— Ну, извини.
— А тебе хотелось тех девиц, что были там?
— Нет, — я улыбнулся, обняв посильнее.
Она, положив свою руку мне на грудь, погладила, рассматривая. Я же уткнулся взглядом в два прелестных холмика, поднимавшихся в декольте в такт её дыханию….
— Поздравляю, — Мишка сидел на чурбане напротив двери, когда я выходил из комнаты. — Могли бы и потише.
— Ты когда вернулся? — спросил я, собираясь с мыслями, чтобы ответить на подкол друга.
— В первой четверти.
— А сейчас?
— А сейчас уже начало третьей.
Я оглянулся на окно в комнате. И правда… Судя по солнечному свету, уже далеко за полдень… Как то… потерял я время. Когда твоя жена магичка и наливает в тебя безмерно силы… Это я не хвастаюсь. Скорее недостаток, чем достоинство. Теряешь реальность. Но… насколько же хорошо…
— А ты что здесь?
— Ну, во-первых, лучше уж я послушал, чем стражники и Тинара, крутившиеся у дверей до этого. Хотя вы настолько громкоголосые…
Из дверей показалась Алия, с пунцовым лицом. Первый раз вижу её настолько смущённой. Она, прикоснувшись своими губами к моим, сделала книксен в знак приветствия Элидару и дробно стуча каблучками, убежала по коридору.
— … а во-вторых, разговор есть, — продолжил Мишка.
— Ну, проходи, — отошёл я было с прохода в гостевую, но, тут же вспомнив, что там всё раскидано, предложил пройти в кабинет, находившийся немного левее по коридору.
— Я по поводу Сапожного… Тут пока тебя не было с нами, мы посовещались и решили всё-таки сходить туда.
— Конными? — отхлебнул я отвара, принесённого Тинарой.
— Нет. Флотом. Возможно, там уже и спасать некого. А может быть, попробуем вывести на другую горную гряду рабов. Яр, он же тоже из Сапожных каменоломен, говорит, что ущелий в тех горах не так уж много, можно попытаться пройти. Надо на месте смотреть.
— Точно надо?
— Нет. Но после того как раздавят тех, к нам могут пойти.
— А так значит, не пойдут?
— Если приказ дали — пойдут. А я уверен, что это так. То в любом случае рано или поздно появятся. Если этих к нам сможем… — Эль на некоторое время замолчал, — … то нас сложнее взять будет. Если не сможем, а хотя бы поможем, то на некоторое время Императору не до нас будет. Представляешь, пять тысяч свободных рабов, на просторах Империи!
— Теперь серьёзно.
— Серьёзно… Если… Повторюсь, если… выгорит, то хоть как то компенсирую Зарука.
— Тебе предлагали решить вопрос с ним. В конце концов просто бы не рассказывал ему ничего, — спустя секунд двадцать продолжил я.
— Лёх… Они ведь правда семья. Настоящая. Я, наверное, впервые узнал что такое отец. А теперь представь, что рано или поздно узнают, кто является магом на Севере. И представь, учитывая местный менталитет, что с ними сделают. А так они смогут сказать, что я вселенец в их сына.
— Благородно, — отпил я отвара. — И разумно.
Право слово, хотелось высказать другу то, что нас то он подставил! (Пусть и не сильно — та малая часть наших, по глупости решившая вернуться в Империю, так или иначе, расскажет.) Но одно дело обычные обыватели, а другое человек, вертевшийся в верхах. Только разговор этот у нас уже был, и пилить опилки я не хотел. Элидар твёрдо попросил не трогать знатного неженку. Я… да собственно и никто, не смог отказать ему в этой просьбе.
— Причём тут он? — Решил я разъяснить ситуацию.
— Я же говорил. Либо имперцам некоторое время будет не до нас. Либо наше количество изменится. Следовательно, вся информация, выданная Заруком, будет бесполезна.
— Вывозить как?
— Посмотрим, — уклончиво ответил Эль.
— То есть… совсем без плана?
— Ну, а какой план, если не знаем ничего? Ни твой знакомый, ни этот беглый, толком объяснить не могут, ни сколько имперцев осаждают, ни есть ли возможность уйти к морю такому количеству…
Некоторое время мы молча пили «чай».
— Ты, кстати, как съездил? — решил я сменить тему.
— Плохо.
— Что так?
