Глава 7
Небо едва порозовело на востоке, а Ханар уже проснулся, Лету очень радовал тот факт, что магу требуется мало времени на сон, она и так уже вся извелась от скуки.
Маг достал из сумки горшочек с плотно зарктытой крышкой, и позавтракал мясом утки, которую купил накануне в трактире, холодным, но не менее вкусным. После потушил костёр, свернул лагерь, и когда спутница залезла в седло, с первой попытки, и практически без помощи мага, они двинулись в путь.
Дорога, несмотря на ранее утро, не пустовала. Караваны практически не прерывным потоком двигались со стороны Пригорья в сторону Перекрестья и обратно. Не раз Лета с Ханаром обгоняли тяжелые, медленно ползущие повозки и вьючных животных, груженных огромными тюками. Но чаще приходилось пропускать двигающиеся навстречу. Изредка маг вдруг принимался рассказывать, куда идёт обоз и какие товары везёт, но все остальное время молчал, предоставив Лету самой себе.
Люди, встреченные в пути, разительно отличались друг от друга, цветом кожи, разрезом глаз и телосложением, единственное, что их объединяло, это оружие, которого, по мнению Леты, было даже через чур много.
Девушка глядела во все глаза с любопытством. Больше всего ее поразил зеленокожий высоченный детина с торчащими из-под нижней губы клыками. Лета не могла оторвать от него взгляд, пока они с магом обгоняли караван, да и потом непрестанно оглядывалась, легко находя среди прочей охраны, рослую фигуру в меховой жилетке и с двуручным мечом за плечами. Хотелось запомнить этого малахитового бугая в малейших деталях, и после нарисовать. Ханар долго терпел, не выдержал и раздраженно поинтересовался:
— Троллей никогда не видела?
— Конечно, видела! — отмахнулась Лета и перестала оборачиваться. — На картинках в детских книжках, и в кино, но вживую — никогда. Откуда он здесь?
— Ну, не все иномеряне смогли уйти, когда была такая возможность, — пояснил маг, — а кое-кто просто не захотел. Вот и живут, осколками чужих миров, дети и внуки оставшихся. А кое-где есть целые поселения чужих рас, в основном закрытые для посторонних.
Так они и ехали, в редкие моменты одни, а чаще в окружении множества людей. Периодически, особенно в узких местах, возникали заторы, и тогда приходилось съезжать на обочину и пропускать встречный караван. Ханар не роптал, пережидал вместе со всеми, когда дорога освободиться, и можно будет двигаться дальше. Только один раз маг посетовал, что такими темпами, они доберутся до Пригорья не раньше утра.
— Ваша правда, господин тёмный маг, — оказавшийся рядом добротно одетый мужчина, в хороших сапогах, посчитал, что Ханар обращается к нему и решил поддержать разговор. — А все из-за обвала, что случился почти на выезде из ущелья. Вчера утром, не понятно почему, целый пласт породы съехал, перегородив, проезд. Пока вызвали магов-спасателей, пока камни откатили, пока вновь в путь собрались, почитай дня и нет. Да еще оказалось, камнями придавило мужика какого-то. Пришлось опять магов звать, что бы проверили, кто да откуда, да как под завал попал.
— Ханар, а у вас маги во всех службах работают? — проговорила Лета, внимательно вслушивавшаяся в неспешную речь купца, — Маги-врачи? Маги — полиция? Маги — МЧС? Маги — охранники?
Ханар естественно промолчал, слишком много вокруг народу было, лишь раздраженно дернул плечом. А купец, не заметив, что собеседник отвлекся, продолжал:
— Пока маги проверили, да добро на продвижение дали — ночь настала. Кто же по потемкам поедет? Вот и скопились обозники, а теперь торопятся, день нагнать пытаются.
Ханар слушал, изредка вежливо кивая, но разговор не поддерживал, интереса не проявлял, надеясь — выговориться купец и отстанет.
— А не поможет ли мне уважаемый тёмный маг, — перевел мужчина разговор в другое русло, — пока все рано стоим?
— В чем же? — Ханар, наконец, взглянул прямо на собеседника.
— Да сущая безделица, — радостно улыбнулся купец, поняв, что не зря сначала разговоры о погоде завел, — но, конечно, за соответствующую плату.
— Конкурентов не проклинаю, — холодно предупредил чародей. — И девиц не привораживую.
