— Что этот ребус значит? — осторожно спросил Север.

— Ничего, — честно сознался Раян. — Это не ребус. Просто вещи, которые должны помочь быстро его найти.

— А я уже испугался. — Север добросовестно изобразил испуг и выжидательно посмотрел на сына. Тот правильно истолковал взгляд.

— Вот это — корабль на котором он летает, — указал на рисунок карандашом. — Если подержать пластинку на которой он изображен над красной лампочкой, ну или любым источником света накрытым чем-нибудь красным, можно увидеть все сведения о корабле, его порте приписки, и регистрационные коды. На портрете, скорее всего, команда этого корабля. Картинки содержат в себе коды для доступа спрятанных в сети посланий, возможно, таким образом можно будет с ним связаться. Зачем нужен перстень, я не знаю, но подозреваю что лучше его взять с собой. Имена на бумажке — это люди к которым можно обращаться на Тулоне, он всегда их так записывал. А вот герб, как я подозреваю, означает, что Тулон уже не настолько независимая планета, как всем кажется. Впрочем этого следовало ожидать. Пластинки вставляются в лучевик вместо батарей и при попытке стрелять срабатывают, как проектор статических изображений, только стрелять лучше в темноте, они довольно слабенькие, изображение нечеткое, теряется при ярком свете. Единственное их достоинство в том, что мало кто знает, что это такое, большинство принимает за украшение.

Север еще раз внимательно рассмотрел набор вещей и пришло к выводу, что разведкорпус давно плачет горькими слезами по парочке конспираторов, придумавших столь необычную шифровку посланий. Теперь главное каким-то образом заставить поступить в академию хотя бы Раяна, тем более после его десантного курса проблем с поступлением не будет, он просто пойдет доучиваться. А принц не согласится, упрямый мальчик. Впрочем, так даже лучше.

— Думаю, нам нужно посетить Тулон. Сэкономим кучу времени.

Раян закивал, бывшие телохранители недоверчиво переглянулись, а Олег, как всегда, продемонстрировал добрейшую улыбку только что проснувшегося человека. Север давно уже подозревал, что любимый братец столь мудреным образом издевается, но доказать не мог.

На Тулоне их компания ни на кого не произвела впечатления. Причем, тулонцы отлично знали, кто именно соизволил их посетить. Пришлось бы семейству Нерема и телохранителям лететь вслед за Никой на поиски других помощников, если бы не кольцо, продемонстрированное Раяном в качестве последнего аргумента в необходимости помощи следопытов. Молодой парнишка, водивший их кругами вокруг имени принца, удивленно на него посмотрел, щелкнул по камню ногтем, на что-то нажал и, когда камень ответил на манипуляции коротким сполохом, заулыбался, как торговец узревший богатых покупателей.

— Что ж вы раньше молчали? — выдал он классическую фразу.

Сама любезность и готовность помочь. Раян удивленно посмотрел на кольцо и честно признался, что не знал какое впечатление на тулонцев производят камни неизвестного вида.

— Это искра, а не камень. — Парень, кажется, даже обиделся на такое невежество. — Своего рода награда. Дарится тем, кто смог провести тулонца. Человека с таким камнем ни один следопыт не возьмется искать, не потому, что не сможет найти, а потому, что он заслужил невмешательство. Традиция. Но вам мы поможем, раз искра у вас. Похоже, Чертополох не против того, чтобы вы его нашли. Вот у той скандальной девчонки ничего подобного не было. Пришлось натравить на нее ангела. Он, правда, сопротивлялся, обзывал нас, но в конце концов согласился и сумел ее спровадить. Потом тоже улетел, заявив, что с него хватит, он по горло сыт дипломатическими миссиями, и отныне будет заниматься исключительно флотом.

Обладатели искры удивленно смотрели на тулонца, с которого до сих пор приходилось слова тащить клещами, а теперь сведения так и лились, и нужные, и ненужные. Не прекращая болтать, он перерыл гору бумажек, нажал на несколько подозрительных округлых выступов за своей спиной, зачем-то полез под стол и, в качестве яркой точки, постучал в потолок бейсбольшой битой, выуженной из неприметной ниши. Для этого действия ему пришлось поставить на стол пластиковый стул, на котором он сидел, залезть на него и балансировать там некоторое время.

