датски и по-голландски. Остальному меня научил шведский шеф-повар. – Губы Софи дрогнули.
Казалось, Тед испытывал чувство облегчения и одновременно выглядел тронутым.
- Ты должна стать актрисой, Софи Йоханнсен. – Он повернулся, собираясь уйти. – Не забудь, в двенадцать у тебя Джоан.
- Доспехи все равно слишком тяжелые, - крикнула она Теду в спину, хотя и с меньшим раздражением, чем раньше. Потом отправилась в ванную, чтобы смыть макияж. Не хватало только, чтобы у нее вылезли прыщи. Кроме того, ей совершенно не хотелось встречаться сегодня с Вито. Даже в толстом костюме ее пробирала дрожь. Теперь-то она знала, что существует разница между любовью и спариванием кроликов. И ей на ум пришел вопрос, а что, если они на самом деле влюбятся друг в друга. Какое-то мгновение она подумывала, не спросить ли об этом дядю Гарри, но потом рассмеялась, когда представила себе ужас в его взгляде.
- Простите, мисс.
Софи с улыбкой остановилась возле старика, который опираясь на палку, разглядывал фотографии Теда I, вывешенные в фойе.
- Да, сэр?
- Насколько я понял, вы проводите экскурсии. Увлекательные экскурсии. А частным образом, вы их проводите?
Что-то в глазах старика заставило Софи насторожиться. Проклятый старый ублюдок. Она прищурилась и обхватила ладонью древко секиры.
- Что значит, частным образом?
Он посмотрел на нее озадаченно, потом потрясенно.
- О, Господи, нет-нет! Я не это имел в виду. Я живу в доме престарелых, а развлекательная программа там чрезвычайно скучная, поэтому я и забочусь о ее разнообразии. И подумал, что вы могли бы устроить для нас специальную экскурсию.
Софи, немного пристыженная, рассмеялась:
- Естественно. Я знаю, как сильно скучает моя бабушка, когда ей нечем заняться.
- Ваша бабушка была бы вам очень признательна.
Улыбка Софи угасла.
- Спасибо, но, к сожалению, это не так. Она недостаточно здорова, чтобы принимать участие в экскурсии. Уточнить время вы можете у девушки на ресепшене.
Он нахмурился.
- Это та молодая дама в черном?
- Пэтти Энн всегда по средам изображает гота. Так сказать, ее персональная дань Уэнсдей Аддамс (ПРИМ. – персонаж серии комиксов «Семейка Аддамс»). Она очень милая, поверьте мне. И уделит вам время, а меня прошу извинить, мне надо стереть с лица макияж, иначе я сама буду выглядеть, как представитель этой семейки.
Софи ушла, а старик смотрел ей вслед. Какие у нее плавные движения. Он знал ее уже несколько месяцев, но, какая она настоящая, даже не подозревал. И не ощущал, какое притяжение от нее исходит, пока не увидел в деле. Белокурая Валькирия с ростом в метр восемьдесят, размахивающая над головой боевым топором. А сверкающие зеленые глаза… Она удерживала детей и учительницу в течение часа одним только магнетизмом. И меня тоже. Можно забыть о моделях с сайта. Он нашел новую королеву. Ван Зандт сойдет с ума. И доктор Софи Йоханнсен не долго будет изображать из себя недотрогу. Это тот случай, когда можно убить двух зайцев одним выстрелом.
Среда, 17 января, 11 часов 30 минут
Барбара Малрин, библиотекарь и бывшая начальница Клэр, протянула конверт через стойку.
- Вот оригинал заявления об увольнении, которое мы получили от Клэр Рейнольдс.
Марси Виггс кивнула. Ей приблизительно столько же лет, сколько и Клэр, и она перенесла известие о ее смерти хуже, чем начальница, которой, вероятно, уже за пятьдесят.
- Нам пришлось его запрашивать в центральной базе, так как Клэр не числилась в нашей картотеке уже больше года. – Губы Марси дрогнули. – Бедняжка. Она была такой милой. Ей еще даже не исполнилось тридцать лет.
Краем глаза Вито увидел, что Барбара закатила глаза, и на миг куда больше заинтересовался мнением этой пожилой женщины. Он вскрыл конверт и заглянул внутрь. Заявление напечатано на обычной бумаге, и он подозревал, что в отношении отпечатков пальцев они не обнаружат ничего ценного. Тем не менее он задал вопрос.
