— Спектакль?! — Малфой невесело хохотнул и рваными, судорожными движениями принялся сдирать с себя рубашку.
Поттер вытаращил на него глаза, прикидывая, в какой именно момент тот успел свихнуться. Потому что Малфой и впрямь выглядел пугающе безумно: с растрепанными светлыми волосами, красными пятнами гнева на щеках и шее, со своими лишенными привычной изящности движениями…
— Вот! — прорычал Малфой, распахивая полы белой, местами испачканной в грязи рубашки. На груди болтался слабо мерцающий рубиновым светом амулет в виде символично исполненного солнца. Остроугольные края выпирающих кончиков лучей упирались в болезненно покрасневшую кожу на груди.
Поттер сглотнул, тупо пялясь на голую безволосую грудь Малфоя и качающийся на черном шнурке амулет-солнце. Быть не может, это, что ли… Гарри помотал головой.
— Что это? И почему я его не видел раньше? — залепетал он под зло-насмешливым взглядом серых глаз. И моментально исправился, уточняя: — Ну, когда мы одежду сушили?
— Поттер, не будь таким уж непроходимым идиотом. Я его тогда просто снял.
Поттер мотнул головой. Ну, логично, в какой-то степени.
— Так что это? — вернулся он к главному вопросу.
Малфой явственно поморщился, но ответил:
— Это оберег. Защищает от… опасности.
— Тебе не кажется, что он не работает? — нервно хохотнул Поттер, словив очередной упреждающий взгляд.
— Неудивительно, Поттер, в твоем присутствии еще и не такой силы артефакты будет глючить.
На пару секунд Гарри даже расслабился, но общая ситуация к этому не сильно располагала. Поэтому он с подозрением уточнил:
— А откуда он у тебя?
— Лучше сразу признайся мне, Поттер, в каком очередном преступлении против всего человечества ты меня подозреваешь на этот раз? — горечь в голосе Малфоя показалась Гарри искренней, но осторожность была превыше всего.
— Сначала ответь на мой вопрос.
— Это просто реликвия нашей семьи. Немногое то, что удалось сохранить, — устало ответил Малфой и поднял на Поттера глаза, усмехнувшись. — Ты мне не веришь. Как типично и предсказуемо.
Гарри поежился от язвительного, какого-то обреченного осуждения в его голосе. Пусть так. Но… он просто не в том положении, когда можно просто повестись на эмоции, которые кажутся такими искренними.
— Что ж, пойдем. Посмотрим, — вдруг сказал Малфой, направляясь в сторону прохода.
Гарри, не особенно соображая, что ему хотели показать, опасливо поковылял следом. Углубляясь в тоннель, Малфой резко обернулся к Поттеру и зашагал вперед спиной, удерживая цепким взглядом расширившиеся глаза Гарри.
— Посмотри, — почти любезно предложил ему Малфой задыхающимся голосом, и Гарри опустил взгляд на ярче засветившийся амулет, который раскаленными лучами обжигал всё более краснеющую кожу, в любой момент грозящуюся покрыться волдырями от ожога. Малфой поморщился, сбившись с шага, надсадно и с трудом втягивал воздух.
— Ладно, ладно! — Гарри не выдержал и, приблизившись к Малфою, схватил его за плечи, касаясь ладонями оголившейся холодной кожи. — Пойдем отсюда!
— Знаешь, что это значит? — меж тем шептал Малфой, позволяя утягивать себя назад, в безопасность. — Раз артефакт так бесится, то, скорее всего, там что-то… что захочет нас прикончить, — он слабо кивнул вглубь черноты коридора.
— Ладно, Малфой, прости. Но почему ты сразу не сказал?..
— Ты бы мне поверил, — фыркнул тот.
Гарри неопределенно мотнул головой. Ну да, не поверил бы.
— Придурок.
Гарри даже огрызаться не стал, чувствуя себя помимо воли провинившимся школьником.
Они вернулись к развилке, и Малфой, с раздражением вырвавшись, молча ушел к своему излюбленному камню, на котором и расположился, отвернувшись от Поттера.
Гарри вздохнул. Да, он просчитался, но… он старался быть осторожным, и вот — результат его попытки стать осмотрительным обиженно восседал на камне, всеми силами притворяясь, что застрял в этих чертовых пещерах в одиночестве.
