Глава 5
Лорен
Мы все встаем рано, хотя я просыпаюсь раньше всех. Не знаю, где мистер Скотт спал прошлой ночью, но его не было в своей комнате. Миссис Скотт оставила дверь открытой, и была там одна, а его грузовик не сдвинулся с места со вчерашнего вечера. Мой телефон звонит, и я вижу, что это Хиллари. Не могу не закатить глаза, потому что я очень удивлена, что она проснулась до рассвета, вспомнив, насколько они были пьяны прошлой ночью. Хиллари и Эйдан вместе кажутся странными. Ну, не так уж и необычно. Они оба одиноки, одного возраста и привлекательны. Меня просто съеживает от того, что они могут серьезно относиться друг к другу. Надеюсь, Эйдан в курсе во что ввязывается. Я удивлена, когда слышу его голос в телефоне, а не Хиллари.
– Эй, Лорен, мой телефон умер, так что я просто воспользовался телефоном Хиллари, – его голос хриплый, как будто он только что проснулся.
– Я уже поняла, – я все еще немного раздражена тем, как они вели себя прошлой ночью.
Ожидала такого от Хиллари, но Эйдан мог бы быть немного более зрелым при данных обстоятельствах. Эти двое могут быть как огонь и бензин.
– Звоню, чтобы извиниться за вчерашнее. Я был придурком, и это было глупо. Знаю, что вам это не нужно, и я не воспринимаю состояние моих лучших друзей как шутку, – ну, он попал во все отметки, которые я собиралась пометить галочками.
– Я просто рада, что это не переросло во что-то ужасное, – говорю я, наблюдая, как Кэйлен переворачивается в постели.
– Я видел грузовик мистера Скотта. Все в порядке?
– Насколько мне известно.
– Тебе нужна помощь там... он... все еще тот парень?.. – интересуется он, произнося последнюю часть с опасением и почти отвращением.
– Да, и мы на самом деле скоро уезжаем. Не мог бы ты время от времени навещать миссис Скотт? Мы предложили ей поехать с нами в Чикаго, но она говорит, что здесь ей будет лучше.
– Хорошо, буду. Ты справишься с Крисом из «подготовительной школы»?
– Его зовут Коллин, и да, он безвреден, – хихикаю я.
– Когда Крис ушел в себя? После всего, что случилось с Лизой?
– Да, но он вернулся... это длинная история. Крису, наверное, лучше самому рассказать тебе... когда он вернется, – я замолкаю.
– Ты знаешь, когда это случится?
В ответ я качаю головой и понимаю, что он меня не видит.
– Нет, я так же не осведомлена, как и все остальные, – признаюсь я со смешком. – Ты разговаривал с Лизой? – спрашиваю, желая сменить тему.
В последнее время она постоянно в моих мыслях. Я не разговаривала с ней с того дня, как она заставила меня встретиться с ней в ресторане и сказала, что у нее есть что-то, о чем она должна рассказать Крису. Ненавижу все, что произошло. Вообще-то я считала Лизу своей подругой. Мы были близки и теперь... думаю, я не могу судить ее. Она была так молода, и тогда я не была частью этой истории, но я, как жена, чувствую себя обязанной принять сторону миссис Скотт.
– Да, я был у нее. Вчера утром она уходила и оставила Уиллу с тетей, – он признается, и я вспоминаю, что у Лизы и мистера Скотта есть ребенок.
Тот факт, что она назвала свою дочь в его честь, делает это гораздо более реальным, и миссис Скотт должно быть еще обиднее. Я думаю о ночи, когда она плакала на моих руках на полу в ванной, и чувствую, что становлюсь эмоциональной.
– Не знаешь, видел ли мистер Скотт ее... их дочь? – спрашиваю я с любопытством.
– Не знаю, – его голос несчастен, далек от его обычно игривого веселого тона, который только вчера звучал с помощью алкоголя.
В этот момент я понимаю, что Эйдану тоже больно. Его брат, Крис, пропал без вести, Скотты, почти его семья – на грани распада, и его лучшие друзья, вероятно, никогда больше не заговорят друг с другом.
– Эйдан, ты в порядке? – спрашиваю его искренне.
– Со мной всегда все в порядке, – я слышу улыбку в его голосе, и знаю, что он сообразил ее для меня.
– Ну, так как вы с Хиллари теперь вместе, уверена, буду часто видеть тебя в Чикаго, – дразню я.
– Мы не вместе! – он звучит почти панически, и мне приходится сдерживать хихиканья.
Он не знает Хиллари. Теперь они вместе.
– Как скажешь, – говорю я ему успокаивающе.
– Дашь мне знать, как только Крис... вернется, – просит он неуверенно.
– Обещаю.
– Хорошо. Не бери в голову, Лорен, – его голос более серьезен.
– И ты тоже, – говорю ему, прежде чем повесить трубку.
Закончив разговор с Эйданом, я быстро принимаю душ и переодеваю Кэйлен, пока она спит. Еще слишком рано, и я не хочу нарушать ее режим. Коллин написал мне, что мы уезжаем в семь тридцать, а сейчас шесть сорок пять. Я провожу последний осмотр собранных вещей, когда раздается стук в дверь. Я думаю, что это миссис Скотт, но удивляюсь, видя, мистера Скотта. Он все еще выглядит усталым и опустошенным, но теперь есть кое-что, чего я не видела, когда мы виделись в последний раз. Надежду в его сине-зеленых глазах.
– Доброе утро.
– Доброе утро, – отхожу от двери, позволяя ему войти.
