Время шло, Крис продолжала дуться, игнорируя любые его поползновения, и Клаус с каждым днем укреплялся в своих мыслях о том, что сделает ведьме предложение лишь когда сам сочтет нужным. Или и вовсе не будет женится, продолжая жить как прежде, тем более, что гибрида существующее положение вещей вполне устраивало.
Спустя еще пару дней, которые Кристина провела в соседней спальне, сославшись на то, что ее начал раздражать запах краски, Клаус проснулся в дурном расположении духа, с нехорошим предчувствием. Он посмотрел на лежащую рядом пустую подушку, и свел брови, хмурясь. Совсем не так он привык встречать утро, что прежде начиналось с нежных поцелуев, которые Крис, будучи немного сонной и совсем послушной, принимала с легкой улыбкой, выгибаясь в его руках и ластясь в ответ.
Теперь же одинокие пробуждения только ухудшали его настроение, которое и так было не важным из-за постоянно сдерживаемого возбуждения, что черноглазая ведьма вызывала просто мастерски.
Чертыхнувшись, Клаус поднялся с постели, и приняв ледяной душ, поспешил на кухню, немного взбодрится крепким кофе, но буквально замер на первых ступенях лестницы, увидев происходящее во внутреннем дворике. Интуиция явно не обманула его.
Поймавший его темнеющий от злости взгляд Элайджа, только пожал плечами, но внимание Клауса было приковано лишь к Кристине, которая по всей видимости совсем потеряла стыд. Ведьма сидела напротив Джексона, неизвестно откуда взявшегося на их семейном завтраке в платье с таким декольте, что предводитель оборотней почти полностью лицезрел ее грудь и это зрелище было ему определенно по вкусу.
Кристина же неспешно попивала кофе, расспрашивая его о делах в стае и мило улыбаясь. От ее глаз не ускользнуло появление Клауса, который сверлил ее горящим взором, но ведьма проигнорировала его приход, продолжая жеманничать с Джексоном. Гибрида это просто взбесило.
— Доброе утро, любовь моя, — вихрем оказавшись рядом с Крис, он хотел было поцеловать ее в щеку, но ведьма ловко увернулась от его губ, не позволив к себе прикоснуться, вместо нее на приветствие ответил оборотень.
— Рад видеть, Клаус, — уверенно проговорил он, на миг отрываясь от любования прелестями Кристины, — как поживаешь?
— По-разному, — процедил сквозь зубы гибрид, и его внимание вернулось к возлюбленной, которая заботливо подлила Джексону кофе, — не хочешь поговорить, Крис?
— У меня гости, — даже не глядя, отмахнулась от него ведьма.
— Дела стаи можно обсудить и позже, — рыкнул Клаус.
— У нас личный разговор, — сообщила ему Крис, с легкой улыбкой, — как раз обсуждали то, что Джексон очень любит детей. Даже чужих.
Лицо гибрида вытянулось, когда до него дошел смысл сказанных ведьмой слов, и видя это Кристина не смогла сдержать злорадной усмешки.
— И он совсем не против брака, — добавила она, строя глазки Джексону, который не мог оторвать взгляда от соблазнительного выреза ведьмы, — какой-то девушке очень с ним повезет. Может быть даже…
Закончить ей не позволил громкий кашель Элайджи, который видя состояние брата решил вмешаться, пока завтрак не закончился убийством. В это момент в гостиной как нельзя кстати появилась с Хелен с огромным блюдом свежеиспеченных булочек и внимание присутствующих переключилось на выпечку. Воспользовавшись этим, Клаус склонился к Кристине и прошептал ей на ухо:
— Что это ты вытворяешь, ведьма?!
— Изучаю рынок женихов, — повернувшись к нему ответила та, нисколько не смущаясь, и гибрид просто онемел от ее самоуверенного тона.
— Я уважаю твое желание не вступать в брак, — как ни в чем не бывало продолжила она, не забывая улыбаться Джексону, — но сама я…
Кристина красноречиво умолкла, и это стало последней каплей.
Не обращая внимания на ошарашенные лица Хелен и Джексона, Клаус схватил ее, скрутив по рукам и ногам, и на вампирской скорости устремился в темный коридор, где открыв дверь в первую попавшуюся темную комнату, толкнул туда сопротивляющуюся ведьму, плотно прикрывая за собой дверь.
— Ты ведешь себя как животное, — прошипела Кристина, бросаясь к двери.
— А ты — как шлюха! — прорычал в ответ Клаус, не позволяя ей сделать и шага, — уже опустилась до оборотней.
