– Нет, не все. Несколько остались живы. И мы вновь обретём то, что однажды принадлежало нам…
Все в комнате, кроме Сирены, хором продолжили:
– …но было у нас отнято. Мы готовы умереть ради возрождения былого величия клана.
Костя свирепо зыркнул на нас.
– Не заводите его, пожалуйста, – попросила, стоящая прильнув к Дрейку, Эшлинг. – Уже поздно, и если его понесёт, это затянется надолго.
– А это ваш виверн? – спросил меня Миша, кивнув на Габриэля.
Габриэль поклонился, представился сам и представил своих телохранителей.
Сирена протиснулась ко мне, попутно наградив Костю своим фирменным гневным взглядом.
– Кто это? – прошептала она.
– Смотритель хранилища. Надо было нам с тобой поменяться местами, прежде чем сюда приходить, – шепнула я в ответ.
– Зачем? – спросила она. Но у меня не было времени объяснять причину, по которой очень важно, чтобы филактерию взял в руки кто-либо другой, а не я.
Миша заглянул за плечо Габриэля.
– О. Неужто я вижу Дрейка Вирео? Не знал, что комитет отменил свой приказ, касающийся вашего пребывания в Доме Собраний.
Долю секунды Дрейк выглядел немного смущённым, пока Эшлинг очень внимательно на него смотрела.
– Ерунда, kincsem, – успокоил он её. – Небольшое недопонимание по поводу кое-каких предметов, которые могли пропасть.
– Недопонимание, как же, – фыркнул Миша и поведал мне:
– Не раз ловил его при попытке проникнуть в хранилище на протяжении нескольких столетий. Повезло ему лишь единожды. Но это было до того, как мы установили электронное оборудование, да, Вирео?
Дрейк напустил на себя высокомерный вид.
– Не понимаю, о чём вы говорите.
Джим прыснул.
– Могу я получить филактерию, пожалуйста, – сказал Габриэль, протягивая руку к коробочке, которую держал Миша. – Как вы можете видеть, согласно описи она принадлежит моей супруге, а не Косте.
Миша сунул мне коробку.
– Да, таким образом порядок будет соблюдён.
Я отдёрнула руки и сделала шаг назад.
– Спасибо. Прошу, отдайте её Габриэлю.
Миша нахмурился и все остальные вместе с ним.
– Я это и пытаюсь сделать. Берите её уже, и я, наконец, смогу вернуться к репетиции.
– Репетиции? Мне стоит об этом знать? – тихонько спросила Эшлинг.
– Не думаю, – ответил Дрейк.
– Просто отдайте коробку Габриэлю, пожалуйста, – проговорила я, делая ещё один шаг назад.
Миша раздражённо прищёлкнул языком.
– Я обязан вернуть её владельцу. С точки зрения L’au-delà, владельцем этой вещицы являетесь вы, и именно вам в руки я должен её передать.
Костя, который стоял вытянувшись практически в струнку, двинулся в мою сторону, но Маата с Типене преградили ему дорогу.
– Я понимаю и, как владелец, даю вам разрешение вручить её Габриэлю, – сказала я, делая очередной шажок назад. На краткий миг я задумалась, может попробовать уговорить его отдать филактерию Сирене вместо меня, но как я подозревала, даже если он согласится, драконы точно будут против.
– Я не могу этого сделать, – произнёс Миша.
– Что не так, Мэйлин? – спросил Габриэль, сдвинув свои изумительные брови.
– Я не могу её взять, – промолвила я, не желая больше ничего говорить.
– Почему?
– Просто не могу и всё. Возьми её ты.
Габриэль взглянул на коробочку.
– В ней находится что-то опасное?
– Нет, я просто не могу…
– Да, во имя солнца и луны! У меня нет на это времени! – Миша впихнул мне в руки коробочку. В мгновение, когда она коснулась моей кожи, окружающий мир сжался до нескольких секунд. Мои пальцы сомкнулись на коробочке с филактерией, и я с ужасом уставилась на Габриэля.
Прежде чем кто-либо успел произнести хоть слово, какой-то демон открыл за моей спиной проход в ткани пространства, схватил меня за предплечье и утянул в зияющую дыру.
