ЛИСТОВКИ НАД ГОРОДОМ
Два дня ребята сооружали змей. На чердаке пахло столярным клеем, сосновыми стружками. Увлеченные занимательной работой, мальчики иной раз забывали о том, что происходит за стенами домика на Карантине, и спорили и смеялись совсем по-старому.
На третий день змей был готов, решили его испытать. Отошли подальше от дома, чтобы потом не было на Вовку подозрений.
С моря дул слабый ветерок. Ярко светило щедрое солнце. Володя размотал шнур.
— Приготовиться, — крикнул он. — Запускаем!
Витя на высоко вытянутых руках подбросил змей, он качнулся, пошел вниз, клюнул в землю, но потом круто полез в небо. Вова, сияющий, бежал за ним:
— Давай, давай! Идет!
Он остановился. Теперь змей сам набирал высоту, рвал из рук шнур.
Ребята залюбовались змеем. Он плыл высоко-высоко, белым голубем сверкая в золотых лучах солнца.
На другой день мальчики собрались в доме Володи особенно рано: сегодня решено было запускать змей с драгоценным грузом — листовками. В последний момент выяснилось, что всем троим одинаково хочется своими руками отправить в полет необычного почтальона. Между тем надо было следить за дорогой: каждую минуту могли появиться фашисты.
— Жребий бросим, — заявил Славка. — Пустая бумажка — дозор. — Он снял кепку и положил в нее три бумажки, свернутые трубочкой.
Володя запротестовал.
— Это не игра, — сказал он, — а боевое задание. Кто старший? Витька. Пусть они решает, кому что делать. А другие должны подчиниться.
— Ладно уж, — согласился Славка. — Назначай, командир!
«Командир» покраснел от удовольствия и волнения.
— Боевому дозору, — приказал он, — занять наблюдательный пункт в овраге, у спуска к кладбищу. Наблюдать, зорко, следить внимательно. Сигнал — длинный свисток. Дозорным назначаю… — он помедлил. Две пары глаз с надеждой смотрели на него, — Славку Ручкина.
— Пошел, — вздохнул Славка.
Прячась за каждым камнем от невидимого противника, он начал спускаться с горы.
— Отходить по моему сигналу, — скомандовал вдогонку Витя.
Когда Славка скрылся, Витя достал из-за пазухи листовки. Усевшись на пригорке, они с Володей стали готовить змей к запуску.
Закрепили листовки, проверили, как действует защелка. Внимательно оглядели дорогу, ближние усадьбы — ничего подозрительного. Витя, закусив губу, молча кивнул и почему-то шепотом сказал:
— Начали!..
Покачиваясь под тяжестью листовок, змей плавно пошел вверх.
Запрокинув голову, ребята с замиранием сердца следили, куда относит его ветер. Змей вился уже почти над центром города.
Володя размотал весь шнур.
— Забивай колышек, — отрывисто бросил он. Витя камнем поспешно вбил колышек. Володя сделал на шнурке петельку, зацепил ее за сучок.
— Бросать? — взглядом спросил Витя.
Володя молча кивнул.
Змей трепетал под порывами ветра, рвал шнур. Витя осторожно потянул нитку сбрасывателя. До рези в глазах вглядывались оба в ослепительно-синее небо, где парил змей. Сработает ли защелка? Полетят ли к людям дорогие вести — приветы от родной Красной Армии, с Большой земли?.. Но вот что-то блеснуло легкой искрой, и через секунду возле змея закружились, завертелись белые чайки и понеслись, подхваченные ветром, на город.
— Пошли, пошли! — ликовали ребята. — Гляди, над самым базаром кружатся.
— Вот красота, Вовка! Вот пилюля полицаям!
Витя заложил два пальца в рот и пронзительно свистнул. Славка выскочил из своего укрытия и, уже не таясь, бросился к товарищам.
— На улицу нам сейчас показываться нельзя, — распоряжался «командир». — Придется часа три отсиживаться. Пока полицаи не успокоятся.
Обрезали шнурок, вытащили колышек. Змей стало уносить в море.
Ребята побежали в дом. Притаившись на чердаке, они вскоре увидели полицаев, поспешно взбиравшихся на гору. Вот они уже на том месте, где недавно сидели Витя с Володей. Ничего не обнаружив, спустились вниз.
До вечера полицаи хватали по городу ребятишек, тащили в комендатуру, искали «преступников».
Уже в конце дня Володя заметил поднимавшихся в гору по направлению к их дому двух человек.
— Полундра! — объявил он. — Ховайтесь!
Ребята кубарем слетели с чердака. В комнате Володя отодвинул кухонный стол и поднял доску, прикрывавшую ход в подполье. Повеяло сыростью.
— Полезайте, — шепнул он.
Было неприятно и жутко спускаться в сырую темь, но Витя и Слава один за другим попрыгали в подполье.
— Там в углу — солома, — послышался приглушенный голос Вовы. — Лежите, пока не позову.
Он опустил ляду, поставил на место стол. Потом выбежал во двор и схватился за топор. Полицаи появились как раз в ту минуту, когда он занес его над толстым сучковатым поленом:
— Мать где?
— На работе. Она в комендатуре служит.
Володя не солгал. Мать его действительно была мобилизована гитлеровцами на работу и служила в комендатуре уборщицей. Но слово «комендатура» подействовало. Полицаи переглянулись и, оставив мальчика в покое, вошли в дом. Володя пошел за ними. Полицаи осмотрели все, заглянули даже в печку. Потом они слазили на чердак и забрали клетку с голубями. Володя молча ходил за ними по пятам.
— Кого ищете-то, дяденька? — невинно спросил он.
— Кого ищем, того сами найдем, тебя не попросим, — огрызнулся полицай. — А ты скажи матери, чтобы она за тобой смотрела да посторонних не пускала. Если, кто придет, ночевать будет проситься, пусть оставляет, а сама сейчас же в полицию. Понял?
— Понял, дяденька, понял. Я сам прибегу, ежели что.
— Во-во. Сразу в полицию. Вознаграждение получишь.
— Спасибо, господин полицай. Рад стараться, — насмешливо поблескивая озорными глазами, ответил Володя. — Обязательно прибегу.
Должно быть, один из полицаев почувствовал издевку в тоне мальчишки. Он подозрительно глянул на него, но открытые голубые глаза, безмятежная физиономия не внушали никаких подозрений. Полицаи ушли. Дождавшись, когда они спустились с горы, Володя поднял доску.
— Вылазь, ребята. Отбой. Отчалили пираты. Голубей только, гады, конфисковали. Ну — на такое дело не жалко. На войне без потерь не бывает.