Глава 4
В академию отправились вдвоем с Великом, он остался ожидать у входа, а мне было велено забрать все нужное, чтобы не возвращаться до конца соревнований. Оставила в комнате две тарелки и пошла на выход.
Собралась за минуту и заглянула в столовую, интересно же.
Парень покачал головой, я улыбнулась, молодец ректор! Даже люблю его. По-своему.
Дуг, оказывается, тоже собирал свои вещи, по большому секрету рассказывая в присутствии слуг, что страшные неизвестные люди в масках напали на Рега, и нет гарантии, что он его довезет домой живым. О соревнованиях теперь и речи нет. Под стоны и причитания хозяина: «а я говорил, а я предупреждал…», погрузились на повозку и тайно уехали в неизвестном направлении, поминутно испуганно озираясь, справедливо опасаясь за свою жизнь.
Встретились мы уже по другому адресу, довольно далеко, и дом мне не понравился. В нашей ситуации поселиться в домике с одним выходом — верх безрассудства. Одноэтажная халупа, кухня, коридор и одна комната. Все. Даже ширма, за которой прятались тазы и горшки, занимала половину коридора, в комнату пробирались, прижимаясь к стеночке.
Но парни сказали, что у этого дома настолько плохая репутация, что нам как раз и подходит.
Кровати для больного тоже нет, на полу в комнате разбросаны шкуры, одеяла, накиданы подушки. Зато все будем на глазах друг у друга, так решили мужчины. Ладно, я и не в таких условиях ночевала, что ж теперь.
Парни успокоились и изложили свой план. Садистский и идиотский донельзя.
До первого боя у нас три часа. Легкий завтрак, разминка с Дугом и общий отдых. Через два часа мы дружно выезжаем, уже одетые для боя, но в плащах и масках, это причуда устроителей, маски снимаются только на награждениях, даже ставки делаются по номерам.
А дальше:
Рег выходит на первый бой и проигрывает, Дуг свой бой выигрывает, и тут я, как козырь в рукаве. Моя противница, не рассчитывая на бой вообще, мне проиграет, и так шесть раз!
— Вы с ума сошли? Что останется от тебя, Рег? Ты еще стоять не можешь, мы тебя вынесем, да, и поставим, подперев с обеих сторон, да?!
— Лада, — потрескавшиеся губы Рега едва шевелились, — нет, я должен сам дойти до ковра, иначе вас не допустят до участия.
Завтракали они под мои вопли — «не нужны никому идиотские деньги такой идиотской ценой», но это ничего не изменило.
Рега мы завели, поддерживая за обе руки, и положили в уголок. Шум и гам в огромном и длинном, похожем на наши ангары, помещении, набитом людьми и, наверное, не людьми, мгновенно прекратился. Кто-то сдавленно хихикнул.
Дуг подошел к столу, за которым сидело пять представителей, типа судейской коллегии, что-то сказал, получил явное согласие, и невозмутимо вернулся к нам.
Я держала за руку Рега и почувствовала — он едва слышно перевел дыхание.
— Лада, руку не убирай, — шепнул и прикрыл глаза.
— А что?
— Ты точно не целитель?
— Нет, вроде бы.
— Не убирай.
Да мне жалко, что ли? Вообще-то я рассматривала этих судей. Все в масках, примерно, как у нас, но предпоследний, четвертый, оказался ректором. Мило! Наверное, и деканы где-нибудь здесь.
— Рег, — я наклонилась к нему, — ректор среди комиссии, это нормально?
— Не может быть! Который?
— В синем плаще и в синей маске. Нашел?
— Да. Ректор. Все интереснее и интереснее. Посмотрим.
Ага, посмотрим, если у кого-то сил хватит держать глаза открытыми.
— Лада, уклоняйся от боя, как можешь, тяни время, есть еще условие, в сумме у команды должно быть не менее пятнадцати минут боя. Дуг тоже потянет, а ты крути свои эти, как его… красивое такое…
— А, колесо?
— Да.
Это я подурачилась как-то, прошлась колесом по диагонали через весь склад, потом каждую тренировку парни просили повторить, и мы так заканчивали занятия.
Раздался мерзкий звук — бзынь!
Вероятно, он тут заменял гонг, человек в красной маске поднялся в луче света, и его голос разнесся по всему залу:
— Напоминаем правила очередных игр смешанных техник боевых искусств, которым обязаны неукоснительно следовать бойцы каждой команды. Категорически запрещены удары мужчинам в пах, женщинам в грудь, запрещены тычки в глаза, укусы и удары в горло. Болевые и удушающие приемы разрешены, как и в прошлом году. Весовая категория не имеет значения. Бой может быть остановлен или продолжен по знаку судьи в белой маске, его решения обсуждению не подлежат. Ставки принимаются у красных столов.
В зале началась суета, перелезая через скамейки для зрителей, все кинулись в угол, где горели красные огоньки, а в самом центре зала высветились четкие линии довольно большого ковра. По-моему, парни отмечали меньший размер.
— Вызываются первые игроки команд голубых и серых масок.
О как, серые маски — это мы, с места в карьер! Дуг поморщился, и мы осторожно подняли Рега.
К ковру подскочил шустрый мужичок в обтягивающих штанах ниже колен и в голубой маске, больше на нем не было ничего. Плечи его лоснились, явно щедро полили маслом, запрет не оглашали.
