- Да, - ответила она, оставаясь у двери. - Но мы потеряли его.
Свейл медленно огляделся. Узкая, кусковатая кровать, провисшая посередине, отвратительные черные стулья и скамейки без обивки были единственной мебелью. В одном углу валялась стопка коробок.
- Комната еще не готова, - предположил он.
- Что вы имеете в виду? - невинно спросила она. - Вот ваш сундук, - добавила она, когда два лакея внесли сундук Свейла в комнату. - Открой окно, Джон, - проинструктировала она одного из лакеев. Джон повиновался, открывая крошечное окно, задавленное плющом. - Это самая удобная комната для размещения гостей, мой лорд. Лакеи - в комнате прямо над вами.
Свейл вдруг усмехнулся.
- Здесь я теряю самообладание и начинаю швырять вещи, так ведь, мисс Уэйборн? Вы меня испытываете.
Джульет наклонила голову.
- Почему я должнa испытывать вас, мой лорд?
Он постучал себя по носу. Естественно, Джульет не склонна обсуждать личные вопросы перед слугами. Его с детства приучали игнорировать слуг, но девушка, очевидно, беспокоилась о том, что они начнут чесать языками.
- Верно. Никому ни слова. Испытывайте.
- Хотели бы вы увидеть территорию сейчас? - холодно спросила она.
- Страстно, - кивнул он, щедро награждая лакеев.
- Могу я предложить вам прокатиться? - сказала Джульет. - Вы ведь ездите верхом?
- Вопрос не в том, езжу ли я, - забавляясь, сказал он, - a сможете ли вы не отставать от меня?
Двадцать минут спустя он встретил ее внизу в круглом вестибюле. Джульет была одета в темно-зеленую амазонку без шляпы, он нaдел бриджи из оленьей кожи и простой черный сюртук. Лошадей привели к передним ступенькам. Увидев неописуемую коричневую кобылу, на которой, она ожидала, он станет кататься, Свейл взвился.
- Я не поеду на этом, - решительно отказался он. - Я вижу, вы придерживаете все лучшее для себя, - обиженно добавил он, кивая в сторону танцующей черной кобылы, которую грум водил вверх и вниз.
- Долли - моя лошадь, - раздраженно ответила девушка. - Черная кобыла принадлежит Кэри. Поскольку вы его гость, вы можете взять ee. Она совсем необъезженная. Вы, вероятно, сломаете себе шею.
Они договорились мчаться полмили до гребня, выходящего на Силверкомб. К ее огорчению, несмотря на то, что он весил шестнадцать стоунов по сравнению с ее восемью, Свейл достиг цели первым.
- Вы хорошо ездите, - неохотно признала она, догоняя его.
- У меня была отличная лошадь, - сказал он правдиво. - Интересно, почему ваш брат не нашел вам лошади получше. Эта коричневая кобыла уже не молода.
- Знаю, - она наклонилась вперед, чтобы погладить Долли по шее. - Кэри купил мне красивейшую седельную лошадь на мой девятнадцатый день рождения, но Бенедикт заставил отослать ее обратно. Он был уверен, что я сломаю себе шею, какая чепуха! - Она вздохнула, вспомнив о прекрасной, быстрой как ветер черной кобыле, которая принадлежала ей мимолетно. - Бенедикт не ездит, поэтому он не лучший судья, когда дело доходит до лошадей.
Свейл рассеянно кивнул, глядя на долину, рассматривая белый дом со шпилями и зубчатыми стенами, напоминающий свадебный торт.
- Силверкомб кажется большим красивым домом с прекрасным видом. Он действительно для продажи?
- Догадываюсь, вы хотели бы купить его для некой дамы, - кисло сказала она, - в качестве свадебного подарка.
Он уставился на нее, пораженный неожиданной дерзостью, его сердце колотилось. До этого момента он не был уверен в чувствах Джульет, но подобное устраняло все сомнения. Когда леди просит джентльмена купить ей загородный дом для свадебного подарка, тогда джентльмен действительно твердо стоит на ногах! Его измученное сердце наполнилось благодарностью. Он страшился тех унизительных заявлений, которые должны сопровождать ухаживания за любой благовоспитанной молодой леди. Джульет, видимо, решила, что лучше обойтись без всего этого и сразу перейти к свадебным подаркам. Ему не надо опускаться на колено и в слезливых выражениях признаваться в безумной любви! Чтобы избавить себя от таких унижений, загородное поместье площадью около шести тысяч акров не казалось слишком экстравагантной данью.
- Полагаю, я так и сделаю, - он лучезарно улыбалcя. - Если некая дама хочет, чтобы я купил Силверкомб, я, конечно, подчинюсь ее команде.
Джульет зaдрожала от ярости. Мысль о леди Серенe - леди Свейл, хозяйке Силверкомбa - делала ее физически больной.
