— А где армия и флот? — спросил Петрович. — Где Путин на летающем боевом стерхе? Почему не бомбардирует этих… творков?
— Дворков, — поправил Дан. — Все президенты всех стран давно уже либо киборги, либо клоны, либо просто картинка в телевизоре.
— Значит, всё, о чём мы с Вадиком говорили, была правда… — сказал Петрович. Веселость слегка отступила.
— Вижу, действие веселящей пилюли проходит. Тогда еще парочка неприятных новостей. Все твои друзья, родные и близкие мертвы. Тут они всегда кардинально решают, не как сейчас. Ты оказался в центре истории гораздо серьезней.
— Небоскреб взорвали, как в «Дне независимости», куда уже серьезней? Чего, нету жинки моей и деток? Хреново… Очень хреново…
— Да-да. И никого из тех, кого ты знал. И тебя тоже нет. Официально тебя стерли. Вот примерно так, как москвичам стирают воспоминания о вчерашнем дне. Они могут и не такое. То, чем они обкалывают их — это такой особый вид токсина, стимулирующий микромицетов… Сложно объяснить. Короче, гляди.
Они пролетели чуть дальше, где лежит куча тел, оставленных армией дворков. А вот парень поднялся, головой трясет и идет домой.
— Он сейчас ничего не понимает, но у него одно желание — побыстрее прийти к телевизору. А там сейчас крутят одно и то же.
Дан пропал с экрана, на нём теперь улыбается какой-то едва знакомый старик. Его включили на половине фразы, но повторял он одно и то же.
— В Москва-Сити всегда было только двенадцать небоскребов. Никакого луча с неба никогда не было. Ничего не взрывалось. Вы живете в самой обычной стране. Побольше смотрите телевизор. Поменьше сидите в Интернете. Там всё несерьезно. В Москва-Сити всегда было только двенадцать небоскребов.
Мужчина выключился, появился Дан.
— Это — лорд Ар, — сказал Дан. — Лорд по безопасности Страны Ужасных Монстров. Что-то типа начальника ФСБ у вас. Только там он еще и за пропаганду отвечает, и за… много чего. Один из самых могучих лордов и именно его тебе надо опасаться больше всего. Он тебя до недавнего времени искал. Теперь ситуация изменилась, но шанс всё равно есть. Берегись его.
— Это и ежу понятно. А чего, им что угодно могут сказать и они поверят?
— Нет, там сложнее. Его голос пропускают через специальные динамики, генерируя волну, которую понимают микромицеты. Потом уже они меняют сознание.
Петрович суть понял, а дальше уточнять не стал. Веселость уходила стремительно, слова Дана о семье только сейчас подобрались к сердцу.
— Я не хочу переполнять тебя информацией, потому что тем самым ты подвергнешься дополнительной опасности, — затараторил Дан. — Сейчас запомни основное. Инопланетяне захватили Землю. И уже очень давно. И безвозвратно. Победить их невозможно. Но, если ты не будешь сильно выпендриваться, они позволят тебе жить относительно нормально. Я дам тебе новый паспорт и историю твоей новой жизни. Дам денег. Жить будешь в Подмосковье. Там я уже купил тебе домик. На твоем счету в банке миллион долларов. Надо с паспортом в банк прийти и забрать карту. В квартире есть всё, что тебе надо. А надо тебе сейчас сидеть несколько лет потише. Иначе тебе кирдык.
— Мне и так кирдык… — вздохнул Петрович.
— Посмотрим…
У человека есть несколько возможностей получить удовольствие. Самое первое — это удовлетворение от еды. Без еды мы не можем жить, вкусная еда приносит радость. Второе — радость секса. Мы — живые существа, способные размножаться. Если бы размножение не доставляло столько удовольствия, мы бы давно погибли как вид. И третьим удовольствием всегда была власть. Возможность одного человека управлять другим. Но власть никогда не бывает абсолютной. Даже раб египетских фараонов чисто теоретически мог зарубить своего господина, правда, потом бы его ждали жуткие пытки. А тут — абсолютная власть. Просто абсолютная! И ни к чему не обязывающая.
