Но сейчас ее там не было, и ее сотовый телефон лежал, брошенный на кухонном островке. Она никогда никуда не ходила без мобильника.
Он обошел весь дом. В остальных комнатах было темно, он не стал зажигать свет, просто шел в темноте, пытаясь найти ее, хотя знал уже, что ее здесь нет. Ей всегда нравилось их встречать, неважно в какой комнате она была, она всегда выбегала, когда слышала, как они подъезжают, торопясь к порогу.
Он знал, что ее нет ни в одной из этих комнат, потому что она всегда выключала свет, когда выходила из комнаты. Сначала она объяснила, что таким образом экономила электроэнергию, как бы заботясь об окружающей среде, но позже призналась, что ее научил отец, когда она была еще маленькой, всегда выключать свет, если ты не находишься в комнате. Ее родители были фермерами, не купались в деньгах. Они пытались экономить электричество, чтобы уменьшить счет за электроэнергию, и хотя потом они стали жить в достатке, где счет за электричество не был проблемой, она продолжала выключать свет, если выходила из комнаты, все дело было в привычке.
Он стоял в темной спальне. Жалюзи были опущены, но открыты. Рождественские огни снаружи дома освещали комнату и картину, которую она купила, висевшую над кроватью. Стены были покрашены в тот цвет, который она выбрала. Кровать заправлена, пол тоже был недавно пропылесосен. На комоде стояли новые фотографии в рамках. Одна из них — она на своем дне рождения, пьяная прислонилась к нему боком, обхватив его руками спереди, прижавшись щекой к его плечу, он также обвил ее за талию. Он улыбался ей, она улыбалась в камеру. Еще одна, где он с Джонасом, случайный снимок, после одного из футбольного матчей Джонаса. Снимок был настолько естественным. Тейт смотрел на Джонаса, положив ему руку на плечо, Джонас нес шлем кончиками пальцев и смотрел на своего отца. Они оба улыбались. И была еще одна фотография в рамке на тумбочке Тейта, Они были втроем на День Благодарения, Па сделал этот снимок, Лори у него на коленях, а Джонас прижимается к нему сбоку, Тейт улыбался в камеру, но Джонас и Лори смотрят друг на друга и смеются.
Он чувствовал запах ее духов.
Они были повсюду, ее присутствие здесь заполняло каждый проклятый дюйм комнаты.
— Черт, — прошептал он.
Он направился назад по коридору, приподняв Джонаса за подбородок, когда увидел насколько переживает его сын, выражение его лица было мученическим. И поднять подбородок сына, единственное, что он мог сделать, чтобы дать понять своему сыну, что все будет хорошо, хотя страх впивался ему в кишки. Он прошел по коридору в прихожую, спустившись по лестнице. Он увидел свои тренажёры и вспомнил, что всего за неделю до сегодняшнего дня, она забрела в его кабинет. Он заметил, как она вошла, прислонилась к дверному косяку, потягивая кофе и наблюдая за ним.
— Трусишка, — поддразнила она его, привлекая его внимание. — Ты должен поехать со мной в учебный лагерь. Тайлер надерет тебе задницу.
Поскольку Джонас был в школе, Тейт решил закончить тренировку по-другому, прямо в холле. Она не жаловалась. Ей нравилось, когда он был потным.
Она любила его таким, каким он был в данный момент.
Страх пробрался еще глубже, спокойствие улетучилось, в глазах все стало расплываться, во рту пересохло.
— Сосредоточься, Джексон, бл*дь, сосредоточься, — пробормотал он про себя, зрение прояснилось, он дальше шел через темные, молчаливые комнаты, а затем вернулся в тренажерный зал и остановился.
Не было никакого взлома. Никаких признаков борьбы. Она никуда торопливо не выбежала, она никуда не собиралась уходить, поскольку оставила свечи зажженными.
Она открыла дверь человеку, которого знала. Она выключила сигнализацию, отперла дверь тому, кого знала. Она усвоила урок не открывать незнакомцам. Тогда бы она поступила по-другому и была бы более осторожна, если бы не знала того, кто стоит снаружи.
Она доверяла ему.
Было достаточно много людей, которым Лори доверяла, и все эти люди тусовались вокруг одного и того же места.
Когда он услышал приближающуюся сирену, вытащил свой мобильный из заднего кармана, открыл его и позвонил Крис.
— Привет, Тейт, — ответила она.
— Кто у вас? — спросил он, не обращая внимания на ее приветствие.
