- Помоги одеться, - кивнул я, с трудом поднимаясь с кровати.
Старик помог мне встать и надеть рваные штаны и дырявую рубаху. Одежда оставляла желать лучшего. Похоже, предыдущий владелец тела не имел никакого понятия о гигиене и носил одни и те же штаны годами, а до этого их носил его старший брат. Но деваться некуда, нужно идти знакомиться с отцом.
Спуск на кухню дался с трудом. Все таки душа ещё не очень прочно укрепилась в теле и время от времени порывалась вернуться обратно. Наверное, чувствовала, что жизнь тут будет не очень приятной. Моя комната располагалась на третьем этаже. Судя по всему, отцу на меня наплевать, так как комната оказалась очень маленькой и рядом со мной никто не жил. В коридорах и на винтовой лестнице не было никаких изысков. Каменные стены, каменный пол и изредка держатели с факелами на стенах.
Спустившись с лестницы, мы оказались в широком коридоре. Слева виднелся большой зал, из которого раздавался многоголосый храп двух десятков троллей. А справа, судя по характерным запахам и звукам, была кухня.
- Пить хочу, - прошептал я, - давай зайдём на кухню. Может и выпивки для папаши раздобудем.
На кухне была суета. Огромный толстый повар в засаленном фартуке грязно-неизвестного цвета махал огромным половником и гонял двух поварят и кухарку.
- Я говорил, эля принеси, что ты мне вина притащил! Его светлость вино только по праздникам пьют! Хочешь, чтобы меня выпороли?
- Простите, мастер, эль закончился, его светлость с ратниками вчерась предпоследний бочонок выжрали, а последний разбили случайно. Его светлость весь так и вымок в эле, с ног до головы. Нету эля!
- А сегодня как раз праздник, - проскрипел старик, - сынок у барона поправился.
- Очухался! - немного разочаровано пробурчал повар под нос и угодливо добавил, - что надо?
По всему было видно, что повар не очень то рад моему выздоровлению, а поварята и вовсе попытались спрятаться за спину кухарки, которая нервно дергала передник. Ну и имидж у меня!
Я молча зачерпнул воды из большой бадьи и вдоволь напился, а затем забрал бутыль с вином у поварёнка и, не говоря ни слова, пошёл в обеденный зал.
- Эй, куда вино потащил? - запоздало очнулся повар.
- Отца будить пошёл, - цыкнул на него колдун, - не мешай.
- А чего он молчит?
- Тебе бы камень на башку упал, ты бы тоже молчал. Заговорит через недельку.
Войдя в зал я немного растерялся. Как же узнать своего папашу. Точно, поварёнок сказал, что он в эле вымок. Вот и ориентир!
В зале было грязно, воняло мочой, блевотиной и прокисшим элем. Повсюду на полу валялись обглоданные кости и черепушки разбитых глиняных кружек и тарелок. Часть дружинников спала на столах, часть под столами. Вчера была грандиозная гулянка.
- Прямо как у нас в студенческом общежитии, - подумал я, - весёлые были деньки, слава богу давно закончились. Разве что у нас почище было, по крайней мере до тех пор, пока в соседнюю комнату Санька не подселили. Ну и запаха у нас такого, конечно, не было. Мы же не средневековые варвары, а современные, к гигиене приученные. Впрочем, чего ещё ожидать, если комендант этой общаги возглавляет дебош, а не борется с ним.
Я пробрался между тел к главному столу, расположенному на небольшой возвышенности. Там в глиняной миске с какими то клубнями храпел рыжебородый гигант в одежде, изрядно позванивающей элем. Подойдя вплотную, я осторожно потряс его за плечо.
- Отец, проснись, - мне пришлось резко отскочил в сторону, так как гигант пришёл в ярость и стал махать своими огромными кулачищами.
- Меня будить!!! Прибью!!!
Я дождался когда гигант остановит упражнение мельница и посмотрит на меня своими красными от трёхдневного запоя глазами. Как только его взгляд сфокусировался на мне, я наполнил первый попавшийся под руку кубок вином и протянул ему.
