– Слушай, а действительно! – Швед, внимательно слушавший Сартова, пристально посмотрел на Махмудова. – А как ты это все объяснишь?
– Да он… он… Врет он все!
Ваха, взбешенный, бросился на Горика, но тот давно был готов к этому. Все то время, что Сартов говорил, плетя свою словесную паутину, он подводил Махмудова именно к этой вспышке гнева и заранее рассчитал свои действия. Отклонившись в сторону, он чуть поддернул Ваху вперед, и тот, теряя равновесие, что называется, «провалился». А Сартов, продолжая отклонять корпус, тут же перешел на вращение и, ускоряясь, нанес мощный удар пяткой в затылок голема. Будь Ваха Глиняным, не говоря уж о том, что бы с ним случилось, если б он был простым человеком, после такого потрясения он вряд ли выжил бы. Но он был Бронзовым, а потому отделался только нокдауном. Потрясенный, он сделал несколько неверных шагов, но на ногах удержался. И даже готов был вновь ринуться в атаку, но теперь его остановил Свенсон.
– Стоять! – приказал швед. – Всем стоять! Вы что здесь устроили? Опять? Прошлого урока мало было?
Но Махмудов словно не слышал его. Набычившись, направив оба зрачка в точку, находившуюся где-то на переносице Сартова, он двинулся вперед и неотвратимо приближался к тому месту, где, по плану Георгия, ему предстояло получить еще один удар, но Мартин своим решительным вмешательством все испортил.
Схватив могучей рукой потрясенного Бронзового, швед развернул его в сторону выхода и вышвырнул из зала. Выбежав следом, Свенсон остановился, глядя на големов, ошарашенных таким появлением своего босса, и показал рукой на Ваху:
– Уведите его отсюда! Куда хотите, но чтобы духу его здесь не было! И передайте, чтобы… Ладно, я потом с ним разберусь. А сейчас…
Чувствуя, что кроме брани на ум ничего не приходит, а терять самообладание в присутствии големов начального уровня Чистильщику не подобает, Мартин лишь презрительно махнул рукой.
Вернувшись в зал, он с укором посмотрел на Георгия:
– Ну, от этого козла я всего ожидал, но чтобы ты так себя повел? – Свенсон недовольно покачал головой. – Некрасиво!
– Некрасиво? – В голосе Сартова, чувствовавшего себя волком, у которого вырвали из пасти добычу, все еще прорывалось рычание. – Эта тварь… Кто его только големом сделал? Это же из-за его интриг мы программы потеряли! Если бы он не потащил тебя к своему червяку… О черт, челнок! Мы же его до сих пор не отправили назад!
Глаза Свенсона расширились. Мало того что не отправили, так и загружать до сих пор не начали!
– Быстро вниз, к озеру!
Несмотря на опустошения, производимые Рыковым в рядах противника, продвигаться вперед становилось все труднее и труднее. Глиняные, действуя по приказу своего Бронзового, сбегались на звук выстрелов, словно мотыльки на огонь. Толик, обогащая с каждым выбросом энергии свой опыт применения нового оружия, стал постепенно испытывать дефицит этой самой энергии. Не помогали даже те многочисленные генераторы, что он создал в себе, подсмотрев подобные модули в программах на золотом диске.
Необходимо было восполнить затраты, но попытка сделать это старым как мир способом, то есть насыщением желудка, ничего не дала. Свой НЗ он, конечно, проглотил, но от предложения Германа съесть его порцию вынужден был отказаться. Взбунтовался желудок. Он не способен был переварить такое количество еды.
А надо бы, враги все прибывали, они вываливались из самых разных мест, впереди отряда, позади, сбоку! Даже сверху и снизу пару раз вылезли! Рыков уже пошел на хитрость: сметая все перед собой, он заставлял отряд двигаться с максимальной скоростью, а когда позади собиралось число преследователей, заслуживавшее того, чтобы из-за него остановиться, резко тормозил и одним залпом крушил всех, кто был в коридоре. Тех же, кто появлялся небольшими группками или вообще по одному, Толик не трогал, их расстреливали Валентин и Курбан. Спецназовец и горец отлично навострились в быстрой и точной стрельбе. Тем самым они давали возможность программисту экономить энергию, пусть немножко, но в их положении и это было ценно.
Что же до остальных, то с прицельной стрельбой у них как-то не получалось. Нет, они тоже иногда попадали, особенно Лера, «каштан» которой выбрасывал такие порции огня, что трудно было промахнутся, но поспеть за реакцией и сноровкой Мохова и старшего Алиева они не могли. Разве что когда цель возникала прямо перед носом.