— Что?
— Кто работает в баре? — спросил он.
— Почему…?
— Кто сейчас в гребаном баре, Крис? — рявкнул он.
— Хм... — она замялась, — Иззи, Баб, Джонелле, Джим-Билли, Надин, Стег, Стони…
Он задал не правильно вопрос, поэтому прервал ее:
— Кого там нет?
Она опять замялась на секунду
— Тебя, Лори..., — замолчала. — Тейт, я хочу сказать то, что ты хочешь знать, но я не знаю, что…
— … одного из нас, кого сейчас нет у тебя в баре, но кому Лорен доверяла бы.
— Папа! — Джонас крикнул сильным и испуганным голосом. — Полицейские уже здесь!
Кристал услышала крик Джонаса.
— У тебя копы?
— Лорен нажала кнопку тревоги. Мы с Джонасом покупали для нее рождественский подарок. Мы вернулись. Она пропала.
На том конце провода установилась тишина, и Тейт почувствовал ужас, просачивающийся через линию.
— Нет, Тейт, нет, — прошептала она, и он отчетливо услышал, как ее голос задрожал.
— Что происходит? — услышал Тейт уверенный, но приглушенный голос Бабба.
— Кто у тебя отсутствует, Крис? — Повторил Тейт.
— Тейт.., — начала она.
— Кого, мать твою, там нет! — взревел он.
Он услышал, как у нее забрали трубку одновременно с приближающимися шагами по ступенькам лестницы.
— Тейт? — произнес Бабба в телефон.
— Лорен похитил кто-то, кого она хорошо знала. Оглянись вокруг себя, приятель, кого нет в баре?
— Бл*дь, мать твою, бл*дь! — воскликнул Бабба. — Постой, я осматриваюсь.
— Джексон, — произнес Фрэнк, подойдя к Тейту.
— Минутку, — ответил Тейт Фрэнку.
— Тейт, мужик, никакого взлома, — тихо сказал Фрэнк.
Тейт бросил мимолетный взгляд на Фрэнка.
— Дай мне гребаную минутку, Фрэнк, — произнес Тейт.
— Далтона, — ответил Бабба в трубку.
Далтон. Далтон был в баре, когда он уволил Тоню, но она была местной, он остался после закрытия бара, чтобы подбросить ее и поиграть с ней.
Далтон был одним из них. Симпатичный. Улыбающийся. Не высокий, не массивный, но худой и сильный, определенно намного сильнее Солнышко и Шамблса, с которым она жила. Считался местным, хотя прожил здесь не всю жизнь. Переехал сюда несколько лет назад. Но, кроме того, что он был хорошим барменом и надежным работником, Тейт ничего о нем не знал.
Далтон полностью соответствовал профилю преступника.
— Иди в кабинет, проверь его расписание, поищи карточки со временем дежурств. Выясни, был ли он в ночь убийства Ниты, и был ли он в ночь, когда убили ту девушку в Шантел.
— Ты помнишь даты? — спросил Бабба, и Тейт понял, что он уже движется к своему кабинету.
— Посмотри в интернете. Пусть Крис займется этим, — приказал Тейт.
— У меня нет интернет-канала в баре, приятель, — тихо произнес Бабба.
— У кого-нибудь в баре должен быть телефон с доступом в Интернет, а если нет, у нас есть гребаный телефон, ты можешь позвонить. Найди даты, проверь расписание, мне нужна информация через десять минут, Бабба, поторопись, ты справишься. И достань его заявление, отправь мне по факсу.
— Понял, — ответил Бабба, и Тейт услышал, как Бабба положил трубку, поэтому он закрыл крышку своего телефона.
— Далтон? — Спросил Фрэнк.
— Джонас! — взревел Тейт. — Иди сюда!
— Тейт, Далтон?! – повторил Фрэнк.
— Звони федералам, — потребовал Тейт вместо ответа, пока его сын сбегал по лестнице.
— Папа? — Спросил Джонас.
— Компьютер, Баб. Давай, включай. Сейчас же, — приказал Тейт, Джонас направился в его комнату.
Еще несколько офицеров спускались по лестнице, Фрэнк продолжил:
— Тейт, мужик, подумай. Это может быть не то, что ты думаешь. Это может быть не май-декабрь. Сейчас Рождество, Лори может заниматься чем угодно. Я понимаю, что ты на взводе — Нита, Тоня. Но Лорен не в его вкусе, а ты подозреваешь кого-то в чем-то подобном…