— Что вы, я женатый человек — взмахнул руками купец. — А без конкурентов-то как? Скучно без конкурентов! У меня заказ простой, ну там кошельки от кражи заговорить, мешки от промокания, да ещё одной лошадке подкову подклеить, что бы до кузнеца добралась.
— Плату вы знаете, — проговорил Ханар, двигаясь вслед за купцом, — И с некоторых пор, уважаемый, я предпочитаю брать аванс вперед.
Пока маг бормотал и водил руками над возами, Лета бродила и с интересом вслушивалась в журчащую, чужую речь обозников. Похоже, лишь купец, что пригласил Ханара, общался с ним на одном языке, а между собой обозники разговаривали на языке своей страны. Если честно, Лету это слегка удивило, ей казалось, что во всем мире один язык.
Вдруг один из возничих затянул веселую песню, другие его поддержали, а в конце загоготали так, что на них принялись оборачиваться другие караванщики. А у Леты почему-то сжалось сердце, какие-то знакомые нотки, проскользнули в незнакомой песне, заставили вспомнить о оставленном мире.
Грустить долго не получилось, вернулся Ханар, они тронулись в путь, и новые впечатления растворили в себе все невеселые мысли.
***
Так и ехали они, то быстрее, пуская коней вскачь, то медленнее, пытаясь не увязнуть в очередном заторе. Иногда встречались ответвления, более узкие, чем основной путь, которые вели, по словам Ханара, в деревни и посёлки в глубине гор.
Склоны, то отступали от края дороги, впуская в открывшейся пространство деревья и кусты, то опять сходились так, что едва оставалось места разъехаться двум груженным телегам. Подковы лошадей то мягко шуршали по осыпавшейся хвое, то хрустели гравием, то звонко выбивали дробь из каменных плит, которыми в некоторых местах была покрыта дорога. Птицы надрывались, во всю радуясь летней поре и теплу.
Вокруг пахло нагретым камнем, вытопленной сосновой смолой и опавшей хвоей. А ещё чем-то сладким, не то цветами, не то мёдом, или вообще ягодами земляники, которая краснела, не таясь, в паре шагов от дороги. Может этот была и не земляника, другой мир всё-таки, но Лета не знала, как ещё назвать мелкую красную ягоду под кружевными зелеными листьями, а Ханар задумался о чем-то своём и не реагировал на вопросы.
Но стоило оказаться рядом с очередным караваном, из всех ароматов оставался лишь запах немытых тел и потных животных, и тогда Лета жалела, что обоняние не исчезло вместе с чувством голода.
Ближе к полудню они с магом попали в очередную "пробку", вот только на этот раз это был не просто затор в узком месте, а самая настоящая авария. Очевидцев присутствовало много, особенно тех, что ничего не видели, но уже придумали версии и готовы поделиться, расписать в красках. Так вот они рассказывали, что одна из лошадей испугалась чего-то, дернулась в сторону, воз, который тянула, следом. Две телеги, ехавшие в навстречу друг другу, зацепились колесами, у одной при этом сломалась ось, у другой треснул бок, и товары высыпались в дорожную пыль.
Все бы не чего, ну растащили бы возы, успокоили лошадей, собрали товары, да и продолжили путь, если бы не одно но. Товары торговцы везли схожие пушнину и ткани, и теперь за каждый мешок вели едва ли не смертный бой, утверждая, что этот тюк, именно его и ни чей более. Купцы рвали на себе волосы, таскали друг дружку за бороды, клялись здоровьем всех живых родственников, и призывали в свидетели духов давно усопших родных, что б им всем хорошо лежалось.
Уставшие от препирательств люди, предложили вызывать магов, чтобы те установили истину, а скидываются на них пусть два спорщика, из-за которых все и случилось. Виновники аварии вместо того, что бы испугаться лишних трат, обрадовались такой возможности и принялись, вяло переругиваясь, ждать мага, ревностно следя, что бы кто чего под шумок не утащил.
Авария произошла в самом узком месте, объехать двух буянов возможности не было, так что Ханар решил воспользоваться задержкой, что бы размять ноги и перекусить.
Один предприимчивый торговец, сообразив, что затор надолго, организовал походную кухню на ближайшей опушке. Ханар отдал Лете лошадей, сходил, выяснил, чем кормят и сколько стоит, и, оставшись довольным и тем и другим, пристроился в конец очереди.