— Я верю, что людям нужно давать второй шанс. Он изменился после той ночи, пытался исправить то, что натворил. Но, полагаю, сегодня вечером я выясню это, так или иначе.
— Значит, ты здесь не для того, чтобы быть с Эджем. Ты здесь, чтобы посмотреть, сможете ли вы, ребята, построить чертовы отношения, ты и Мав?
Я напряженно пожимаю плечами.
— Я бы могла уйти, оставив все как есть.
Он выдыхает.
— Я бы тебе не позволил.
Подняв лицо, я всматриваюсь в его искренние глаза и растягиваю свои губы в легкой улыбке.
— Я тебе верю. Ты был слишком добр ко мне с тех пор, как я здесь появилась. Я многим тебе обязана.
Он лукаво улыбается.
— Сходи со мной на свидание.
— Дозер.
Он качает головой и подходит ближе.
— Если у вас с Мавом ничего не получится, подари мне один день. Мы можем покататься на лошадях или сходить на ужин. Зато мы увидим, куда это нас приведет. Никаких обещаний. Никаких обязательств. Всего один день. Я просто хочу провести с тобой пару часов наедине, подальше отсюда.
— А если у нас с Мавом все получится?
Его улыбка никнет, но он быстро это скрывает, отделываясь простой фразой.
— Тогда мы останемся друзьями, пока он все не испортит.
Он подмигивает мне и поднимает меня на ноги.
Я вскидываю голову и вижу, что он не собирается сдаваться.
Он сжимает пальцами мой подбородок.
— Я рядом, если понадоблюсь тебе, или если ты передумаешь.
— Спасибо.
Он притягивает меня к себе и обнимает своими огромными ручищами. Впервые я искренне обнимаю его в ответ. Быть может, потому, что он, наконец, знает о моих чувствах, и мои действия не будут неверно истолкованы и считаться чем-то большим, нежели дружеским жестом.
— Пошли. Нам лучше вернуться, иначе мы останемся без еды.
Выйдя из комнаты Дозера, я жду в коридоре, пока он закрывает и запирает дверь на ключ.
Мы слышим тяжелый удар, а затем еще один, и оба поворачивают головы, глядя в направлении источника шума, который не смолкает ни на минуту. С каждым разом удары становятся громче и раздаются чаще. За седьмым или восьмым ударом о стену следует мужской стон.
И что-то в этом стоне кажется таким знакомым, что мое тело сотрясает мелкая дрожь.
Сканируя коридор, я мысленно ругаю себя: «Это не он. Это не из комнаты Мава». Здесь семь комнат, и звуки могут доноситься из любой другой.
Пронзительный женский голос кричит:
— Да, прямо здесь! О, Боже, да! Прямо. Ах. Здесь. Черт… Как же я по этому скучала!
Мужское кряхтение, которое следует за ее словами, потрясает меня до глубины души. Я обхватываю рукой живот, пока ноги несут меня вперед. Чем ближе я подхожу к его комнате, тем очевиднее становится, что я дура, а он ублюдок. Я не должна была верить ни единому слову, слетевшему с его губ. Ни. Единому. Долбаному. Слову.
Я кладу руку на его дверь. Каждый стон, каждый крик, каждое кряхтение подобны удару брошенного в меня кирпича. До тех пор, пока я не чувствую присутствия за своей спиной. Дозер. Обернувшись, я смотрю на него.
— Может, это не он.
— По звукам чертовски похоже на него, — отвечает он. А затем, словно утешая, опускает руку на мое плечо. — Не так я хотел, чтобы это произошло, но думаю, теперь у тебя есть ответ, детка. Прости.
Мое дыхание становится частым, до этого момента я даже не осознавала, что так сильно тосковала по Маву. Уповая на то, что он окажется достоин второго шанса. Что он исполнит все то, что прошептал мне на ухо в день своего отъезда.
Но, Боже, как же я могла в нем так ошибиться.
Голос женщины звучит громче. Секс за дверью Мава достигает своего пика. Я слышу рычание Мава, и против воли в моем сознании крутится картинка, как он вонзается в какую-то клубную девчонку, которую затащил в свою комнату. Скорее всего, это Джейд.
Он кричит, достигая оргазма, и я тут же представляю себе это как наяву. Его голова откинута назад. Его великолепное тело покрывает пот, и он опустошает себя в какую-то женщину. Вот только эта женщина не я.
