От этого Джейсон притормозил, но, подумав, решил, что Марчелло вряд ли оговорился. Закончив собираться, он спустился вниз и нашёл Бена и Тима на кухне. Бен стоял у дымящейся кастрюли, в то время как Тим опирался на тумбочку и наблюдал, как он готовит.
– Где Марчелло? – спросил Джейсон.
– Он был здесь? – спросил Тим.
– Да, всего секунду назад. В моей ванной.
– Этот человек ниндзя, – сказал Бен, совсем не удивлённый. – Чего он хотел?
– Ничего, – сказал Джейсон. – Эм, я собираюсь уходить.
Бен бросил на него взгляд и улыбнулся.
– Просто великолепно! Я знал, что эта рубашка будет хорошо на тебе смотреться.
– Спасибо, – сказал Джейсон. Названная рубашка была бледно-зелёной и из мягкой ткани – к счастью, потому что она была практически в облипку. Он надеялся, что Уильяму понравится, хоть он уже много раз видел голую кожу под ней.
– Тебе что-нибудь нужно? – спросил Бен. – Денег достаточно?
– Да, мне как раз заплатили. Эм…
Он бросил взгляд на Тима, который усмехнулся.
– Я не могу снова быть твоей парой, парень.
Джейсон закатил глаза.
– Я не об этом. Я думал…
– Я знаю, чего ты хочешь, – сказал Тим, копаясь в кармане и доставая связку ключей. Он бросил их Джейсону. – Ты знаешь правила. Будь безумно аккуратным. Ни одной царапины, хорошо?
– Хорошо, – с облегчённой усмешкой сказал Джейсон. – Спасибо! Я пошёл.
– Повеселитесь! – сказал Бен.
– И верни её с полным баком! – крикнул вслед Тим.
В отличие от прошлого раза, Джейсон вёл осторожно всю дорогу до Остина – частично из-за того, что случилось с Келли, но ещё потому, что не хотел, чтобы что-то в этот вечер ему мешало. Наконец, наконец-то, они будут вместе столько, сколько нужно. Это казалось практически слишком хорошим, чтобы быть правдой. Он переживал, что подъедет к дому Уильяма и увидит ожидающего на крыльце Келли. Или Уильяма с извиняющимся выражением лица из-за того, что что-то ещё встало на пути. Но когда он добрался до дома, и дверь открылась, его поприветствовала знакомая улыбка. Достаточно странно, она принадлежала женщине, семейное сходство было безошибочно.
Вдобавок к тому, что у неё была такая же улыбка и такой же нос, её волосы тоже были блондинистыми и такими же светлыми, как у её сына. Только глаза у неё были другие, тёмно-карие, а не зелёные.
– Проходи, проходи, – сказала она, махая рукой, будто этот ветер подхватит его и занесёт в её дом. Этого не случилось, так что Джейсон добровольно зашёл внутрь.
Ему часто становилось неуютно рядом с матерями других людей. Странно, потому что у него у самого было больше двадцати приёмных мам, но они всегда казались фальшивыми. Такие матери, как у Уильяма, были настоящими, почти святыми в его глазах, и они неизбежно вызывали у него мысли о его родной маме.
– Вилли так много рассказывал мне о тебе! – говорила мисс Таунсон, оглядывая его как что–то, что подумывала купить. Может, как продукт, потому что она потянулась и сжала его руку. – О, посмотри! Твои щёки краснеют!
– Мама, хватит, – сказал Уильям, забегая в комнату.
– Он милый! – сказала она. – Только посмотри на него!
– Я смотрел, – признал Уильям, – и хотел бы продолжать на него смотреть, но не пока ты здесь.
– Какой умник, – сказала мисс Таунсон, шлёпая Уильяма по руке.
– Спасибо за печенье, – сказал Джейсон, наконец сумев заговорить. – Оно было невероятное.
Конечно, это её удовлетворило.
– Вилли сказал, что только его ты и ел на пикнике.
– И отказывался делиться, – добавил Уильям.
Джейсон поднял руки вверх и пожал плечами.
– Виновен по всем пунктам!
– Продолжай делать моего сына счастливым, и в будущем у тебя будет ещё больше печенья. И брауни тоже, но только если ты выйдешь за него замуж.
После мгновения шокированной тишины, она рассмеялась, провоцируя Джейсона на то же самое. Уильям выглядел больше сердитым, чем каким–либо ещё, и снова поторопил Джейсона к выходу.
– Она не шутила насчёт печенья, – сказал Уильям по пути к машине. – Она приготовит тебе ещё, даже если мы не поженимся. Только подожди.
Джейсон усмехнулся.
– Надеюсь, тебе нравятся толстые парни.
– Может быть. Оу, вау! Твой бойфренд Тим одолжил тебе свою машину!
Джейсон закатил глаза.
– Да, да. Смейся… Вилли.
– Я покажу тебе Вилли!
Джейсон не был уверен, обещание это или угроза, но в любом случае он был не против.
Уильям был нервным пассажиром. Он возился с бардачком или делал вид, что занят гудками и свистками, которые были в такой пафосной машине, но Джейсон заметил, что он не особо смотрит на дорогу. Он полагал, что это понятно, учитывая, через что он прошёл, но Джейсон всё равно почувствовал облегчение, когда они добрались до художественного музея. Это место было предложением Уильяма. Музей казался очень маленьким, и парковочные места были такими же. Джейсону пришлось втиснуться между минивэном и добитым старым грузовиком. Это было сложно, даже после того, как он развернулся и попытался ещё несколько раз. Как только машина была припаркована, Уильяма пришлось переползать и выходить через дверь с водительской стороны.