- Не могли бы вы дать нам список всех тех, кто держал в руках это заявление?
- Попробую, - ответила Барбара. А Марси лишь вздохнула.
- Это так ужасно, что произошло. Мы все так или иначе чувствуем ответственность. Надо было тогда заподозрить неладное и позвонить в полицию, но…
- Но? – Вито сунул конверт в папку.
- Ничего, - резко ответила Барбара. – Не надо вызывать ненужных подозрений. И Клэр это не понравилось бы. Ты так говоришь только потому, что она мертва. – Она бросила на Вито сердитый взгляд.
- О мертвых говорят либо хорошо, либо ничего. А когда умирает инвалид, да еще и насильственной смертью, можно обратиться к Папе римскому, чтобы ее причислить к лику святых. – Марси поджала губы, но ничего не сказала. Вито переводил взгляд с одной женщины на другую. – Значит, Клэр не была особо милой?
Марси бросила на начальницу обиженный взгляд. Барбара разочарованно вздохнула:
- Нет, не особенно. Когда мы получили ее заявление, то очень обрадовались.
- Барбара, - прошипела Марси.
- Но это правда. Он все равно допросит других и выяснит это. – Барбара дерзко посмотрела на Вито.
- И что же она сделала такого, что вы не считаете ее милой?
- Ничего особенного. Просто ее поведение, - устало ответила Барбара. – Мы старались с ней поладить, но она порой вела себя очень грубо. Я работаю здесь уже двадцать лет и сталкиваюсь с сотрудниками с разными недостатками и проблемами. Клэр была гадиной не потому, что ей ампутировали ногу, а потому, что ей нравилось такой быть.
- Она увлекалась алкоголем или наркотиками?
Барбара пришла в ужас.
- Даже представить себе такого не могу. Она очень трепетно относилась к своему физическому здоровью. Нет, скорее это связано с условиями приема на работу. Пришла поздно, ушла рано. Свою работу она всегда выполняла, но не более того. Для нее это была просто работа.
- Она была писательницей, - добавила Марси. – И работала над романом.
- Да, она постоянно сидела за ноутбуком, - согласилась Барбара. - В ее книге речь шла о спортсменке, которая участвовала в Паралимпийских играх. Вероятно, это была наполовину автобиография.
Марси вздохнула:
- Вот только ее главный герой, вероятно, был симпатичным. Барбара права, детектив. Клэр не была особо милой. Наверное, мне просто этого хотелось.
Вито наморщил лоб.
- Вы говорили про ноутбук.
Дамы переглянулись.
- Да, - сказала Барбара. – Новый и довольно навороченный.
Марси прикусила губу.
- Он был у нее недолго. Она как-то притащила его. Приблизительно за месяц… до своего ухода.
- Ее родители не нашли ноутбук, - заметил Вито. – Они сказали, что у Клэр не было компьютера.
Лицо Барбары вытянулось.
- Клэр не обсуждала с родителями многие темы, детектив Чиккотелли.
- Например? – Но ответ Вито уже знал.
Марси снова поджала губы.
- Ну, мы, конечно, ее не осуждали, но…
- Клэр была лесбиянкой, - прервала коллегу Барбара.
- А ее родителям это не понравилось бы?
Барбара покачала головой:
- Определенно, нет. Они были очень консервативными.
- Понимаю. Она когда-нибудь упоминала о партнерше или подруге?
- Нет, но была фотография. В газете. С какого-то парада геев и лесбиянок. На ней Клэр целовалась с другой женщиной. Она очень волновалась из-за этой фотографии. Боялась, что семья увидит и лишит ее денег на съем квартиры. – Барбара скривилась. – Если вы спросите меня, что это за газета, я не смогу сказать. К сожалению.
- Ничего страшного. Это была маленькая местная газета или межрегиональная?
- По-моему, местная, - неуверенно произнесла Марси.
Барбара вздохнула:
- А у меня в памяти отложилась межрегиональная. Правда, детектив, нам очень жаль.
- Не надо извиняться. Вы мне очень помогли. Если вспомните что-нибудь еще, пожалуйста, позвоните мне.