Рыжебородый дрожащими руками принял кубок и одним махом опорожнил его. Вытерев рот рукавом, он удовлетворенно рыгнул и на минуту прикрыл глаза. Я молча стоял рядом, ожидая, пока вино подействует и настроение алкоголика улучшится. Гигант обвел зал вокруг мутным взглядом и, обнаружив на столе большой кувшин, удовлетворенно крякнул. Развязав шнурок на своих штанах, он извлек внушительный инструмент и принялся наполнять кувшин прямо посреди зала. Закончив это, несомненно, приятное занятие он расплылся в блаженной улыбке и сразу же пнул ногой кучу грязного тряпья на полу. К моему удивлению, куча зашевелилась, оказавшись тощим горбатым карликом.
- Шут, выпей вина, - прорычал Ури и протянул карлику только что наполненный кувшин.
Карлик дрожащими руками взял кувшин и приложился к нему в долгом глотке, но через несколько секунд закашлялся и принялся плеваться.
- Гы-гы-гы! Тебе что, мое вино не по нраву? Пшел вон отсюда! - папаша пнул карлика, от чего тот расплескал половину содержимого кувшина на себя, а вторую половину на лежащего рядом дружинника.
Карлик молча направился к выходу, а я, опасаясь следующей шутки, сделал пару шагов назад.
- Очнулся, паршивец! А я уж думал не очухаешься! Это мне камень по башке нипочем, а ты весь в мамашу, худосочный. Ей вон, один раз в ухо попал, так она и окочурилась. И что я в ней тогда нашёл? Воровать пришлось у соседа, насилу ноги унес. И через пару лет она дуба врезала! А ты хлюпиком вышел, пришлось вон колдуна заставлять душу твою вертать!
Я молчал и тут заговорил колдун.
- Слабый он ещё и говорить пока не может. Нужно ему недельку отдохнуть и есть побольше. Тогда точно поправится.
- Жрать побольше? - сдвинул брови барон и неожиданно заорал, - Тук! Где ты, жирный ублюдок?
- Чего изволите? - тут же выглянул из кухни повар.
- А ну-ка накорми его от пуза, и с собой еды сложи. Жрать ему побольше надо, чтобы выздороветь, - барон обернулся ко мне, - если через неделю не очухаешься, я тебя сам прибью! Всё, валите отсюда, а ты пожрать принеси и ещё вина.
- Ваша светлость, - колдун склонился в поклоне, - прикажете стражникам пропустить меня. Мне в Белый Порт успеть нужно до праздника летнего солнцестояния.
- Ещё чего, выздоровеет - отпущу, не поправится - повешу. А пока сгинь.
Настроение барона стремительно ухудшалось, поэтому никто не решился остаться в обеденном зале. На кухне меня ждал праздник желудка, но вспомнив, что моё тело провалялось без сознания три дня, я не стал много есть, ограничившись жидкой похлёбкой. Повар лишь равнодушно пожал плечами, мол дело твоё, я тебе предлагал, а вот колдун заупрямился.
- Нужно есть больше!
- Да я сейчас не могу.
- Собери ему еды с собой, - заявил он повару и, наткнувшись на презрительно взгляд, добавил, - ты что, забыл приказ барона?
Повар не стал отпираться, достал из под стола небольшую котомку и, нагрузив туда хлеба, сыра и мяса, протянул мне. Я сам взял со стола пустую флягу и, наполнив её водой, закинул в котомку.
- И меня накорми, - потребовал колдун.
- А про это барон ничего не говорил, - повар растянул губы в мстительной ухмылке, - вали отсюда, придёшь со всеми на завтрак.
Мне не хотелось слушать их перепалку и я решил осмотреть замок. Закинув котомку за спину, я направился к выходу в замковый двор. По крайней мере, именно из этого прохода раздавались крики стражников и лязг оружия. Я прошёл через кухню и попал в коридор, оканчивающийся тяжёлой деревянной дверью, укреплённой металлическими полосами. Эта дверь, способная выдержать удар небольшого тарана, выглядела монументально, но сейчас была открыта настежь. Прямо около выхода тёмным провалом зиял спуск в подвал. Судя по отсутствию пыли на полу, этой лестницей часто пользовались. Должно быть, там хранили припасы для кухни.
Я остановился у выхода и засмотрелся на замковый двор. Зрелище было удручающим. От недавнего дождя по всему двору остались грязные лужи и замковая челядь месила коричневую жижу, каждый раз выходя во двор. Напротив кухни располагался сарай, в котором обитали куры и свиньи. Парочка огромных свинтусов как раз валялись в луже неподалеку.