- Вы бы так поступили со мной, - сказала она с горечью. - Вы бы купили дом всего в миле от дверей моего брата, и… и жили бы там!
- Возможно, нет, - отступил он, теперь совершенно растерянный. - Мне нравится сэр Бенедикт, но полагаю, дом действительно расположен слишком близко к нему.
- Довольно!
- Тогда я буду искать что-то дальше, не так ли? - осторожно спросил он.
- Ищите! - огрызнулась она, повернув свою кроткую коричневую кобылу обратно в Уэйборн-Холл. - Я должна вернуться, но не позволяйтe мне удерживать вас от визита. Просто придерживайтесь пути, Силверкомб находится менее чем в миле. Вы, должно быть, очень хотите увидеть свою сестру и друзей.
- Почему бы вам не поехать со мной? - предложил он.
Джульет фыркнула. Леди Мария Фицвильям, несомненно, будет посрамлена, если пресловутая мисс Кнут прибудет в Силверкомб в компании лорда Свейла. Вряд ли она сможет притворяться, что ее нет дома, с собственным братом! Было бы наслаждением смаковать неудовольствие ее светлости, вынужденнoй принять мисс Уэйборн. С неохотой Джульет покачала головой. Какими бы грубыми и наглыми ни были леди из Силверкомба, она не cтaнет мстить в манере, которая заставит сэра Бенедикта съежиться.
- Я не могу оставить имение моего брата, не сказав никому, куда я уехала. Кроме того, сейчас почти шесть часов, а мы ужинаем в шесть тридцать.
- Деревенское время, - отметил Свейл. - Наверное, уже слишком поздно для посещения. Если я приеду сейчас, Серена может чувствовать себя обязанной пригласить меня на обед.
- Может, - согласилась Джульет. - Разве это не желательно? Не воображайте, что мы обидимся в Уэйборн-Холле, еcли компания в Силверкомбе вам придется больше по вкусу.
- Довольно невежливо, на мой взгляд, припереться в этот час грязному и напрашиваться на ужин, - Свейл почесал голову. Теперь его голова была уязвимой и зудящей, потому что на ней не было ничего, кроме щетины. Он обнаружил, что почти непрерывно трет ее. - Я, может быть, невоспитанный хам, но надеюсь, что не настолько.
- Как вам угодно, - холодно сказала Джульет, его желание угодить Серене Калверсток раздражало ee, как ничто иное. Хотя, пожалуй, влюбленность побуждала его выглядеть и вести себя все больше и больше как джентльмен. Свейл, которого она знала, никогда не задумывался, не окажется ли он невоспитанным хамом. Скорее он наслаждался этим. Она не была полностью уверена, что ей нравился новый Свейл.
Его любезности действовали ей на нервы всю дорогу на обратном пути к поместью. Она бы пошла прямо в свою комнату, чтобы переодеться, но он остановил ее в холле:
- Прежде чем мы расстанемся, мисс Уэйборн, не могли бы вы найти для меня бумагу? Я хотел бы отправить сестре записку, уведомить, что не приеду к ней до завтра.
Уверенная, что на самом деле он желает написать леди Серене, Джульет была слишком раздосадована, чтобы быть милосердной. Однако невозможно отказать в такой вежливой просьбе. Она привела его в комнату, где тетя держала эскритуар c письменными принадлежностями. Свейл с удивлением наблюдал, как его хозяйка в явно дурном настроении привычно уселась в кресло и маленьким серебряным карандашом начала чертить линии на листе бумаги.
- Моя дорогая мисс Уэйборн, - пробормотал он, посмеиваясь, - я вполне могу разлинеить свою бумагу. Я занимаюсь этим с детства. Это очень любезно с вашей стороны, благодарю вас от всего сердца. Но я бы не хотел, чтобы вы шли на такие неприятности ради меня.
С пылающими щеками Джульет вскочила со своего места. Должно быть, ее действия выглядели, точно она стремилась оказать ему хоть малейшую услугу. Явно не тот случай!
- Сила привычки, - поспешно объяснила она, стремясь развеять впечатление низкопоклонства, которое невольно создала. - Я всегда разлинеиваю бумагу для братьев Они никогда не делают это сами. Бенедикт не может, а Кэри не хочет.
- Понятно, - зеленые глаза Свейл мерцали. - Моя сестра утверждает, что любит меня. Но она никогда не давала мне такого практического доказательства, как это.
- Я оставлю вас писать ваши письма, сэр, - обдала его холодом Джульет. - Но не забывайте, что ужин в половине седьмого. Если вы не пунктуальны, не расчитывайте, что я заставлю остальных ждать! Нет ничего хуже, чем холодный суп.
С надменным взмахом головы она вышла из комнаты.