Денис разрывался. С одной стороны — ужас. Башни «Винт» не просто нет. Даже упоминания ее из «Википедии» стерли. Он пытался связаться с друзьями — нет их. Раньше были страницы в соцсетях, сейчас — пусто. Вообще никого нет. На отца было выпущено столько статей — все тщательно редактированы. Почему-то изменен возраст и всякие другие подробности. Вся жизнь семьи Архиповых переписана, да еще за такой малый промежуток времени — еще и двух дней не прошло. Но посвятить себя изучению этого феномена Денису мешало вот это чучело, которое сейчас забилась в углу и глядит на него оленьими глазами. Она и где-то десяток девиц, прошедших через постель этого номера.
Денис очень быстро учился, его новая-старая способность кружила голову. Он уже и не думал присвоить империю отца — это даже может быть опасно. Зачем? Это существо, которое совсем недавно было самостоятельной девушкой, даст ему гораздо больше! Не она, конечно. Тысячи других! Сколько людей на планете? Миллиардов восемь? Значит, женщин примерно половина. Четыре миллиарда рабынь! Армия, которая покорит мир!
Какое же жалкое существо эта Дина. Денис мучил ее без наслаждения, он делал это с брезгливостью. Администратор гостиницы, где Денис остановился, сорокалетняя женщина по имени Настя, и то была привлекательней Дины. Эта всё время ходит голой перед ним, и даже мысли в голову приходят, заставить ее одеться. Но голая она жалкая и ничтожная, Денис не хотел, чтобы эта мерзость даже немножко чувствовала себя человеком.
Он полностью выпил ее мозг, тотально заполнив мысли собой. Его сила, его сексуальность огромны, но, как оказалось, тоже имеют пределы. Нет, он может заполучить любую, но вот такой рабыней — уже пробовал, некоторые имели наглость ему даже противиться. А Дина… Он бы давно выгнал ее или убил бы, но такой покорной сучки пока не попалось. Она делала всё, даже ему было слегка стыдно за то, что он заставлял ее делать. Самое отвратительное, самое развратное, самое мерзкое. Он ее только не пытал, а так девушка подверглась такому… Но самая страшная пытка была для нее, когда он трахал других. Она стояла рядом с кроватью и плакала навзрыд, дрыгала ногами, орала, но не могла помешать своему богу получать наслаждение. Понятно, секс был у него с красавицами, это разрушало психику еще больше. И он это видел. И он этим наслаждался. Под ним модель. Он долбит ее, словно дятел елку, но глядит не на идеальную грудь, губки, щечки, носик. Нет, Денис балдеет от ревущей рядом с кроватью Дины. Страдания, что он не ее, — вот это возбуждает. Именно это так заводило, иначе он давно бы уже дал ей команду сброситься с крыши. А вот Дина. Как приходилось ей…
Конечно, тут был шок. И в принципе девушка никогда не была особенно сильной, а еще угодила в такую передрягу, потом родных потеряла и попала под гипноз обольстительного полуэльфа! Дину никогда никто не любил так сильно, как, ей казалось, любил Денис. Идеальный парень! Красивый, словно бог! На самом деле бог! Больше, чем бог! Выше бога! Каждое его действие вызывало в ней отчаянное восхищение. Кстати, он и сам собой восхищался. Даже частенько напевал про самого себя:
Каждая его черточка, каждый изгиб каждого мускула, каждый волосок на теле, губы, лоб, глаза… Она таяла даже от этих частей тела, что говорить о других? Это было почти больно, не видеть его раздетым хотя бы до пояса! Возбуждало в нём всё! Любое движение, любой каприз. Всё Дина находила сексуальным, всюду искала страсть. Даже то… прости, Господи, что он делал с ней. Что засовывал в нее. Чем бил. Что заставлял есть… Она не могла найти в этом изъяна.
А он… Ему нравилось чувство превосходства, а Дину он презирал. Некрасивая, толстоватая, кривая дура. Одежду он ей запрещал носить. Вот еще, одежда — для людей. Далеко не идеальное лицо, короткая глупая прическа, два маленьких подбородка, груди рыхлые, а соски неестественно большие. Живот, будто холодец в тарелке. Мочалка волос на лобке, очень много кожи на половых губах. Ляжки тяжелые и колышутся. Икры вовсе без рельефа — все ноги, как колонны. И совсем неинтересные стопы. Недоразумение, а не женщина.