— Ты и сам наполовину оборотень! — напомнила ему ведьма, — и не чурался связями с себе подобными, взять хотя бы эту потаскушку Хэйли!
— До сих пор ревнуешь? — со злорадной улыбкой проговорил гибрид, замечая, как черные глаза Крис даже в темноте начинают пылать от гнева, — вот только я не лез ей под юбку, а ты чуть из платья не выпрыгнула выставляя на всеобщее обозрение свои груди!
— Я делаю что хочу! — выкрикнула в ответ Кристина, — ты мне не муж, чтобы приказывать!
— В этом все дело, — протянул Клаус, вихрем оказываясь рядом с ведьмой и буквально впечатывая ее в стену, — в том, что я не приполз к тебе на коленях с кольцом по первому щелчку пальцев?!
— А может быть в том, что ты не хочешь на мне женится, потому что не любишь?!
— Не люблю, значит?! — прорычал гибрид, — сейчас я покажу тебя как именно я «не люблю» тебя, упрямая ведьма!
И прежде чем Крис успела сказать хоть слово, Клаус впился в ее губы властным поцелуем, одновременно разрывая ее платье и обнажая пышные груди.
— Это — мое? Слышишь меня, ведьма? — хрипло проговорил он, сжимая налитые окружности, — только мое!
— Отпус…
Гибрид не позволил ей закончить, заглушая голос Крис еще более жарким поцелуем, а его ладонь тем временем оказалась между бедер, которые ведьма отчаянно пыталась свести вместе. Но даже ее возросшая с беременностью сила и рядом не стояла с мощью Первородного, который, сорвав тонкие трусики, грубо прошелся по пылающей промежности девушки, что уже истекала любовными соками.
— Мокрая, — выдохнул он, на миг прерывая поцелуй, — как всегда… И не смей врать, что не хочешь, чтобы я тебя трахнул!
Двумя пальцами Клаус наполнил тесное лоно, и с силой двигая ими, укусил Крис за успевший затвердеть сосок, отчего та вскрикнула, но ее руки больше не отталкивали гибрида, а бедра разошлись шире, позволяя возлюбленному свободной рукой смелее ласкать набухшие от желания складки плоти, дразня клитор.
— Вот как я люблю тебя, Крис, — жарко прошептал Клаус, ускоряя движения ладонью, отчего ведьма невольно выгнула спину, — я — не Элайджа, которого Хелен кормит с ладони, не Кол, которым Тори вертит как хочет. Я — Клаус Майклсон, первородный гибрид. И я умею любить только так. Но тебе ведь это и нужно? Тебе это нравится! Нравится, когда я трахаю тебя. Нравится раздвигать передо мной ноги. Нравится, когда я имею тебя, так как хочу. Ну же, Крис, признай это!
Ладонь Клауса замерла, прекратив откровенные ласки, и ведьма недовольно захныкала, требовательно вскидывая бедра.
— Я ведь не твой муж, Крис, — дразнящим тоном проговорил гибрид, проходясь языком по торчащему соску, — разве ты, свято поверившая в священность брачных уз, можешь позволять подобное тому, кто не хочет женится?
— Клаус, пожалуйста…
— Что такое, ведьма?
— Прошу тебя…
— Может быть позвать Джексона?
— Нет, я… — в голосе ведьмы слышалась мольба.
— Ты, Крис, — не выдержал гибрид, — ты. И ты — моя. Всегда и навечно. Вот что я могу тебе предложить. Ты согласна?
Последние слова Клауса прозвучали совсем тихо, но еще тише был стон Кристины, в котором гибрид едва смог различить «да». Она сдалась. Сдалась на милость победителя, и Майклсон, зная, каких усилий это стоило его строптивой гордой ведьме, притянул ее к себе, сминая в поцелуе припухшие губки.
— Я люблю тебя, — шептал он, касаясь губами щек, подбородка, нежной шеи, — люблю тебя, моя ведьма…
— Так докажи уже это, — выдохнула в ответ Кристина, и повернувшись в мужских руках, повернулась лицом к стене, призывно выгибая спинку.
— С удовольствием, — хрипло отозвался Клаус, и в следующий миг наполнил ведьму сильным толчком, сжимая ее дрожащие бедра.
Они двигались в унисон, задыхаясь от страсти, купаясь в почти животном желании, и очень скоро по телу ведьмы прошла волна крупной дрожи, и ее лоно жарко стиснуло член Клауса, отчего тот, миг спустя последовал за любимой, изливаясь в бурном оргазме.