— Не успели. Эти сволочи, выкинули ребёнка на растерзание зверью.
— В живых кто-то остался?
Мишка неопределённо покрутил рукой.
— Пятерых казнили. Забрали всех незамужних, раз не умеют с детьми обращаться. Семью селянина, соответственно, тоже к нам перевезли. Они там бедные натерпелись. Его соотечественники жену хотели на костре сжечь. Осталось там пара десятков людей… Не прибьются к другой деревне — зверьё съест. Я там магией «ненароком» наследил.
— Понятно… Когда собираемся? В Сапожный?
— Знаешь… Я думаю, тебе не стоит. Здесь тоже подготовиться к встрече надо. Да и не дело это, локоту клинком махать. К тому же у тебя, я смотрю, есть чем заняться…
— А магу, значит, дело? — Игнорировал я подкол.
— И магу не дело. Только сам же понимаешь… а если орденские? Или за железо браться придётся? Без меня им сложно будет.
— Миротворец… Своих бы не положить.
— Никто не говорит, что ввяжемся. Посмотрим. Если нет — обратно развернёмся. Ещё разок потеребим имперцев по побережью, чтобы не впустую ходить и вернёмся.
— Так когда?
— Утром выходим.
— Шустро… Сколько идёт?
— С корабельными полторы набирается. Под завязку. Больше на судна не взять. Продуктов возьмём немного. В крайнем случае, село разорим или флибустьерством займёмся. Я Мамиту велел в дальние сёла, те, что ещё не трогали, за налогом выдвигаться. Так что он тоже пару сотен заберёт.
— Идеи, хоть какие, есть?
— Дойдём до Сапожного уже зимой. В это время на Гурдон перевозки не производят. В городе пустых купцов должно с десяток стоять.
— Вы Пакр приступом взять хотите?!
— Не обязательно. Говорят, они в заливе много где корабли швартуют. Пакр это было бы сильно. Корабли, думаю, найдём. Главное как рабов вытащить.
— Безрассудно.
— Безумству храбрых поём мы песню…
Глава 14
Спеть песнь безумству храбрых, без меня, не получилось. Промозглый ветер, поднимая брызги, утяжелял мою зимнюю накидку влагой. Волчья шерсть на воротнике походила скорее на облезлую кошку. Романтики, мать её, никакой не было. Тупо сохли по каютам. Это если в моём случае. Большинство же на нижней палубе, а то и вообще в трюмах. Развлечений — ноль. Рыба при такой погоде не ловилась, кокос не ню… не рос. Алкоголь, в смысле, надоел. Как я оказался в океане? М-да…
— Локот… — спустя полчаса после Элидара зашёл Санит — один из самых здравомыслящих людей в моём окружении, но с просьбой, отдававшей оккультизмом. — Я тут наслышан, что вы не собираетесь с нами?
— А есть причины отправиться?
Вот, что бы не говорил воёвый, а он знатный — то же выражение неудовлетворения на лице, промелькнувшее на мгновение, что и у Мишки — не любят они вопросом на вопрос.
— Есть.
Я, словно в местном реверансе, покрутил рукой, требуя продолжения.
— Я понимаю, что современные локота не выходят на поле боя, но дело в том, что именно это отличие тебя… Как бы объяснить…
— Уважение?
— Нет, не то. Уважение, разумеется, есть… только оно основано на… Раньше владыки кланов всегда выходили на бой. Считалось, что если ты теряешь силу в руках, то и разум утекает… Дело даже не в этом… У одних бытует мнение, что ты тот, кто… ведёт к милости духов. У других просто уверенность, что ты придерживаешься традиций предков.
— Путано как-то… Более объективных причин нет?.
— Нет. И всё-таки прошу. Люди, конечно, не откажутся. Но и с таким настроением уже не пойдут. Вести некому. Я воёвый. Сам понимаешь, для большинства и стрелу мне в спину пустить чуть не в радость. Элидар — маг. К тому же имперец. Да ещё и не был в рабах. Отголоски орузовского настроения до сих пор витают… Не Варёного же вперёд пускать.
— Хоть какие-то осмысленные доводы… Давно такая любовь? — усмехнулся я.
— Нет. Раньше просто шептались. После перехода через орочьи степи, уже в открытую говорят, что тебе духи помогают. Забрал души орков… Провёл через невозможное… Маг подчиняется тебе…