Глава 40

Олдридж снова теряет контроль

Среда, 22 января.

Крошечный кабинет Олдриджа.

Эванстон, штат Иллинойс.

— Пожалуйста, присаживайтесь, — Олдридж показал на два стула напротив стола.

Луна уселась с воинственным видом, а Дев застенчиво, словно хотел оказаться сейчас в другом месте. Оба продолжали молчать, и Олдридж сцепил пальцы:

— Мисс Хименес, вы хотели со мной встретиться. Что я могу для вас сделать?

— Дев подходил к своему куратору насчет ситуации с доктором Фри, и она тоже хреново отреагировала. Она сказала, что перед деканом за Дева заступаться не станет и не может освободить от лекций доктора Фри без последующего академического наказания. Нам нужна ваша помощь, и Дев хотел, чтобы вы стали его куратором.

Олдридж глянул на Дева.

— Какая у тебя специализация и кто сейчас твой научный руководитель?

Луна открыла рот, но Дев ее опередил:

— Биология и доктор Мин. После окончания обучения я собираюсь поступать на стоматолога. Один из необходимых мне курсов ведут только доктор Фри и доктор Котт. Я пытался перевестись к доктору Котт, но у него все переполнено. Я надеялся на помощь доктора Мин, но она отказалась. Она посоветовала стиснуть зубы и учиться.

— М-м-м. И вы решили сменить куратора на меня, надеясь, что я пропихну вас на лекции доктора Котт.

— Совершенно верно, — подтвердила Луна.

Дев кивнул:

— Пожалуйста? Ходить на занятия Фри все ужаснее. Невозможно сосредоточиться. Клянусь, он постоянно смотрит на меня. Ну так что, поможете? Пожалуйста? Потому что я не знаю, что еще делать.

— Почему бы... — не успел Олдридж договорить «и нет», как относительную тишину нарушил крик.

А потом за стеной послышался глухой стук. Все трое перевели взгляды на стену и подскочили от очередного удара. Достаточно сильного, отчего доска в кабинете дрогнула и плохо закрепленный лист упал на пол.

— Какого черта? — проговорила Луна. — Может, стоит сходить и узнать, что происходит?

— Да, пойдем, — согласился Дев. Оба поднялись.

— Доктор Кончиловски, вы идете? — бросила через плечо Луна, выбегая из кабинета.

— Следом за вами. — Олдридж встал, но сильно не торопился. Он не впервые слышал стуки из того кабинета. Он принадлежал Уэсли, который, скорее всего, был с очередным студентом. Слава богу, не с Девом. Наверное, один из многочисленных добровольцев. Олдридж не желал становиться свидетелем компрометирующей ситуации любого студента, но Уэсли сам привлек к себе внимание. Это гад заслуживал быть пойманным со спущенными штанами. Олдридж сочувствовал тому студенту, но некоторые уроки в жизни приходилось усваивать на собственном горьком опыте. Один из них: если вы собираетесь заниматься сексом с профессором в его или ее кабинете, по крайней мере, попытайтесь быть осторожными.

Затем раздался еще один крик. И на этот раз отчетливее стало слышно:

— Не надо! Пожалуйста, прекратите!

И Олдридж рванул с места.

***

Среда, 22 января.

Коридор перед кабинетом Уэсли.

Эванстон, штат Иллинойс.

Луна колотила в дверь кабинета, а Дев пытался провернуть ручку. Но та не поддавалась. Олдридж огляделся по сторонам: на звуки сбежалось еще больше народа, включая Глорию Мин и Майка Котта. Несколько студентов и секретарей, вернувшихся с обеда с пакетами из фаст-фуда и напитками в руках.

— Может, в службу спасения позвонить? — спросила Клэрис, секретарь декана. — Вот. Подержи мой стакан. Она передала напиток Кейти, одному из секретарей главного департамента, а потом начала рыться в сумочке, вероятно, разыскивая телефон.

— Я пойду за деканом, — сказал кто-то.

— Просто откройте дверь, — предложил еще кто-то из толпы.

— Она заперта, — прорычала Луна.

Внезапно дверь кабинета распахнулась, и из нее, пошатываясь, вышел мальчик. На секунду у Олдриджа перехватило дыхание, потому что тот был очень похож на Мигеля, но потом мужчина понял, что ошибся. Этот паренек был намного моложе и меньше. Но присмотревшись повнимательней к пытавшемуся убежать парню, у Олдриджа екнуло сердце. Одежда того была перекошена, штаны стянуты на половину бедер, а на лице застыло выражение ужаса и отвращения.

Клэрис бросила свою сумку и сжала мальчика в объятиях. Он вцепился в нее, как в спасательный круг.

