51
Анжел вошел, держа собственную голову за волосы.
Кристи закричала и вскочила на стол. Остальные онемели и застыли как парализованные, для компенсации.
– Что это? – наконец спросил Дядя Дэн холодно.
– Вот и я спрашиваю, что? – сказал Анжел и обвел всех гордым взглядом.
Вторая голова, та, которая в руке, тоже выглядела гордой.
– Я думала, что у тебя нет братьев, – сказала Кристи и села, свесив ноги.
– Вот и я так думал, – ответил Анжел.
Они оставили Зонтик и вошли в музей. Это был музей, созданный землянами, видимо давно, еще в ранние годы освоения Бэты (Гессе с удивлением впервые отметил про себя, что настоящее освоение планеты так и не началось) – здесь не было ни одной современной вещи. Зато были вещи совершенно непонятного предназначения. К некоторым предлагались разъяснения. Разъяснения были написаны со вкусом, по-старинному, на бумаге. Но, судя по объяснениям, земляне сами не знали порой, с чем имеют дело.
– Я так понимаю, что это предметы, найденные у тех холмов, изделия древних бэтянцев, или как мне их называть? – сказал Гессе. – Тогда здесь есть и древнее оружие. Я надеюсь, что оно уже не работает.
Рустик что-то рассматривал с озабоченным выражением лица.
– Что там?
– А такую штуку я видел, – сказал Рустик, – причем видел на руке нашего командира. И стрека двигалась – вот что интересно.
Он прочитал разъяснение:
«Предположительно: прибор указывающий на опасность, откуда бы она ни исходила. Надевался на запястье. Надетый на левую руку, мог служить оружием, так как самостоятельно срабатывал в опасных ситуациях и придавал организму дополнительные возможности. Использовал автономный источник энергии. Информация о источнике энергии не обнаружена.»
– У командира такой прибор работал, – закончил он.
– И я видел, как двигалась стрелка, – сказал Штрауб.
Гессе прекрасно помнил не только стрелку, но и щелчки. Он ничего не сказал.
Они побродили среди неизвестных предметов, читая надписи и пробуя что-нибудь включить. Ничто не включалось, лишь одно устройство без надписи прожужжало невеселую мелодию. Мелодия отразилась от стен невеселым игрушечным эхо. На стенах была паутина. Здесь еще водятся пауки, – подумал Гессе, – на Земле их давно нет; не думал, что когда-нибудь увижу настоящую паутину. Потом они нашли прибор цели и снова вспомнили о Орвелле.
– Может, шпион? – глупо спросил Штрауб и Гессе подумал, глуп ли он окончательнно или только по молодости. Вдруг он почувствовал раздражение.
– Не мели чушь. Я знаю историю предметов. Они были найдены на летающем блюдце и Орвелл взял их как сувениры. Он объяснил, что предметы не представляют ценности.
Если он не замолчит, я его убью. Что это со мной?
– Ничего себе, не представляют ценности! С такой штукой я мог бы завоевать весь мир!
– Поэтому командир и не отдал эту штуку тебе.
– Что ты сказал? – спросил Штрауб с угрозой и Гессе ощутил хищную радость.
Рустик оторвался от созерцания зеленого многоулольника.
Штрауб был молод, силен и очень мускулист, хотя и не настолько как Анжел. Да и задор его быстро выдыхался.
– Я сказал, что тебе нельзя доверять ценные вещи, – Гессе увернулся от удара и применил ghbv!! в ослабленном варианте.
Штрауб свалился как мешок. Гессе присел на корточки и подождал пока он прийдет в себя. Раздражение осело и стихло.
– Мне тридцать лет и десять из них я провел в тренировках и боевых полетах, – сказал Гессе, – поэтому я не советую нападать на меня. Поднимайся.
– Я тебе это припомню, – сказал Штрауб.
– Ага. Когда нибудь. Если человек собирается припомнить, он никогда не станет предупреждать об этом. Если он не совершенный болван, конечно, и если не просто ребенок. Все, забыли.
В дальнем конце галереи они нашли литой прозрачный куб. Внутри была черная коробочка.