Рега почти несли Велик и Дуг, меня оставили, лучше бы я шла рядом, смотреть со стороны на нашего бойца под номером «один» было невозможно. У самого ковра с Рега плащ сняли. Удлиненные шорты не скрывали раны, только подчеркивали. Особенная жуть была на спине, и наверняка у всех зародилась мысль, что били подло, ножом, желая отстранить игрока от участия в боях. Хотя и располосованная нога впечатлила, и распухшие руки. На сером лице не было ни одной яркой краски, казалось, ткни Рега пальцем, он и повалится.
Боец в голубой маске сделал иначе. Разбежался, подпрыгнул, врезав обеими ногами в грудь, и Рег плашмя упал на спину.
Под аплодисменты. Голубую маску все поздравляли.
Меня трясло.
Притащили Рега без сознания. Я вцепилась в него, как в спасательный круг, и страшно жалела, что здесь нет парочки гранат.
Белое лицо Дуга наклонилось ко мне в тот момент, когда его пригласили на ковер, а я готова была послать все к чертовой матери, и едва слышно он шепнул:
— Дело не в деньгах. Мы на работе.
Рега положили боком, я гладила и гладила его плечи, пришли мы в себя одновременно. Он вздрогнул, чуть сжал мне руку:
— Как… он…
Подняла голову в тот момент, когда Дуга поздравляли.
— Выиграл.
— Соберись…
Дуг наклонился к нам:
— Лада, я поторопился, потяни, сколько можешь, считают в сумме.
— Сколько надо?
— Не меньше десяти.
Как я обрадовалась, сама не ожидала. Адреналин бил набатом в такт марша «Вставай, страна огромная», поправила маску и скинула плащ. Присела, покрутила ногами.
— Вызываются третьи игроки команды «Серая маска» и команды «Голубая маска».
Бзынь.
Это не гонг, а мерзость!
— Дуг, могу не уследить время, помаши, что можно заканчивать.
Пошла к ковру, встала на место. Противницы не было. Где-то в зале женский голос визжал, мужские уговаривали. Я сообразила только через несколько мгновений. Вопросительно посмотрела на судей. Один пожал плечами, второй успокаивающе улыбнулся.
Девушка все-таки вышла, маску ей поправляли на ходу.
По-моему, она собралась повторить подвиг Рега, и я расстроилась, мне-то надо потянуть время, иначе мы продуем. Наверное, на это ее команда и делала ставку.
Бзынь!
А дальше был цирк.
Стоит и боится. Я сделала на месте сальто, народ захлопал, ее подбадривали, но она кинулась убегать. Ей кричали хором советы, причем все, понять ничего невозможно. Я делала вид, что не могу ее догнать. И колесом прошлась, и сальто крутила по вертикали, наконец, Дуг замахал, я ее догнала, а бегает девочка будь здоров, и очень нежно положила на лопатки. Уф-ф.
Народ хлопал, судьи ржали, ректор вообще под стол сполз.
Как быстро мы умеем переходить от трагедии к комедии!
Дуг уточнил, надо ли быть на завтра, выяснилось, что нет, но Велика решили отправить, мало ли. Рег настоял.
Вернулись мы в другой дом, еще меньше и еще грязней.
Пока парни заносили Рега и бегали за едой, я опять практиковалась в бытовой магии.
Спали вповалку, лежала между Великом и пропитанным всеми настойками и мазями Регом, никак не могла уснуть, и все вспоминала дом, свою академию, парней. Не разрешала себе думать о напарнике. Он у меня соединился с Регом, и гладила его полночи, а переставала, мне тут же требовательно сдавливали руку. Уснули под утро.
Второй день мы провели дома, правда, опять переехали, а третий повторил первый день один в один. Только девушка алых масок попыталась провести прием, но я тянула время и уже сама ускользала от нее. Два-ноль в нашу пользу.
На следующий день мы выходили два раза, и два раза уносили Рега. Счет стал четыре — ноль.
А пятый день преподнёс сюрприз.
Объявили команду «Красных масок», трехкратного победителя с неизменным составом, вызвали их и нас. Парни не успели привести Рега, судьи замахали руками и подозвали Дуга к столу.
Вернулся он злой, и сразу наклонимся к нам:
— Бесполезно! Я выхожу, а следом Лада.
— И так хорошо, что прокатило, надежды было мало, — признался Рег.
— Вот вы… гады! И молчали!
— Лада, смотри, с красными последний бой, а потом бьёмся с победителем в той шестерке, и все. Жалко, что красные с нами попали, иначе бы только с ними выходили.
— А почему никто раньше не просил замены?
— Отказаться от заведомого слабого противника имеют право только победители последних игр, больше никто. При условии наличия замены в нашей команде, конечно. Тебя сочли достойной, гордись. Мы учитывали такой вариант, но он был маловероятен. Четыре-ноль очень хорошо, еще одна победа, и мы в тройке призеров. Лада, девушка там зверь, но ты справишься, а вот тебе, Дуг, придется тяжко. Только хитрость твой шанс, сам не лезь…
Они зашептались, поглядывая на меня, ага, мои приемы обсуждают, и ждут, кто выйдет. Я тоже хочу посмотреть, что там за зверь такой.
Бзынь!
И Дуг пошел.
Рег вздрагивал после каждого удара, морщился и постанывал, что-то бормоча. Я вздрагивала вместе с ним, мысленно блокируя и уворачиваясь. Дуг молодец, сопротивлялся, как мог, но второй номер все же не первый, его измордовали, и он потерял сознание.