- Надеюсь на это. Я не хотела, чтобы ты общался с Аланом, потому что мне стыдно. Но еще более стыдно мне было не допустить этого разговора.
- Я тебе в сообщении написал все на полном серьезе. Брюстер – козел. Ты должна забыть о нем.
Софи сглотнула.
- Я не знала, что он женат, Вито. Я была молодой и очень глупой. – Она отрешенно смотрела в сторону. – Я кое-что тебе принесла. – Софи вытащила из кармана сложенную бумажку и протянула ему.
Вито взял и рассмеялся. Она принесла ему список нецензурной брани на разных языках! В скобках стояли примеры на соответствующем зыке.
Софи широко ухмыльнулась, и напряжение ушло окончательно.
- Я же обещала научить тебя некоторым ругательствам. Я даже написала фонетическую транскрипцию, чтобы ты произносил их правильно. Неправильное произношение снижает эффект.
- Класс. Но ты забыла слово «мудак». Мой племянник за это ругательство меня поедом ест.
У Софи глаза на лоб полезли. Она отобрала листок, записала на нем нужное слово и сделала перевод. Вито спрятал листок в карман.
- Большое спасибо. – Он снова взял Софи за руку и почувствовал, что ее ладонь расслабилась. – Я думал, что ты уже не придешь.
- У меня были проблемы с мотоциклом. И сюда меня привез один из моих студентов.
Вито нахмурил брови:
- Что за проблемы?
- Не заводился. Кто-то насыпал сахар в бензобак.
- Зачем? – Глаза Вито превратились в щелочки, но Софи лишь поджала губы. – Ты знаешь, кто это сделал?
- О, да. Жена Брюстера. Это ее работа. Она прислала мне… письмо с угрозами. Что-то на подобии.
- Софи, - предостерегающе произнес Вито.
Она закатила глаза.
- Она прислала мне дохлую мышь, а потом позвонила, чтобы я не протягивала руки к ее мужу. Наверное, услышала, как Алан разговаривал с Клинтом. Эта женщина слегка не в себе. Она почему-то считает, что все бабы готовы броситься ее драгоценному Алану на шею.
- Его нынешняя помощница произвела на меня именно такое впечатление. – Вито вздохнул. – Но мне жаль, что она так думает о тебе.
- Да, ладно. Все нормально. Нет, действительно. Я много лет пыталась замять эту историю с Аланом. А сейчас она вылезла наружу. Все не так уж и плохо. – Она мрачно нахмурилась. – За исключением, мотоцикла. Это меня действительно раздражает.
Эти слова открыли перед ним дверь, мимо которой он не должен проходить.
- Я могу отвезти тебя домой. – Его голос прозвучал грубее и ниже, чем он предполагал. Щеки Софи покраснели, она опустила взгляд, но Вито успел прочитать желание в ее глазах. И он обрадовался.
- Было бы неплохо, - спокойно произнесла Софи. – О, чуть не забыла. – Она высвободила руки и достала из кармана еще один листок. – У меня есть для вас информация. О покойном итальянском коллекционере. Альберто Берретти.
На записке стояли имена детей Берретти, его адвокатов, а также людей, которые с ним и на него работали. И имена основных должников. Это уже кое-что. С такой информацией можно утром обращаться в Интерпол.
- Откуда у тебя эти имена?
- Этьен, мой бывший научный руководитель, помнишь? На самом деле, он этого Берретти почти не знал. Но у моего отца есть старый друг, который знает многих влиятельных людей. Я позвонила ему, и он смог мне помочь.
Вито попытался подавить свое раздражение.
- Разве мы не договаривались, что ты больше никому не будешь звонить?
- Я не звонила тем, кто, по моему мнению, торгует антиквариатом. – Теперь и Софи выглядела раздраженной, и даже не пыталась этого скрыть. – Я знакома с Морисом с детства. Он хороший человек.
- Софи, я очень благодарен тебе за это. Просто я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Но если ты его хорошо знаешь, значит все в порядке.
- Конечно, - негодующе воскликнула она. Но руку не убрала. Вито расценил это, как добрый знак. И взял ее за другую руку.
- Итак… твой отец. Он еще жив?
Софи печально покачала головой:
- Нет. Он умер пару лет назад.
А отца она, видимо, любила. В отличие от матери.
- Наверное, ему было тяжело, что ты много лет жила вдалеке от него.
- Нет, он жил во Франции. И в конце его жизни я виделась с ним чаще, чем в детстве и юности. – Софи покосилась на него. – Моего отца звали Алекс Арно.
Вито сдвинул брови.
- Это имя я уже где-то слышал. Нет, не подсказывай.
Софи явно развеселилась.
- Буду очень удивлена, если ты знаешь его.
- Я где-то недавно о нем читал. Определенно. – Вдруг в его памяти произошел «щелчок» и он уставился на Софи. – Твой отец Александр Арно, актер, да?
Софи заморгала.
- Ты меня впечатлил. Не многие американцы знают его имя.
- Мой свояк – киноман. Когда я в последний раз был у них в гостях, он как раз пересматривал французские фильмы. Некоторые из них очень даже неплохи. О, извини.
- Все нормально. А какие фильмы ты видел?
- Я получу бонус, если смогу сказать названия фильмов?
Щеки Софи вновь покрылись румянцем, а в ее глазах читалось желание и робость. Флирт казался для нее чем-то новым, и Вито находил это необычайно интригующим.