Он заходит внутрь, и я закрываю дверь. Думаю о том, как далеко мы с ним зашли. Как этот человек ранее практически ненавидел меня, каким подлым и злым был. Он не являлся мне союзником, честно говоря, чувствовался моим врагом. Я ничего не могла сделать правильно, и само мое присутствие раздражало его. Теперь, когда все вышло наружу, думаю, что только я его единственный союзник.
– Гвен упомянула, что ты и... – он глубоко вздыхает, – Коллин уезжаете.
– Да, – я киваю. – Надеюсь, встреча с Хелен ему поможет.
– Надеюсь, она сможет помочь, как знать? – он хихикает.
– Вы говорили с ним?
Мужчина отрицательно качает головой.
– Нет, не думаю, что сейчас это самое лучшее решение, – это меня удивляет, но, возможно, не должно, после словесного уничтожения его Крисом. – Гвен сказала, что он не кажется таким уж плохим, – интересно, это была его интерпретация ее слов, а не его. – Честно говоря, Гвен, кажется, влюблена в Коллина.
– По крайней мере, сейчас, – честно отвечаю я.
Действительно не знаю, что думать о Коллине. Он кажется настолько прозрачным, но я просто не могу доверять ему на данный момент. Его цели кажутся слишком идеальными. Было бы легко, если бы эта часть человека, которого я любила, хотела лучшего для всех, но кажется странным, что его цель настолько не соответствует двум другим частям его самого. Если он честен, и это на самом деле его задача, имеет ли значение, когда две другие половины так сопротивляются этому?
– Гвен сказала мне, что он напоминает ей лучшую версию Крестфилда, – говорит он нерешительно.
– Звучит, как точное описание.
– В таком случае будь осторожна.
Хочу сказать ему, что его сын истинный Крестфилд, но молчу. Он уже должен быть в курсе этого, и я не хочу сейчас ничего лишнего добавлять к его моральным весам.
– Если тебе что-то понадобится от меня или Гвен, мы здесь. Неважно, насколько рано или поздно, – я могу сказать, что он имеет в виду именно это всеми фибрами своего тела.
– Я обещаю.
Серьезно. Если мы хотим исправить ситуацию, это касается каждого из нас.
***
Мы с Кэйлен множество раз подъезжали к нашему дому, поднимались по лестничным пролетам и открывали дверь. Но с Кэлом этого никогда не было.
Были только мы, или с Крисом, ну, по крайней мере, я думаю, что это был он. А теперь Коллин. Мы пробыли дома неделю, и к счастью, Кэйлен еще помнит, как выглядит ее дом. Мне все еще кажется, что это место ее, и Коллина, уверена, она осознает, что он ее отец.
Он любит ее.
Мужчина терпелив с ней, он играет с ней. Кэйлен спит в моей постели каждую ночь. Знаю, что должна прекратить это, она так хорошо спит одна, но это больше для моего комфорта, чем ее. Мне так одиноко в постели. Конечно же, мы с Коллином не спим в одной комнате. Он не инициировал этого и приходит только каждое утро, чтобы взять вещи. Знаю, что вчера он ходил по магазинам. Я заглянула в шкаф в комнате, где он остановился. Должна сказать, его вкус безупречен, но дорогой, даже Кэл на его фоне выглядит скромно.
Он уходит ежедневно между семью и девятью, но возвращается до семи. Совсем как сосед по комнате, и это так странно. Мистер и миссис Скотт звонили мне каждый день, разумеется, в разное время. Они в одном доме – это шаг – но не знаю, как долго так будет. Мне очень жаль миссис Скотт, и иногда легче говорить с ней о боли, с которой она имеет дело, чем о собственной. Какая у меня боль? После всего кажется эгоистичным думать о своей боли. После всего, о чем мы узнали, после того, что произошло в прошлом каждого, моя кажется смехотворной.
– Я хочу печенье, – визжит Кэйлен, брызгая пузырьками в ванной. Я смеюсь.
– Никакого печенья на ночь, – говорю ей в третий раз.
Думаю, миссис Скотт приучила ее к выпечке перед сном. Беру ее на руки, обертывая большим розовым полотенцем, и уношу из ванной. Удивляюсь, когда вижу, как Коллин проходит через дверь с большой сумкой с надписью «Барнс и Ноубл» (прим. пер.: Barnes & Noble – американская компания, крупнейшая в США по продажам книг).
– Привет, – говорю я, и он улыбается мне.
Улыбка, которая до сих пор заставляет мое сердце подпрыгивать. Каждый раз я напоминаю себе, что Коллин другой, даже если у него та же улыбка, тот же голос и те же глаза, которые заставляют меня снова влюбиться в него. Мужчина ставит сумку и подходит к нам, я приказываю своему сердцу успокоиться.
– У меня есть кое-что для нее, – говорит он, прежде чем поцеловать Кэйлен в лоб.
Она обхватывает ладонями его лицо.
– Ты слышишь, Кэй, – говорю я ей.
Коллин в хорошем настроении, и это почти заразно, мне хочется дышать им, но вместо этого я вдыхаю только его запах. Он так отличается от Криса и Кэла.
– У меня есть кое-что и для тебя, но я не могу показать тебе до пятницы, – его глаза сверкают, я пытаюсь сдержать улыбку.
У него есть кое-что для меня. Я пытаюсь скрыть свой восторг. Пытаюсь скрыть, насколько хорошо мгновение, когда все кажется легким и простым. Такое чувство, что этих мгновений не было тысячи лет. Он взволнован и излучает энергию. Обычно я бы просто улыбалась и была вежлива, но любопытство взяло вверх.