– Я не знал, что ты увлекаешься искусством, – сказал Джейсон, оплатив вход.
– Не особо, – сказал Уильям. – Я просто хочу побыть где-то, где мы можем поговорить. Я люблю ходить в кино, но ты знаешь.
– Два часа тишины, – согласился Джейсон. – Или нас бы выгнали за то, что не можем держать рты на замке.
Уильям усмехнулся.
– Да уж. Итак, давай посмотрим, какой глубокий разговор провоцирует это искусство.
Музей был квадратным зданием, разделённым на два этажа с маленьким двориком в центре. Картины на первом этаже были очень традиционными – пейзажи, религиозные сцены или портреты давно умерших людей, которые были достаточно богатыми, чтобы нанять художника.
– Этот немного похож на Стивена Фрая, – сказал Уильям.
– А мне почему-то напоминает Оскара Уайльда, – ответил Джейсон.
– Думаю, он играл Оскара Уайльда в фильме.
– А затем он вернулся назад во времени, чтобы написали его портрет.
Уильям притворился удивлённым.
– Есть что-то, чего этот мужчина не умеет?
Они пытались найти других людей, похожих на знаменитостей, обнаружив портреты Шер, Билла Клинтона и Кэти Бейтс, и около четырёх, которые выглядели как Иисус с разными стилями бород.
– О, эта мне нравится! – сказал Уильям, стоя перед огромным пейзажем. Первопроходцы тянули свои телеги на фоне самого невероятно красивого заката.
– Ты был здесь раньше? – спросил Джейсон.
– Нет. Келли не особо любил искусство. За исключением фотографии, но он бросил это хобби, когда... Ты знаешь. – Уильям нахмурился, не отрывая взгляда от картины. – Думаешь, возможно быть друзьями с кем-то, кого любил?
Джейсон выдохнул.
– Я не знаю. Единственный парень, с которым я когда-либо был... это определённо было невозможно.
– Цезарь?
– Да.
Уильям повернулся к нему.
– Значит, кроме него никого не было?
– Нет, – сказал Джейсон. – Только он и этот другой парень.
– Другой парень?
– Да, не помню его имя. Блондин, с фигурой пловца, не может понять, когда я шучу.
Уильям усмехнулся.
– Оу. Так я у тебя второй?
– Ага.
– Ты у меня тоже второй, – сказал Уильям, беря его за руку. – Келли был моим первым во всём, так что когда мы тогда были вместе…
– Это было странно, потому что по-другому, – сказал Джейсон, понимая. – Но странно не в плохом смысле, надеюсь.
– Нет! Просто по-другому. И волнующе, будто это снова был первый раз.
Уильям продолжал держать его за руку, утаскивая во двор, где с вечным терпением ожидало много скульптур. Одна, сделанная из дерева, была в форме гигантского грецкого ореха. Несколько были металлическими двухмерными силуэтами людей. Они остановились перед традиционной каменной скульптурой, на этот раз это был мужчина с ногами и рогами козла.
– Думаешь, это должен быть дьявол? – спросил Уильям.
– Пан5, – сказал Джейсон, читая с таблички. – Он сатир6, да?
– Думаю, ещё и бог, – сказал Уильям, подходя ближе. Он смотрел на статую с восхищённым увлечением. – Как думаешь, я могу до него дотронуться?
Джейсон огляделся вокруг. Патрулирующих работников здесь не было, и никакие верёвки ничего не окружали. Брусчатка вела к каждой скульптуре, небо над ними темнело.
– Действуй, – сказал он.
Уильям провёл рукой по одной мохнатой ноге, потянулся вверх, чтобы коснуться пальцами дикой бороды, заострённых ушей и козьих рогов. Джейсон наблюдал, как он делает всё это, восхищаясь тем, что такое же внимание уделялось ему несколько ночей назад. Ему повезло. Опять же, он пришёл слишком поздно, человек, которого он желал, уже принадлежал другому, но сердце Уильяма не было занято. Не полностью. Может быть, всё ещё не было занято. Джейсон намеревался сделать всё, что в его силах, чтобы изменить это.
– Как круто, – говорил Уильям. – Это как на самом деле встретиться с богом и иметь возможность коснуться его. – Он рассмеялся над собственным комментарием, прежде чем снова стал задумчивым. – Думаешь, мне бы пошла борода?
– Такая? – спросил Джейсон. – Может, когда ты станешь старше. Кроме того, она будет пропитываться водой и замедлять тебя при плавании.
– Верно подмечено, – признал Уильям.
Затем они поднялись наверх, где искусство было более современным. Это развило разговор, пока они смеялись над работами, которые казались слишком простыми или лёгкими, и спорили насчёт предметов, которые на самом деле стоили похвалы.
– Эй, зацени это! – сказал Джейсон, подзывая Уильяма.
На картине были две фигуры, безошибочно мужские несмотря на то, что были созданы формами базовой геометрии. Фигуры были переплетены друг с другом так, как казалось страстно и невозможно. Это было достаточно интересно, но что действительно поймало взгляд Джейсона, так это знакомая игра света и цвета.
– «Всё переплетено», – произнёс Уильям, читая табличку рядом с картиной. – Местный художник Тим Уаймэн. Эй, это твой приёмный отец, да?