В них тоже попадали. По счастью, дело ограничивалось пока лишь царапинами, когда пули чиркали по касательной, да синяками под бронежилетами. Дважды пули ткнулись в шлем Панаме, тот никак не мог смириться с тем, что кто-то воюет лучше него, кидался во все заварушки, а потому и досталось ему больше всех. Хорошо, что защитный материал пока держался, и зенитчик оба раза отделался только звоном в голове.
– Надеюсь, что наша цель стоила того! – Герман вставил очередную обойму в «абакан». – У меня кончаются патроны!
– У меня тоже. – Гарун загнал гранату в подствольник. – Скоро врукопашную драться придется.
– Да озера осталось два перехода, – сообщил Валентин. – Выйдем в тот коридор, где мы встретились, челнок должен быть там. Но перед этим нам нужно что-то придумать… завал какой-нибудь… или еще что-то. Отсечь их надо.
– Мне понадобится минут… пять, – предупредил Толик. – Это после того, как я доберусь до корабля.
– Да ты с ума сошел! – Панама посмотрел на программиста с возмущением. – Мы и минуты не продержимся!
Свенсон высунулся из лаза по пояс и огляделся.
– Так, нам, кажется, туда. – Он показал в сторону озера. – Я точно помню, что там, прямо у полосы, есть лаз, ведущий под землю. Мне его Ваха показал.
– Ну так давай, выбирайся! – Сартов подтолкнул шведа в спину. Ему уже так осточертело подземелье, что просто не терпелось вылезти на поверхность. – Если ты не забыл, так я возле этого лаза тоже был. Тебя ждал.
Георгий вылез и стал рядом с Чистильщиком.
– Вон там, – сказал он, показывая рукой куда-то вперед. И не очень уверенно добавил: – Кажется.
– Пошли! – Свенсон то быстрым шагом, то бегом двинулся вниз. – Наверняка где-то здесь тропа должна быть! Ага, вот она!
Горик поспешил за Мартином. Он понимал, что ошибок наделано много, нужно срочно выправлять ситуацию, а как это сделать – полный туман. Из-за интриг Махмудова след беглецов окончательно утерян. И никакой зацепки… Никакой?!
– Твою мать!!! – внезапно выругался Георгий и хлопнул себя по лбу. – Черт бы его побрал, этого Ваху, из-за него Рыкова упустили!
– Это ты о чем? – спросил Свенсон, оборачиваясь на ходу. – Я вижу, ты всех собак готов на Махмудова повесить!
– Да как же не вешать, он же со своими делишками отвлек нас! – Сартов неожиданно остановился. – Мартин, постой!
– Ну, что еще? – Чистильщик с недовольным видом остановился и повернулся к Георгию. Он уже был у лаза и даже успел нажать на панель. – Горик, живо, ты же знаешь, что нужно челнок отпускать!
– Да отпустишь, минута роли не играет. – Сартов показал на вершину горы. – Я сейчас вспомнил… трансформеру этому… ему же электричество нужно было.
– Ах ты черт… – Глаза шведа вспыхнули. – Горик, бегом назад и заблокируй все источники!
– Бегу!
Сартов развернулся и приготовился бежать, но поскользнулся. Падая плашмя, он в самый последний момент успел выставить руки… и затылком ощутил, как раскаленный веер прошел над его головой.
Молниеносно перекатившись, Бронзовый вскочил и интуитивно отпрыгнул в сторону. И вовремя: белый луч ударил в то место, где он только что стоял. Сартов оторопел, на этот раз он видел, что стреляли сверху, с неба. Но там ведь никого нет!
– Не стой, беги в шахту! – услышал он вопль Свенсона. – Это Ликвидаторы! Махмудов, тварь…
Сартов повернулся на голос в тот самый миг, когда заряды невидимого воздушного стрелка вонзились в грудь и голову Чистильщика. В одно мгновение верхняя часть тела Свенсона отделилась от нижней и тут же разлетелась в клочья.
Реакция Бронзового была молниеносной. Еще швед не успел рухнуть на землю, а Сартов уже летел к лазу. Краем глаза, самым-самым краешком, он заметил, как справа от него зажглась ослепительно яркая точка. Стремительно увеличиваясь, она понеслась к земле, и Бронзовый понял, что сейчас с ним произойдет то же, что и с Мартином.