Дважды в месяц в Джон Хьюс Хаус приходила учительница танцев и физкультуры по имени Джулия для проведения занятий. Она была ростом сто тридцать сантиметров, большеглазая, с длинными распущенными чёрными волосами. Джулия была воплощением энергии. Обычно она приносила с собой барабаны, погремушки, колокольчики, свирели, флейты, бубны и очень старый магнитофон с записями шумной музыки, под которую проходили танцы и всевозможные телодвижения. Музыка сопровождалась барабанным боем, трескотнёй погремушек, звоном колокольчиков, писком и звуками свирели и флейты, звяканьем бубен. Клиенты танцевали и производили разные телодвижения в такт шумного сопровождения, а Джулия кружилась вместе с ними.
Уин, Грег и Джейн выходили из офиса и стояли, улыбаясь, видимо, одобряя проведение этих уроков. Игорь же считал, что для умственно больных людей шум вреден.
В целом же Игорь радовался тому, что жизнь клиентов стала активной, что они не сидели днями за телевизором, а двигались, действовали, были мотивированы. После 1994 года городские власти могли позволить финансировать культурную программу для бездомных.
На стенах Джон Хьюс Хауса в добавление к настенным картинам Дарайуса появились картины и рисунки, выполненные на оздоровительных уроках. Некоторые из картин и рисунков были настоящими произведениями искусства и выставлялись на продажу с разрешения городских властей.
___________________Глава 29. Тайрон Джонсон и Терренс Смит______________
Тайрон Джонсон и Терренс Смит проявили себя быстрой смекалкой, умелыми действиями и находчивостью в драматических ситуациях. Тайрон, чернокожий служащий Джон Хьюс Хауса, ростом сто девяносто сантиметров, с атлетической фигурой, бритоголовый, большеглазый, с полными губами и очаровательной улыбкой, работал администратором ночной смены. Тайрон был добросовестным работником и славным парнем. По характеру он был молчаливым, говорил только тогда, когда его спрашивали, если о ком-то сплетничали, он никогда не принимал участия в сплетнях. Его уважали в приюте. Хотя Тайрон был физически сильным человеком, он не отличался крепким здоровьем, страдая от астмы и частых простуд.
Однажды за завтраком один из клиентов подавился куском отварного цыплёнка. Бедняга выскочил из-за стола и стал метаться по помещению. Кусок цыплёнка не выходил из его горла. Клиенту не хватало воздуха, он стал бледнеть и шататься и через мгновение мог упасть в обморок. Подавившийся стоял лицом к общему залу Джон Хьюс Хауса, и цвет его лица стал приобретать сероватый оттенок. К счастью, смена Тайрона ещё не кончилась. Увидев почти падающего в обморок щупленького клиента, Тайрон молниеносно подскочил к нему сзади, обхватил парнишку обеими руками со спины. Он сжал свою правую руку в кулак с убранным внутрь кулака большим пальцем и приставил его в районе пупка пострадавшего. Левую ладонь Тайрон положил поверх кулака и резким надавливанием одновременно внутрь и вверх выдавил кусок цыплёнка. Цвет лица пострадавшего приобрёл нормальный вид. Парнишка был спасён. Тайрон применил к клиенту приём Геймлиха (Heimlich Maneuver), о котором Игорь до шестидесяти лет слыхом не слыхал. Игорь сделал для себя вывод: каждый человек должен овладеть приёмом Геймлиха для спасения поперхнувшегося или подавившегося человека.
Терренс проработал в Джон Хьюс Хаусе всего один год. Это был самый молодой сотрудник приюта. Зеленоглазый шатен, со свежим цветом и правильными чертами лица, чисто выбритый, чернобровый, с белоснежными зубами, высокий, широкоплечий и стройный, с лёгкой походкой, двадцатидвухлетний Терренс слыл поистине красавцем. При всех своих физических достоинствах Терренс отличался скромностью и чувством юмора. Он был исполнительным служащим и зарекомендовал себя в Джон Хьюс Хаусе с самой лучшей стороны.