«Особо опасный предмет. Оружие, которое нападает самостоятельно. Из противников выбирает самого смелого. Предполагается, что изобретение именно этого оружия положило начало вырождению жителей Бэты. Имеет автономный источник питания неизвестной природы. В рабочем постоянии. По свидетельству древних зписей – неуничтожимо.»
– Кто у нас самый смелый? – спросил Штрауб.
– Капитан.
– Нет.
– Конечно, лучшим был Коре, но ведь он погиб.
– Коре не считается.
– Анжел смелый, но он еще и глупый.
– Значит, это оружие бы сработало на тебя, – сказал Штрауб и нагло посмотрел в глаза.
– Да, скорее всего, – ответил Гессе. – А ты собираешься разбить этот колпак?
– Я не сумасшедший.
Перед тем, как подняться на второй этаж (где позже ничего интересного не нашлось, кроме нескольких ископаемых скелетов и мебели), они испытали еще один прибор, на этот раз успешно. В разъяснении говорилось:
«Предположительно: прибор, который был изобретен для того, чтобы остановить всеобщее вырождение. Представляет собой передатчик, который позволяет связаться с наилучшим представителем своего вида. С помощью такого передатчика лучшие жители планеты собирались вместе и надеялись выжить и оставить потомство. К сожалению, после того, как лучшие были уничтожены, передатчик перестал работать.
Имеет автономный источник энергии неизвестной природы. По свидетельству древних записей – неуничтожимо.»
– А почему оно перестало работать? Оно же неуничтожимо?
– По этой рации можно связаться только с самым лучшим, когда лучших не стало, она замолчала навсегда.
– А если мы попробуем?
– Не думаю, – сказал Гессе. – Те люди были далеко впереди нас, слишком далеко. Еще ни один человек не достиг того уровня. Но попробовать можно.
Штрауб выстрелил в витрину и вынул аппарат из-под осколков:
– Как его включить?
– Несложно. Все хорошие вещи срабатывают просто.
Штрауб покрутил кольцо и вспыхнул маленький зеленый огонек.
– Я попробую поговорить?
– Попробуй.
Он помолчал, перевел дыхание, вплюнул на пол:
– Страшно. Ладно, пробую.
АЛЛО! ВЫЗЫВАЮ ЛУЧШЕГО!
– Отзовись, мой далекий друг, – прибавил он и засмеялся и стал похож на молоденького хулигана.
Прибор затрещал, всхрипнул, будто пробуя голос после тысячелетнего молчания, и спросил детским голосом:
КТО ЭТО ГОВОРИТ?
52
Она попробовала заснуть, но не смогла. Мешала новая комната и цепочка на ноге. Она знала, что завтра с ней что-то сделают. Еще она знала, что подчиниться – это ее долг.
Свет стал медленно гаснуть. Большие увидели, что она лежит с закрытыми глазами и решили, что она хочет спать. Шестьдесят вторая почувствовала благодарность за заботу. Они хорошие. Они не сделают мне ничего плохого.
– Алло! Вызываю лучшего! – вдруг прозвучал резкий голос внутри ее головы.
Она еще сильнее зажмурила глаза. Потом притворилась спокойно спящей и подумала из всех сил:
– Кто это говорит?
Голос немного замешкалася с ответом, как будто удивился.
– Говорит лейтенант Штрауб, Бэта, созвездие Скорпиона.
– Скорпионы кусаются.
Голос изменился. Шестьдесят вторая ясно услышала, что заговорил другой человек. Другой голос ей понравился и она успокоилась.
– Мы не кусаемся, детка. Сколько тебе лет и откуда ты говоришь?
– Меня зовут шестьдесят вторая, мне три года и два с половиной месяца, я говорю с Земли из районного инкубатора номер двести семьдесят три дробь не помню.
– У тебя есть имя или только номер?
– Меня зовут шестьдесят вторая. Сегодня мы гуляли во дворе, а мне не хватило пары, я плакала, а потом мне связали ручки и привели сюда. Теперь надели на ногу цепочку и оставили одну. Завтра со мной что-то будут делать.
– Ты не обманываешь, тебе три года?