- Ну, память-то у меня хорошая, - поддразнил он Софи и нехотя отпустил ее руку, когда официантка с многозначительной ухмылкой поставила между ними пиццу.
- Вы все еще хотите взять ее с собой? - спросила она. – Я могу принести коробку.
- Я хочу кушать, - призналась Софи. – Вы уже закрываетесь?
Официантка погладила ее по руке и подмигнула Вито.
- Только после того, как вы поедите, дорогая.
Вито стащил кусочек пиццы.
- «Нежный дождь». Фильм с твоим отцом.
Софи даже перестала жевать.
- Ничего себе. Молодец. - Вито положил себе на тарелку еще один кусок.
- И что мне за это будет?
Взгляд Софи изменился, она закусила губу, и Вито увидел, как пульсирует жилка на ее шее.
- Еще не знаю. - Вито сглотнул. Его сердцебиение усилилось. Как же он хотел, чтобы она перегнулась через стол и поцеловала его в губы. – Ах, не беспокойся, я что-нибудь придумаю. Знаешь, сделай мне одолжение, ешь побыстрее. Ладно?
Вторник, 16 января, 23 часа 25 минут
Это хорошо. Чертовски хорошо. Не так замечательно, как смерть Уоррена, но все же лучше, чем девяносто девять процентов мазни, которая попала в галерею. Он просмотрел фотографии в полный рост, потом всю картину с момента смерти Грегори Сандерса. В смерти он выглядел намного лучше, чем в жизни. Что-то в этом парне такое было. Его губы искривились в усмешке. Он, наверное, мог бы стать звездой. Но не стал. А теперь ему нужно навести здесь порядок. Он умертвил Сандерса в тайном ателье. В своей темнице. Она впечатлила Грегори. И привела в ужас. Он этого заслужил. «Хотел меня обокрасть» - пробормотал он. Этот парень молил о прощение. О пощаде. Но он их ему не предоставил. Съемочный материал с Грегори обеспечил его парой полезных сцен. Воровство в Средние века –широко распространенное преступление, оно влекло за собой целый ряд наказаний. Правда, изначально он планировал другие сцены пыток, но и эти получились ничего.
На рассвете он похоронит мертвеца и вернется сюда, поработать над игрой. Утром он ждал ответа на письмо, которое отправил высокой блондинке с модельного сайта США. Она станет королевой, которая удовлетворила бы Ван Зандта. И тогда он взорвет эту проклятую голову. Как ему это удастся, пока не известно, но он это сделает.
Вторник, 16 января, 23 часа 30 минут
У Софи дрожали руки, когда она пыталась вставить ключ в замок входной двери Анны. Они промолчали почти всю поездку, за исключением кратких указаний направления. Но все это время Вито держал ее за руку, порой так крепко, что она чуть не вздрагивала. Но боль эта оказалась желанной, потому что она вновь чувствовала себя живой. И явно неуклюжей. Когда ключ выскользнул в третий раз, Софи негромко выругалась.
- Дай мне эту штуковину, - мягко приказал Вито. Ему удалось открыть дверь с первого раза, а собаки звонко и громко залаяли. Имей она чуточку терпения, и выражение лица Вито заставило бы ее рассмеяться. Почти с ужасом он смотрел на Лотту и Биргит. – Это что еще за мелюзга?
- Собаки моей бабушки. Тетя Фрейя выгуливает их днем, а теперь моя очередь. Давайте, девочки.
- Они… такие пестрые. Как твои перчатки.
Софи помотала головой.
- Это был эксперимент. Они должны погулять. Я скоро вернусь. - Она повела собак через кухню к задней двери, а затем стояла там со скрещенными руками и нетерпеливо постукивала ногой по деревянному полу веранды. - Поторопись, - шипела она собакам, которые шныряли по саду. – Иначе в течение месяца вы будете питаться только сухим кормом.
Угроза, казалось, подействовала или они просто замерзли, потому что сделали свои дела в темпе. Софи подняла их и прижалась щекой к лохматым собачьим мордочкам, а потом поставила их на пол кухни. Она заперла дверь, сделала глубокий вдох и обернулась.
Вито материализовался из ниоткуда и смотрел так проникновенно, что у нее подогнулись колени. Он снял пальто и перчатки, помог ей с курткой. Его взгляд упал на ее грудь, все еще прикрытую тканью. Он задержался там, потом посмотрел ей в глаза. Софи на мгновение показалось, что она больше не может дышать. Ее груди напряглись, в сосках появилась болезненная чувствительность, а пульсация между ног заставляла ее желать, чтобы он поторопился. Но он не думал об этом. С медлительностью, доводившей ее до безумия, Вито обрисовывал пальцем ее губы, пока она не содрогнулась. Он улыбнулся. Как хищник. Если бы хищник мог улыбаться.
- Я хочу тебя, - прошептал он. - Я бы солгал, если бы утверждал что-то другое.
Она подняла подбородок, желая, чтобы он, наконец-то, прикоснулся к ней. Почему он этого не сделал?
- Тогда просто не сдерживайся.
А потом Вито зарылся руками в ее волосы, прильнул губами к ее губам и поцеловал. Он целовал ее крепко, горячо и требовательно, а она хотела большего. Больше всего на свете.
Она положила руки ему на грудь и чуть не застонала, когда напряглись его твердые мышцы, потом вцепилась в его рубашку, притягивая его ближе к себе. Обвила руками его шею, встала на цыпочки и прижалась к нему, чтобы почувствовать его на себе повсюду.