— Все вон отсюда, — говорит он негромко, но у меня от его голоса прокатывается холодок по спине, такой он властный и холодный.
Я разворачиваюсь, чтобы слинять, но Роук хватает меня за руку и просто держит, пока прислуга и дружинники уходят.
— Лира, подойди ко мне, — говорит Кир уже спокойно. Слава Создателю!
В зале остаемся мы трое, еще Реи и какой-то незнакомый мне мужчина в длинной белой накидке, так одеваются жрецы Создателя.
Иду к Киру и сажусь перед ним на колени, но он поднимает меня и пересаживает рядом с собой, развернулся в пол-оборота и взял мои руки в свои. Его взгляд мягкий. Не чувствую от него никакого магического воздействия. Хотя его и не может быть, на мне же печать невесты.
— Смотри мне в глаза, — говорит он, хотя я и так в них смотрю. — Откуда у тебя умение чувствовать опасность?
— Я не знаю. Умею и все. Его во мне заметил и развил учитель.
— Как?
— Сначала просил чувствовать, что есть вокруг. Однажды мы брели через Гиблые болота, там смерть на каждом шагу. Тогда мое умение впервые проявилось.
— А сегодня? Вино с ядом — это не живое создание, которое может напасть в любой момент.
— Я сама удивилась, поэтому не была уверена. Это было впервые.
— Кто ты такая, Лира? — просил в очередной раз князь.
И этот вопрос мне уже не просто надоел, от него тошнило.
— Я не знаю, Кир! — Его имя само вырвалось, и тут же я вспомнила, что мы не одни.
Собеседник никак на мою дерзость не отреагировал. Замолчала, больше мне сказать было нечего, пусть хоть задушит. Снова.
— Саши, — обратился Кир к жрецу Создателя.
— Эта женщина говорит правду, — ответил тот.
Так у нас присутствовал проявитель правды. Обидно, что князь мне не верит. Хотя, если бы на меня так часто покушались, я бы тоже стала подозрительной.
— Саши, ты можешь сказать, откуда она и каких кровей?
— Нет, князь, — ответил тот после недолгих раздумий, — но у меня есть для нее послание от Создателя.
Надо же! Сам Создатель знает о моем существовании. Где он был, когда мы с учителем бедствовали, а я тайком носила в его храм подношения, чтобы послал учителю выздоровление? Потом поняла, что все это пустое. Учитель говорил, что верить нужно только в себя и свои силы, и, как всегда, оказался прав.
— Говори, — скомандовал Кир.
— Уходя, не оставайся, возвращаясь, не оборачивайся, — сказал Саши утробным голосом, словно из его рта слова выходили помимо его воли. И уже своим голосом он добавил. — Это все.
Я фыркнула. Прекрасное предсказание! Мне ничего не стоит сочинить таких с десяток и продавать на рынке в ярмарочный день. И никто не отличит, что оно мое, а не Создателя.
— Лира, маги на тебя когда-либо ставили заклинания? — спросил Кир.
— Нет, князь, эти шарлатаны были нам с учителем не по карману.
— Но вы же истребляли монстров, — удивился он.
— Да, но никогда мы не брали с крестьян большие выплаты. Стала бы я продавать себя на рынке, если бы мы с учителем много на этом зарабатывали.
Кир, кивнул, соглашаясь со мной.
— Князь, — обратился к нему Роук, — дружинники готовы доложить по поводу стрелка.
— Стой рядом со мной, — негромко сказал мне Кир, отослал Саши и вернулся в кресло, я пристроилась позади него.
«Лири, прости за то, что схватил тебя», передал мне князь, а сам наблюдает за входящими людьми.
Я ничего не ответила. Да и что ответить? Никогда тебя не прощу за это, потому что считаю, что достойна лучшего обращения. Но ты князь, и в Илиар нет ничего, чего бы тебе было нельзя сделать. А сейчас я всего лишь твоя рабыня, и жду не дождусь, когда закончится этот демонов поход, который еще даже не начался, и я стану свободной.
Подданные докладывают, что стрелок, что был на башне, скрылся. Кто подсыпал яд не нашли, виночерпий под действием мага рассказал, все делал как обычно и посторонних не видел. На него заклятие не накладывали.
Из разговора я также поняла, что печати, которые стояли на слугах, и рабынях, отличались по своим свойствам: рабы видели в своем хозяине что-то вроде божества, слуги старались во всем ему угодить, дружинники — защитить. Хотя, на последних, как таковой печати не было, но присяга выступала своего рода магическим гарантом их верности князю. Воины, которые еще не дали присягу, носили печать слуги. Таким образом, ни один из них не мог сделать что-то плохое князю, а значит, нападавшие на Кира — люди из другого государства. Скверно.
Еще оказалось, что печать имеют только слуги и рабы, чтобы Кир знал о местонахождении своего имущества, о нахождении дружинников князь тоже знал всегда. И если первых покупают и клеймят без согласия, то воины это право должны заслужить. Скорее всего, моя печать, печать невесты, имеет те же свойства.
Наконец, все уходят.
— Лира, — говорит мне князь, не оборачиваясь, — с этого момента ты будешь находиться при мне все время. Все время — значит, каждое мгновение.
Что?