Кажется, настало время пересмотреть некоторые пункты собственного плана. Гарри изо всех сил старался убедить себя, что у него нет никаких основательных причин, чтобы чувствовать себя виноватым. Он был просто осторожен — возможно, впервые в жизни, и как это не парадоксально, из этого не вышло ничего хорошего. Несколько минут медитации и прокрученных в голове слов примирения спустя Гарри сделал решительный шаг к Малфою с четким ощущением, что ныряет с головой в ледяное озеро, и тронул вздрогнувшего от прикосновения парня за плечо.
— Драко… — Малфой резко вскинул на него пронзительные и прищуренные глаза, заставившие Гарри поперхнуться произнесенным именем, но он, прикусив губу, мужественно решил продолжить. — Извини, что обвинил тебя непонятно в чем, не удосужившись даже с тобой поговорить.
Малфой открыл было рот, но, передумав, лишь сжал губы в тонкую полоску и отрывисто кивнул.
— Ладно. Извинения приняты.
Гарри не сдержал облегченный вздох и убрал руку с плеча Малфоя, который тут же повернулся к нему всем корпусом, слегка вздергивая брови.
— Не считаешь, что нам проще и безопаснее разобраться со всеми недомолвками «на берегу»?
Пожалуй, это тот самый момент, когда Гарри был всецело согласен с предложением Малфоя, и это… обнадеживало на успех. Было что-то рискованное в том, чтобы довериться Малфою, но… этот азарт и адреналин, почти как в далеком и, казалось, забытом квиддиче — только победа или поражение, остальное ложилось на волю случая, если противники были равны по силе. И разве риск — не благородное дело, если что-то действительно может получиться?
— Да, думаю, ты прав, — Гарри слегка улыбнулся на откровенно скептически-насмешливый взгляд и развил свою мысль. — У меня есть к тебе парочка вопросов и… то, что тебе тоже стоит узнать… — Поттер судорожно проглотил неуместное моменту «наверное», чтобы не разрушить то хрупкое взаимопонимание, что у них начало образовываться — и неожиданно почувствовал в себе зачатки дипломата, усмехнувшись этой мысли.
— И что же ты хочешь узнать? — не без интереса спросил Малфой, блуждая задумчивым взглядом по всей фигуре Поттера.
— Для начала, что ты тут делаешь и почему ты запретил мне… что-либо трогать на экскурсии?
— Два вопроса в одном? Поттер, а тебя многие недооценивали, — хохотнул Малфой и поднялся на ноги, прохаживаясь взад и вперед. — Что ж, раз мы договорились… — протянул он и резко остановился лицом к лицу. — Итак, первое… что я тут делаю? Так вот, Поттер. Возможно, мой ответ тебя разочарует, но я здесь просто работаю. Не знаю, дошли ли до тебя слухи, но нашу семью депортировали из Англии. Полный запрет на въезд и прочие бонусы в виде нежелания других стран принимать беглецов-Пожирателей, по крайней мере, в магических пределах территории, — голос Малфоя был отрывист и небрежен, а Гарри снова чувствовал себя последним придурком, потому что не удосужился даже таким элементарным — как, например, приобретением газеты.
— Мне жаль…
— Избавь меня от своей жалости, Поттер, — обрубил на корню его излияния Малфой, взмахнув рукой так, будто отмахивался от неприятно жужжащей под ухом мухи. — Второе, — он снова пришел в движение, заложив ладони за спину и сцепляя пальцы в замок, и продолжил менторским тоном. — Тебе, вероятно, стоило получше разузнать про аномальные зоны, и тогда ты сам поостерегся бы что-то лапать.
— А что с ними не так? — застонал Поттер. Очередной позор — только уже перед Малфоем, что, конечно, более привычно, чем перед Роном, и приятных ощущений всё равно не доставляло. Но тогда у них с другом стояли другие первоочередные проблемы, и лекции в духе Гермионы просто не вписывались во временные рамки.
Очнулся от своих размышлений Гарри по хлопку — это Малфой ударил себе ладонью по лбу, медленно ее опуская, и неверяще уточнил с робким отголоском надежды в голосе:
— Ты действительно не притворяешься?
— А смысл мне притворяться? — пожал плечами Гарри, заглядывая Малфою в лицо честными глазами.