За ночь земля покрылась инеем, и было очевидно, что до снега недалеко. Мэриэн как следует закуталась в свою накидку, прежде чем углубиться в лес. Ей пришлось пройти шагов двести, когда она услышала голоса.
— Ты боишься? Думаешь, не сможешь дерево выдернуть из земли, когда понадобится?
— Я… не знаю. А вдруг мне очень страшно станет… и я не смогу ничего сделать?! Буду стоять, и смотреть… и плакать… и всё.
Шорох в кустах заставил Мэриэн распахнуть накидку и потянуть меч из ножен. Кто-то четвёртый, тихо ступая и отгибая ветки, приближался к девочкам. Не выпуская из напряжённых пальцев рукояти меча, Мэриэн стала красться за незнакомцем.
— Смотри, как яблоня трясётся! У тебя получилось, и не смей думать о поражении, понимаешь? Чем больше думаешь, тем хуже! Эти мысли тобой завладеют, и потом ты не сумеешь сопротивляться.
— Да… Я, наверное, не буду это дерево выдирать. Пусть стоит. Просто… пусть облетят последние листья!
— И они облетают! Я уже говорила, что у тебя неповторимый Дар Земли, я дома такого ни у кого не видела?..
Неизвестный раздвинул кусты и только появился перед Эсфи и Тарджиньей, как Мэриэн выскочила следом с мечом наготове.
— Стой и не двигайся!
Девочки обернулись почти одновременно. Эсфи ахнула, Тарджинья мгновенно вскинула руку, сузив карие глаза:
— Одна волна — и до самого моря нестись будешь!
— Э, никакой воды! — панически завопил незнакомец. Это оказался мужчина среднего роста с рябым лицом. Он был в неприметной крестьянской одежде и вооружён лишь ножом. У Мэриэн мелькнула мысль, что, скорее всего, к завоевателям этот человек не имеет отношения.
— А почему такой страх перед водой? — Эсфи задала вопрос раньше, чем Мэриэн спросила бы имя незнакомца.
— У меня от неё страшный зуд, — он поморщился. — И сыпь!
— Первый раз слышу, — заинтересованно протянула Тарджинья, опуская руку. Мэриэн тоже убрала меч, но всё ещё следила за руками незнакомца.
— Предпочёл бы тоже первый раз слышать, — вздохнул он, — но нет… Позвольте представиться, я — Гербен. И я… дэйя, — Гербен обезоруживающе улыбнулся. Несмотря на оспины, лицо у него было приятным. — Вы тоже, верно?
На Мэриэн он покосился с немым вопросом в глазах, но она сделала отрицательный жест.
— Да, — важно подтвердила Эсфи.
— И вы знатные дамы, правильно?
— Леди Кордеваль из Гафарса, сёстры, — живо представила их всех Мэриэн.
Гербен с лёгкой улыбкой покачал головой:
— Нет. Вы, — он указал на Тарджинью, — говорите на другом языке! Гортанном, похожем на ихранджанский. Я хоть и понимаю вас, леди, но заметил… — Он развёл руками с извиняющимся видом.
Ах вот оно что! Мэриэн совсем забыла, что и Эсфи обладала такими же способностями!
— Ты ещё скажи, что имя моё видишь, словно оно у меня на лбу написано, — невозмутимо заметила Тарджинья.
— Вижу. И не только ваше, — Гербен склонился в низком поклоне перед Эсфи, почти благоговейно прошептав:
— Приветствую, Ваше Высочество. Приветствую в Афирилэнд. Мы… ждали вас!
Какой неожиданный поворот! Мэриэн предпочла бы, чтобы у этого человека оказался дар попроще, и тогда они могли бы спокойно разойтись в стороны. Но нет — он видел истинные имена людей, и что теперь с ним делать? Весь отряд, начиная с Эсфи и кончая слугой с бородавкой на щеке, хотел добраться до повстанцев без разглашения тайн.
— Ишь догадливый какой! — всплеснула руками Тарджинья, а он повернулся к Мэриэн.
— Герцогиня… Ваша Светлость. Вас мы тоже очень ждали!
— Кто «вы»? — наконец, спросила Мэриэн, услышав это во второй раз.
Но Гербен уже смотрел на Тарджинью — с меньшим почтением, чем на Эсфи, но всё равно, как будто снизу вверх.
— Леди… Тарджинья. Подруга Её Высочества и Её Светлости, а значит, и всего нашего народа.
Мэриэн не выдержала, бесцеремонно схватила его за плечо и рявкнула:
— Ты объяснишься по-человечески или нет?!
Гербен ничуть не смутился и не испугался. Наоборот, его небольшие, но яркие голубые глаза сияли.
— Я вас лучше отведу.
— Куда отведёшь? — подозрительно спросила Мэриэн.
— Увидите…
— Ещё чего! Говори сразу, или мы никуда не пойдём.
Эсфи и Тарджинья помалкивали, но явно были согласны с Мэриэн.
— Ладно, — сдался Гербен. — Я отведу вас к Изулу и Изеле, детям графа Кериэльского. Предводителям нашего отряда.
Изул и Изела были младшими отпрысками графского рода. С детства близнецы считались уродцами, родные отец и мать терпеть их не могли, и однажды Изул с Изелой просто сбежали из дому.