На стук ответили гневными криками, хорошо слышными благодаря открытому окну. А спустя несколько минут в кабинет говорливого тулонца зашла заспанная девушка, на ходу поправлявшая ярко-рыжую прическу.

Тулонец, узрев девушку, сполз под стол и оттуда спросил, за что ему такое наказание? Девушка зевнула и ответила, что это ей наказание, так как она не успела выспаться. А если у некоего Нико развилась стойкая аллергия на рыжих, то это исключительно его проблемы, не надо было с рыжими связываться. И вообще, она всего два дня назад перекрасила волосы, раньше она была блондинкой, так что не стоит паниковать, может все и обойдется.

Услышав про то, что рыжий не является натуральным цветом волос девушки, Нико вылез, театрально отряхнулся, еще чуть-чуть порылся среди бумажек и удивленно вытаращился на встроенный в стол монитор. Девушка заглянула туда же, перегнувшись через плече засмущавшегося Раяна.

— Что тебя там так удивило? — спросила немного посмотрев.

— Ты из кошачьего дома, — с некоторой долей негодования ответил Нико.

— Ну и что? Ты из лисьего, так я же не демонстрирую последнюю стадию удивления и не ныряю под стол от одного вида твоей прически.

Нико подергал свою челку, скосил на нее глаза, дабы убедиться, что волосы не успели поменять цвет, и печально вздохнул.

— Что привело девушку из дома Горных Кошек в долину следопытов дома Черной Лисы? — вопрос прозвучал торжественно и весомо, посетители невольно выпрямились и преданно уставились в зеленые глаза хозяина кабинета.

— Слухи. Наличие вакантного места. Нежелание моей семейки допускать меня к столь опасной работе, — ворчливо сказала девушка. — А еще парочка близнецов, один из них мне очень понравился, теперь пытаюсь понять который.

— А они знают, что понравились такой девушке? — Нико очень порадовало, что на этот раз эксцентричная девушка явилась не по его душу.

— Конечно. Они же меня на свидание приглашали, по очереди.

Нико пробормотал себе под нос все, что думал о близнецах и их выходках, вручил девушке несколько бумажек и представил посетителей, как ее новых работодателей. Девушка, не скрывая радости, затребовала все известные данные об искомом объекте и, получив эти данные, умчалась с ними знакомиться, пообещав быть на корабле клиентов через два часа.

Север небезосновательно заподозрил, что вскорости проклянет тот день, когда решил отправиться на Тулон за следопытом. Отказаться от услуг девушки из кошачьего дома не было никакой возможности, она, похоже, была самым лучшим из имевшегося в наличии на данную минуту. Не зря же все люди из списка его высочества направили их в эту долину, в этот кабинет, к этому очень молодому представителю дома Черной Лисы. Все были уверенны, что он выберет нужного человека. Вот, выбрал. И кажется, облегченно вздохнул, обеспечив девушку работой. Странно. Даже познакомить забыл.

Пока следопыт изучала данные, Раян занялся расшифровкой картиночных кодов, подогревом изображения корабля и, попутно, пытался объяснить всем остальным, как именно нужно в лучевик вставлять найденные пластины. Изображение подогрелось первым и было передано Северу для ознакомления со всем, что там написано. Коды тоже расшифровались без особых усилий, но пользы это не принесло, так как сведения в сети оказались сильно устаревшими. Возможно принцу не хватало времени для их обновления, возможно было просто лень.

Раян на всякий случай оставил несколько своих сообщений и занялся раскуроченным лучевиком и необычными проекторами. На отладку и регулировку он потратил минут десять, обозвал всех криворукими болванами и показал как эта странная система работает. Первая пластина высветила длинный текст об искрах и изображение знакомого кольца. Несколько следующих оказались посланиями самому себе, жалобами на жизнь и слизанными откуда-то чертежами неизвестных приборов с кучей тарабарщины на полях, наверняка необходимой для работы приборов. Приборы Севера очень заинтересовали и он опять посокрушался, что принца невозможно направить в разведкорпус.