Будь он проклят.
Я стараюсь держаться, но осознание происходящего просто убивает меня. Такое чувство, что мое сердце сделано из тонкого стекла, и Мав просто взял молоток и разбил его на две хрупкие половинки, которые в любой момент расколются и разлетятся на мелкие кусочки.
Мысли о том, чтобы остаться здесь, начать с ним новую жизнь и стать частью его безумного мира, умирают на корню.
Пора уходить. Как сказал Дозер, теперь у меня есть ответ.
— Тыковка… — начинает Дозер.
— Эмбер, — поправляю я его.
— Что?
— Ненавижу это прозвище, — говорю я на этот раз громче. — Меня зовут Эмбер, — я тянусь к дверной ручке и добавляю: — Не могу поверить, что он сделал это после всего того, что сказал мне.
Дозер хватает меня за руку.
— Ты не захочешь это видеть. Поверь мне.
— Нет. Мне нужно это увидеть.
Но дверь распахивается, прежде чем я успеваю ее открыть, являя передо мной того, кого я не ожидала здесь увидеть.
Стар. Клубная девчонка. Та, которую Мав выгнал неделю назад. Та, с которой он трахался в своем кабинете. Неудивительно, что их крики удовольствия звучали так знакомо.
Она не видит, что я стою перед ней. Она слишком занята, натягивая свои красные трусики и поправляя свою черную мини-юбку. В тот момент, когда она понимает, что перед ней кто-то стоит, она замирает и мгновенно вскидывает голову вверх, устремляя свой взгляд на мое лицо.
Ей требуется всего пара секунд на то, чтобы продемонстрировать свою гнусную ухмылку и показать себя с самой отвратительной стороны. Она прислоняется к дверной раме.
— А… Тыковка, правильно? Ты немного опоздала, милая, — она бросает взгляд себе за спину, а затем снова смотрит на меня. — Можешь заглянуть попозже, — ее улыбку сменяет злорадный смех. — Он сильно проголодался за время своего отсутствия, но его только что накормили, так что, думается мне, он не скоро захочет десерт.
Мое тело охватывает ярость. Меня так и подмывает влепить ей пощечину или исполосовать ногтями ее лицо, но я крепко сжимаю кулаки и удерживаю свои руки по бокам.
Уходи, Эм. Он этого не стоит. И она тоже.
Я слышу, как он кричит позади нее:
— Кто это?
Она поправляет на себе одежду и снова оглядывается через плечо.
— Судя по шоку на ее лице, я бы сказала, что кое-кто надеялся составить тебе компанию этим вечером. Но поскольку я уже это сделала, я ее отпущу.
— Какого хрена ты здесь делаешь? — рычит Дозер и встает рядом со мной. Его рука касается моей. Часть его сил перетекает в меня.
— Мав пригласил меня обратно. Сказал, что у вас, ребята, напряжёнка со свободными и доступными кисками.
— Поэтому ты здесь… — саркастично замечаю я.
Склонив голову набок и изогнув бровь, Стар отвечает мне резким тоном:
— Да. Я здесь. Не моя проблема, что ты не можешь удовлетворить здешних мужчин.
Я слышу шорох то ли простыней, то ли одежды позади нее. О, нет, он встает с постели! Я не хочу его видеть. Когда я поворачиваюсь и ухожу, мое сердце колотится так громко, что звенит в моих ушах как гонг. Часть меня хочет остаться и встретиться с ним лицом к лицу. Высказать все, что я о нем думаю и, возможно, еще раз врезать по его идеальной челюсти, но какой в этом смысл? Это ничего не изменит.
Дозер зовет меня по имени, но мои эмоции в полном раздрае. Гнев. Ревность. Предательство. Я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме одного — бежать как можно дальше от него.
Но я резко торможу, когда достигаю лестницы. Моя нога опускается на верхнюю ступеньку и уже не отрывается от нее. Мой взгляд устремлен вниз. Поначалу темные волосы и широкие плечи кажутся мне знакомыми, но мое подсознание не в состоянии определить, что за мужчина поднимается по лестнице.
— Детка, подожди, это не то… — слышу я, как говорит Дозер где-то позади меня. Но он, должно быть, видит то, что вижу я, потому что его речь обрывается на полуслове.