— Что, черт возьми, здесь происходит? — рявкнул Уэсли.

— Из твоего кабинета, Уэс, много шума доносилось, — сказал Майк, как обычно игнорируя тот факт, как бесило Уэсли обращение с сокращенным именем.

— Что ты сотворил с этим мальчиком? — потребовала объяснений Клэрис.

Кейти выглядела раздраженной.

— Ничего. Он пришел обсудить свою оценку и разозлился, когда я отказался ее менять. Он набросился на меня!

Парнишка покачал головой, но ничего не сказал. Только лицо ярко покраснело.

— Почему у него спущены штаны? — спросила Луна.

— Что? Юная леди, думаю, вас это никак не касается.

— Довольно разумный вопрос, доктор Фри, — произнесла Кейти. Она огляделась в поисках поддержки, встретившись взглядом с присутствующими профессорами, включая Олдриджа.

— А мне откуда знать? Он толкал меня, я пытался защищаться, и он поскользнулся. И тогда они, наверное, свалились. Вы же в курсе, как низко молодежь сейчас носит штаны.

Толпа переглянулась более многозначительными взглядами, и ропот разговоров стал громче. Олдридж пытался заставить себя говорить, но не мог издать ни звука. Словно оказался парализован кошмарным сном и мог только смотреть на разворачивающиеся перед ним события.

Дев, похоже, вот-вот готов был грохнуться в обморок.

— Вы же его трогали, доктор Фри? Он пытался получить лучшую оценку? Вы попросили взамен больше, чем он хотел?

— Ты! — Уэсли повернулся к Деву. — Я вышвырну тебя из университета за то, что посмел...

— Попробуйте, и Дев засудит вашу задницу. Моя мама работает волонтером в АСЗГС53. И недавно мы с ней обсуждали текущее дело о сексуальном домогательстве.

— Девочка, у тебя нет доказательств, и ты это знаешь. Что его слово против моего, и кому поверит суд? Мне или ему?

— Уэсли, — начала доктор Мин. — Кажется, ты... — она показала на его штаны. Уэсли ее проигнорировал, но Олдридж нет. Молния на брюках Уэсли была расстегнута. Это не сразу бросалось в глаза, поскольку и брюки и белье были черного цвета, но когда Уэсли повернулся, Олдридж заметил слегка торчащий из распахнутой ткани член.

— А как насчет мальчика? — потребовала объяснений Клэрис.

— А как насчет меня? — Один из студентов вышел вперед. — Мне тяжело давались лекции доктора Фри, и я подошел к нему, чтобы узнать, как можно исправить оценки. А тот предложил мне заработать дополнительные баллы на коленях. Когда я отказался, доктор Фри сказал, что с удовольствием завалит меня на лекциях. И когда я сделал то, что он просил, он сказал, что если я кому-то проболтаюсь, мне никто не поверит.

— Черт, — крикнул другой парень, — все в курсе, что нужно сделать ради «пятерки» на курсе доктора Фри. Еще в самом начале учебы об этом узнаешь. Девчонкам можно даже не пытаться, а вот парням смело становиться на колени и вымаливать «пятерку».

Несколько человек засмеялись, но некрасиво и неуверенно.

— Ложь, — возмутился Уэсли. Его лицо стало ярко-красным.

— Он поступил так с моим лучшим другом, — сказала одна девушка.

— И с моим братом, а это было десять лет назад, — сказала другая. — Может, тогда доктор Фри был сексуальнее. Но мне предложение не поступало.

Кто-то фыркнул.

— Не важно. У тебя все равно нет нужного для него оборудования.

— Тише, тише, милый, — проговорила Клэрис своему подопечному. — Все будет хорошо. Мы сходим с тобой в медцентр, и тебя осмотрит врач.

Мальчик тихо плакал.

Это и сломило паралич Олдриджа:

— Что ты с ним сделал?

Уэсли язвительно улыбнулся:

— Ничего.

— Ничего? Не слишком-то похоже на «ничего».

Уэсли презрительно уставился на Олдриджа:

— Ничего такого, что ты сам не делал. Ничего такого, о чем ты сам не умолял.

Кто-то ахнул, но Олдридж едва расслышал сквозь оглушительный шум крови в ушах. Он видел перед собой только идиотское лицо Уэсли — красное от злости и уродливо перекошенное от презрения. Особо не задумываясь, Олдридж двинулся вперед, замахнулся и врезал Уэсли в глаз. Руку разорвало болью, но мужчину это мало волновало. Ничего не волновало. Скорченный Уэсли на полу компенсировал Олдриджу все.