Глава 25
Если тебя вызывает Магот это само по себе неприятно, но когда он приказывает привести тебя демону, ощущения в разы хуже. Демон бросил меня на пол, где я лежала, борясь с рвотными позывами, не сознавая ничего, что происходит вокруг, кроме кошмарной тошноты, которую я получила после того, как меня протащили через дыру в мироздании.
В миг, когда я услышала, как Магот протянул: «Приветствую, дракон. Полагаю, я имею удовольствие лицезреть виверна клана серебряных драконов» – я поняла две вещи: первое, давление на моей руке, что я почувствовала, когда демон дёрнул меня, было вызвано хваткой Габриэля на моём запястье (в результате чего его перенесло вместе со мной прямиком к Маготу) и второе, жизнь, какой она была, скоро закончится.
– Да, я Габриэль Таухоу. Какие у вас дела с моей супругой, раз вы считаете себя вправе обращаться с ней подобным образом?
Воспользовавшись стоящим рядом стулом, я с трудом, но смогла поднять себя на ноги. Габриэль выглядел ещё более побитым, чем ранее, из его носа опять текла кровь.
– Не разговаривай с ним, – взмолилась я, кинувшись к Габриэлю.
– Стоять! – Магот щёлкнул пальцами, поймав меня в невидимую сеть, которая сковала моё тело, не давая пошевелиться. – Кажется, у тебя есть кое-что моё, милая Мэй. Сейчас ты передашь это мне.
Глаза Габриэля загорелись огнём, когда он посмотрел на повелителя демонов.
– Освободите мою супругу.
– Не разговаривай с ним. Ради всех богов, Габриэль, не говори с ним.
Между его бровями пролегла хмурая складка.
– Ты в порядке, супруга? Не стоит так сильно нервничать по пустякам.
– Это не пустяк, – почти рыдая, выдавила я. – Тебе необходимо уйти, Габриэль. Тебе необходимо уйти немедленно.
– Я ни за что не оставлю тебя здесь одну, – сказал он, в его глазах мелькнуло недоумение.
– Ты должен, – горло сдавливало спазмами, но я старалась успокоиться. Габриэль послушается… обязательно. – Тебя это не касается. Магот не может тебя тут удерживать против твоей воли, так как это навлечёт на него гнев вейра. Ты должен сейчас уйти, пока… – Слова не шли дальше. Я не могла рассказать ему правду, не под смеющимся взглядом Магота.
– Мэй, – нежно проговорил Габриэль, взяв меня за руки. – Я думал, ты поняла, что этот повелитель демонов не сможет ничего сделать, чтобы заставить тебя мне навредить. Твой страх за мою жизнь не оправдан. Я ведь говорил тебе, что меня невероятно сложно убить. Тебе следует научиться доверять мне.
Я на несколько секунд прикрыла глаза, испытывая невыносимую боль – моя душа стенала в самой настоящей агонии. Я хотела кричать на небеса, проклинать смотрителя хранилища и те педантичные правила, согласно которым он обязан был передать мои вещи мне лично в руки. Я хотела уничтожить Магота, за страдания, что он собирался обрушить на мою жизнь. Но больше всего, я хотела сказать Габриэлю, как мне жаль и как глубоко он проник в моё сердце.
– Пташка, почему ты плачешь? – мягко спросил он, нежное касание его большого пальца моей щеки было настолько сладким, что разрушило последние линии моей защиты, открывая мне истину. Я не просто любила его – я любила его безо всяких причин, каждой частичкой своего существа.
Я смотрела на него не в силах вымолвить ни слова перед выродком ответственным за все мои беды.
– Как бы это ни было увлекательным, но через пятнадцать минут у меня назначена встреча, – сказал Магот, взглянув на часы. Он поднялся и направился ко мне, всё ещё прикованной к полу. Его взгляд с любопытством рассматривал Габриэля, явно его оценивая. – И вот ради этого ты меня отвергла? Ради дредов, милая Мэй? Или тебя привлекла его звериная суть?
Я сглотнула вставшие комом в горле обжигающие слёзы и встретилась взглядом с Маготом.
– Я не буду обсуждать с тобой Габриэля.
– Что вы хотите от моей супруги? – снова спросил Габриэль, загораживая меня собой и скрещивая руки на груди.
Резко очерченные чёрные брови Магота приподнялись при виде попытки меня защитить.
– Интересно, если я решу проучить тебя за подобную дерзость, будет ли это стоить грозящих мне впоследствии неприятностей.