Они странствовали по северу, как бродячие артисты — и брат, и сестра прекрасно играли на виоле. У них была мечта — дойти до королевского дворца, стать музыкантами при дворе королевы Агрей. И эта мечта развеялась, как дымка, когда случился переворот, и никто не знал, куда исчезли принцесса Эсферета и воспитанница Её Величества Мэриэн. Трон занял некий лорд Дайвель, а вскоре до севера дошли тревожные слухи, что в Афирилэнд вступила армия хана Эрекея.
— Видите ли, — сказал Гербен, рассказывая эту историю, — раньше никто не думал о том, чтобы объединить нас, дэйя. Только Изул и Изела. Они решили так — вы, принцесса, рано или поздно вернётесь, а вас будет ждать целый отряд таких же, как вы, и способных на свершения ради вас!
Эсфи покраснела и спрятала лицо за меховым капюшоном накидки.
— Нас было двадцать три, — продолжал Гербен, — сейчас семнадцать человек. Те шестеро погибли от болезней и в схватках с разбойниками.
С его слов, Изул и Изела находили дэйя по всему северу и тех, чей дар мог сгодиться в бою, приглашали в свой отряд. Сначала они под видом артистов путешествовали по городам, но потом ушли в леса.
— Мы раскрывали свою тайну только тем, кого могли позвать с собой. Кто пошёл бы с нами, — говорил Гербен. — И многие шли!
— А какой дар у ваших предводителей? — полюбопытствовала Эсфи.
— Потом узнаете, — и снова Гербен попытался сохранить какую-то загадку, но теперь Мэриэн промолчала. — Вы же пойдёте со мной?
— Пойдём, куда денемся, — ответила Мэриэн и прислушалась. — Нас зовут. Я различаю голоса Гиадо, слуг… Иди успокой их, Тарджинья! Скажи, мы скоро вернёмся.
— Без меня к дэйя не ходите! — Тарджинья убежала, перепрыгнув через поваленное Эсфи дерево.
Прошло немного времени. Как только коричневая накидка джиннии снова мелькнула среди слабо дрожавших на ветру кустарников, Мэриэн перевела взгляд на Гербена:
— Веди.
Пока они шли, ветер усилился. Эсфи жалась к Тарджинье и один раз наступила на бледный, непривлекательный гриб. Мэриэн шагала рядом с Гербеном, а он чувствовал себя в этом лесу, как дома.
— Недолго осталось, — ободрил Гербен, обернувшись и увидев, как Эсфи брезгливо подобрала полы своей накидки. — Вот-вот мы выйдем к землянкам, где наш отряд заночевал.
Ещё издали они заметили костёр и расслышали негромкие голоса. Один был высокий, тонкий, как у маленького мальчика, а другой принадлежал девушке.
— Я привёл их! — воскликнул Гербен, едва появившись перед костром. — Её Высочество, Её Светлость и их подруга…
— Леди Тарджинья, она же новоиспечённая герцогиня Сагрельская, — пробурчала себе под нос Тарджинья.
От костра поднялись двое, и Мэриэн сразу поняла, почему родные отец и мать их не любили. Изул и Изела были совсем малы ростом, головы их — напротив, велики, как у взрослых, и такие же руки с длинными гибкими пальцами.
— Ваше Высочество! — Изела подбежала первой, и Эсфи неуверенно протянула ей руку. Изела тут же приложилась к ней губами, а следом и её брат.
Гербен крикнул во тьму землянок:
— Эй, братья и сёстры! Выходим! Она здесь, с нами!
Из убежищ мгновенно выбрались люди. Иные выглядели как простые смертные — сразу и не поймёшь, что дэйя, а кто-то прятал уродство или болезнь за просторным плащом и маской. Мэриэн не стала присматриваться.
Дэйя бросались к ней и её подругам, порывались целовать им руки, пока Эсфи не прекратила всё это:
— Довольно! Я… я очень рада вас видеть.
А ведь она и вправду видела! Значит, будет чудо, чтобы дэйя всласть налюбовались на волшебство своей принцессы.
— Мы пойдём к северянам, — произнесла Эсфи в тишине, и голос её был ясным и, пожалуй, величественным, с удивлением подумала Мэриэн. — Мы объединимся с ними и… долой хана! Долой бей-ялинцев! Дэйя пойдут впереди, и я, ваша принцесса, поведу вас!
Несколько мгновений царила тишина, а потом раздался голос Изула — смешно высокий для мужчины, но не нашлось бы здесь человека, который посмеялся бы над ним:
— Ведите, наша…
— …королева! — взревела толпа.
Эсфи словно потянулась к небу, услышав эти слова. Мэриэн увидела, как, взлетая, лихо кружились опавшие листья, а кристаллики инея превращались в ледяные цветы. Едва заметно шевеля пальцами, Тарджинья помогала Эсфи сотворить чудо.
Дэйя ахнули, как один. И закричали снова:
— Королева! Приветствуем королеву Эсферету!
Капюшон Эсфи сбился в сторону, светлые волосы растрепались, но на щеках её пылал румянец, и, кажется, радость её буквально разливалась вокруг.
А ветер поутих, и начало всходить солнце.