Это случилось в один из обычных рабочих дней, а именно 3 января 1997 года, в пятницу в пять часов тридцать минут дня. Крис Паймбл, подведя плотного пожилого мужчину к бельевой, сказал: «Игорь, не мог бы ты выдать мистеру Стэнзи брюки?»
Он кивнул на пожилого полного иммигранта с тростью. «Конечно, сейчас», — ответил Игорь и посмотрел на джентльмена через голландскую дверь (дверь, горизонтально разделённая на две половины, верхняя из которых открыта при закрытой нижней половине) бельевой, чтобы узнать, какой размер брюк ему нужен. Мужчина стоял лицом к Игорю на расстоянии метра два, затем он резко повернулся спиной к бельевой, потом Игорь увидел, как он встал в пол-оборота правой стороной к бельевой, и вдруг, как в кошмарном сне или как по волшебству, Игорь увидел маленькую вспышку над коленом левой ноги мужчины, которая в долю секунды переросла в яркое пламя, медленно ползущее от колена вверх, и мгновенно мужчина был объят огнём, и перед всеми стоял живой горящий факел. Игорь уже после случившегося понял, почему клиент Стэнзи поворачивался то спиной, то боком к бельевой: он открывал зажигалку, чтобы облиться бензином из неё и поджечь себя. Игорь бросился к раковине в бельевой, чтобы наполнить ведро воды, но тут же его осенила мысль спасать горящего не водой, а крупными вещами, сбив ими пламя, и он стал выбрасывать через голландскую дверь простыни и одеяла для тех, кто мог завернуть в них горящего мужчину. Хотя в Джон Хьюс Хаусе была большая суматоха в связи с происходящим, всё же в этом смятении оказались находчивые люди, которые стали заворачивать горящего Стэнзи в простыни и одеяла, а Терренс показал пример, как лучше всего потушить пламя: надо срочно положить потерпевшего на землю. Среди спасавших, кроме Терренса, были охранник Хьюгенсон Александр, иммигрант с Гаити, тоже двадцатидвухлетний молодой человек Джон Хьюс Хауса, и клиенты. Уэнди Уорлик вскрикнула: «О, Боже!» Некоторые члены штата пытались позвонить по 911, но в панике забыли набрать «девять» для соединения с оператором телефона 911. Уин, Джейн и Грег Шин были в офисе, но они были в оцепенении от этой ужасной ситуации. Всё происходило так быстро, что от тех, кто был в панике, никакой пользы не было.
Терренс поднял пожилого человека с пола, посадил на стул к столу у двери бельевой. Терренс был бледный как полотно. Уин сел возле мистера Стэнзи и пытался убедить пострадавшего успокоиться и не двигаться.
Ионас Стэнзи не мог прийти в себя от сильного волнения и постоянно поднимал свою рубашку, под которой были видны четыре больших очага обгоревшей кожи. На его лбу виднелись два небольших ожога и один ожог на носу. Неизвестно, в каком состоянии была кожа на бедрах и животе. Ни стона, ни единого звука не было слышно от Ионаса. Игорь чувствовал, что у него самого кровь отхлынула от лица, что он побледнел.
Скорая помощь приехала быстро, и Ионаса Стэнзи отвезла в Медицинский центр Корнелла.
Уин приказал всем собраться в офисе на короткое совещание. Директор сказал: «Мы все были свидетелями драматического события, которое только что произошло в нашем учреждении. Слава богу, оно позади, и все те, кто спасали господина Ионаса Стэнзи, действовали правильно, он отправлен в Медицинский центр Корнелла. Я бы хотел, чтобы каждый из вас высказал своё мнение по поводу этого трагического случая».
Крис Паймбл взял слово: «Я был непосредственным лицом, кто видел с самого начала эту трагедию, хотя не считаю себя виновным или несущим ответственность за случившееся. Это была попытка самоубийства. Я видел, как господин Стэнзи прыснул на себя что-то, и я подумал, что это был дезодорант. Вдруг он щёлкнул зажигалкой и загорелся. Моей первой мыслью было найти одеяло, но его в эти секунды не было. Игорь выбросил простыни и одеяла немного позже. Оказывается, господин Стэнзи плеснул на себя бутан и поджёг себя».