— Я — коллега Джессики, — сказал Итан. — Мы ужинаем вместе. Пожалуйста, уходи.
Марк шагнул вперед в дверной проем, его рука появилась в поле зрения. Итан не дрогнул, когда Марк указал на его волосы.
— Твои волосы мокрые. Ты пахнешь как гребаный шампунь.
— Я попрошу тебя еще один раз, — спокойно сказал Итан. — Пожалуйста, уходи, чтобы мы могли закончить ужин.
— Черта с два.
Все произошло быстро, я едва смогла понять, что случилось. Марк попытался оттолкнуть Итана, его глаза мгновенно устремились на меня. Лицо вспыхнуло от ярости, зрелище, которое я видела много раз раньше: это и привело меня к разрыву отношений с ним две недели назад. Когда же его губы сжались в линию, я знала, он собирался назвать меня шлюхой.
Прежде чем он это сделал, Итан толкнул его. Марк отрикошетил от стены, удивленный на мгновение, но затем он отвел правую руку и размахнулся. Я вскрикнула, когда кулак приблизился к Итану. Но мужчина достаточно быстро отклонился, удар пролетел мимо.
Итан зарычал — звук, который я услышала, будто был в моей голове. Затем он ударил Марка в живот.
Это был сокрушительный удар, мышцы руки Итана напрягались, как какой-то красивый механизм. Марк согнулся пополам и прислонился к стене, задыхаясь и рыча. Итан, мой грифон, небрежно указал на дверь.
— Выметайся.
Лицо Марка снова исказилось от ярости, и я подумала, что в пьяном состоянии он попытался бы продолжить бой, но здравомыслие победило, и он выскочил за дверь.
Свинцовая тяжесть покинула мои ноги, я подошла к дверному проему убедиться, что Марк действительно ушел. Его сгорбленная фигура вылетела на лестничную площадку вниз по коридору. Он ушел навсегда.
Дверь в другом конце коридора приоткрылась, я увидела мою соседку Али уставившуюся на меня.
— Давно пора, — удовлетворенно кивнула она.
Я закрыла дверь и поняла, что все это время задерживала дыхание. Когда же с дрожью выпустила воздух, стало трудно дышать.
Итан поддержал меня руками:
— Ты в порядке?
Я прислонилась спиной к двери, столько эмоций. Итан притянул меня к груди, к своей теплой и сильной груди, по моим щекам начали течь слезы.
Я дрожала и плакала, пока Итан гладил мои волосы, и когда, наконец, прекратила, паста уже остыла.
— Прости, — сказал мужчина в спешке. — Не знаю, что на меня нашло. Я бы никогда не осмелился сделать это без твоего разрешения, но чувствовал твою боль, не знаю как, но чувствовал и хотел, чтобы она ушла…
— Все в порядке, — я вытерла лицо тыльной стороной руки. — Ты вовсе не был самонадеян. Я избегала его с тех пор, как мы расстались, и стычка была, вероятно, к лучшему. Все действительно закончилось.
Итан обхватил свое запястье другой рукой.
— Я никогда никого раньше не бил. Черт, это больно, даже бить туда, где нет костей.
Я схватила его за руку и мягко поцеловала костяшки пальцев.
— Немного макарон и вино заставят тебя почувствовать себя лучше.
Это странно, но рядом с Итаном было комфортно. С человеком, которого знала всего день и у которого были какие-то безумные способности. Я все еще не могла понять их. Мы ели пасту в полной тишине, а потом готовились ко сну, и прежде чем я смогла сказать «можешь спать на диване, если хочешь», Итан залез в постель и вздохнул.
Я отвернулась, он обнял меня за талию, и это казалось самой естественной вещью в мире.
На прикроватной тумбочке в пределах досягаемости пульсировал тотем грифона.