— Обхвати меня своими ногами.
Она так и сделала. Она вздрогнула, почувствовав, как его толстый ствол толкает ее.
— Я постараюсь сделать это как можно безболезненнее, — он уткнулся носом ей в шею.
Когда он поцеловал ее и пощекотал языком, она почувствовала покалывание в своей сердцевине.
— И как ты это делаешь? — прошептала она.
Даже будучи неопытной, она знала, что это не может быть нормально.
Он ничего не ответил, только покусывал ее шею. Это заставляло ее пульсировать и болеть без него. Он толкнулся в нее, крепко растягивая, пока не наткнулся на ее девственную плеву. Она почувствовала укол дискомфорта, затем он снова лизнул ее, и дрожь удовольствия пробежала по ее сердцевине.
— Готова? — он оторвал голову от ее шеи.
Капельки пота выступили у него на лбу, и он поморщился, словно от сильной боли.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Тяжело… контролировать, — процедил он сквозь стиснутые зубы. Он схватил одну из ее декоративных подушек и прижал ее к ее шее.
— Что… А! — она напряглась от боли, когда он порвал ее барьер.
Он тоже закричал и уткнулся головой в подушку у ее шеи.
Она замерла. Он был внутри нее. Она больше не была девственницей. Боль отступила, оставив ее с приятным ощущением того, что ее набили по самые жабры. Она хихикнула.
Он хмыкнул, и она снова захихикала. Семя радости вспыхнуло в ее груди, а на глаза навернулись слезы. Она была так рада, что дождалась его, что именно Робби был внутри нее.
Она похлопала его по спине.
— Спасибо. Я всегда буду помнить это. Это было просто прекрасно.
— Ты куда-то собиралась? — пробормотал он в подушку.
— Нет. Я здесь живу.
— Хорошо, — он поднял голову с подушки. Его лицо казалось бледным и напряженным. — Потому что мы только начали.
— Неужели? — она сделала глубокий вдох, когда он вытащил свою эрекцию.
— Так и есть, — он снова вошел в нее. — Я ведь не делаю тебе больно, правда? — Нет, это… — она застонала, когда он потерся о ее клитор.
— Ты такая красивая, такой тугая, — он отстранился и снова вошел в нее. — И теперь ты моя.
— Да, — она обняла его и поцеловала во все лицо. Он ускорил темп, и снова она почувствовала восхитительное волнение, которое вело ее все выше и выше к критической точке. Она подняла бедра навстречу ему, желая, чтобы он вошел в нее все глубже и глубже.
Он снова встал на колени и приподнял ее бедра, встречаясь с ними. Она задохнулась от силы его толчков. Напряжение внутри нее разлетелось вдребезги, и она закричала. Он прижался к ней всем телом, а затем с хриплым криком рухнул на кровать рядом с ней.
Она прижала руку к груди, когда ее дыхание и сердцебиение наконец замедлились.
— О, Боже, это было так хорошо.
Он простонал.
Она повернулась на бок, чтобы посмотреть ему в лицо.
— С тобой все в порядке? Он снова застонал.
— Ты ведь не собираешься перевернуться на другой бок и захрапеть, не так ли? Он открыл глаза.
— Я не храплю.
Она улыбнулась.
— Твои глаза выглядят намного лучше.
Покраснение прошло.
Он фыркнул.
— Это ненадолго.
— Это повторяющаяся проблема? — Когда я с тобой, да.
Она нахмурилась. Она была причиной проблемы с его глазами? Она знала, что глаза могут покраснеть и стать раздраженными, но не так, как у него.
— У тебя что, аллергия на меня? — Я влюблен в тебя, — он сел. — С тобой все в порядке, милая? Ты больно? Она пошевелила ногами.
— Немного. Пожалуй, я приму горячую ванну.
Не хочешь ли присоединиться ко мне? — Может быть, позже, — он вылез из постели и надел одежду. — Я собираюсь проверить территорию по периметру, чтобы убедиться, что охраняю тебя должным образом, — он поцеловал ее в лоб и улыбнулся. — Только не уходи. У нас еще второй раунд.
Второй раунд? Она поморщилась от боли, когда села.
— Я не уверена, что смогу вынести еще что-нибудь.
Он усмехнулся и вышел из комнаты.
— Ты справишься.
Она фыркнула.
— Если ты собираешься на улицу, возьми с собой мои ключи.
— Я закрою тебя. И я скоро вернусь.
— Хорошо, — она услышала, как открылась и закрылась входная дверь и как повернулся ключ в замке.
Она взглянула на мокрое пятно на своем одеяле. На нем была кровь. Доказательство того, что ее девственность исчезла. Ее взгляд упал на декоративную подушку, которую Робби прижал к ее шее.
Как странно. Она взяла его в руки. В синем атласном материале было два прокола.
Она бросила ее обратно на кровать. Ей не следовало стирать ее на прошлой неделе. Дешевый материал разваливался на части.
Она прошла в ванную и включила воду. Она ничему не позволит испортить самую великолепную ночь в своей жизни. Никаких мыслей о яблоках, красных глазах или испорченных подушках. Она только что была в постели с замечательным любовником. Робби Маккей любил ее.
В жизни не было ничего лучше, чем сейчас.