Кью шлепнул меня вновь, опуская свою большую ладонь на мою задницу. Прежние отметины от ремня снова вспыхнули болью, покалывая, пребывая в поиске освобождения. Затем он ласково погладил кожу, убирая пылающий жар.
Он повторил все снова. Шлепок. Ласковое поглаживание. Пока моя голова не поплыла, и моя киска не сжалась вокруг небольшой части его члена, которой он позволил мне наслаждаться.
— Кью! — я застонала. — Пожалуйста. Больше не нужно. Я так нуждаюсь в тебе.
Его пальцы скользнули между моих ног. Я захныкала, когда он размазал влажность вокруг моего клитора.
— Черт, — приглушенно выругался Кью, что заставило искры и фейерверки разгореться в моей крови.
Я толкнулась назад, выгибая спину, мои губы приоткрылись. Я не узнавала девушку, которая так тяжело дышала, словно пробежала марафон. Все, о чем я волновалась, это о том, когда кончу.
— Merde, эсклава, прекрати! Ради всего святого, ты меня разрушаешь. — Даже когда Кью пребывал в состояние гнева, я испытывала трепет от осознания, что я одержала небольшую победу — бывшая рабыня обучала терпению своего господина. Если бы я была поэтом, я бы обязательно написала, насколько это все приятно ощущалось. Как судьба соединила и прокляла нас обоих.
Кью схватил меня за бедра, приподнимая выше. Выскальзывая из меня, его жаркая эрекция коснулась моей задницы, и я дернулась от крайней необходимости.
Присаживаясь чуть выше на свои колени, Кью побормотал:
— Это будет быстро и жестко, и я не желаю слышать ни слова, ты поняла меня?
Я кивнула, затаив дыхание.
— Я сделаю все, что ты захочешь, лишь бы ты позволил мне кончить.
— Ты можешь кончить, но только когда я дам тебе на это разрешение. — Его ногти оставили отпечатки полумесяцев на моей коже, впиваясь глубоко. — Но если ты кончишь до того, как я позволю, мое наказание будет намного хуже. Я найду способ наказать тебя таким образом, чтобы я не испытывал страданий.
Он подался вперед, и его член скользнул по моей заднице, опускаясь ниже, проталкиваясь в лоно.
У меня не было слов. Я резко кивнула, проводя ногтями по ковру. Мои пальцы погрузились в густой ворс, и я схватилась за него, будто от него зависела моя жизнь.
Резким движением рук, Кью обернул мой хвостик вокруг своей ладони и сжал крепко пряди.
Дергая за него, он принудил мою голову отклониться назад. Моя спина выгнулась, когда он толкнулся в мою киску.
Глубоко.
Жестко.
Мучительно заполняя меня.
Я открыла рот, чтобы издать крик, но он зажал мне рот рукой, трахая меня, подавляя крики.
— Шшш, эсклава. Помнишь, что я тебе сказал, — ни звука.
Вторжение олицетворяло боль, а его движения бедрами бесконечное удовольствие.
То, как он брал меня, не оставляло никаких сомнений, что под темным образом не было места милому и ласковому человеку. Это было жестко и порочно и чувственно.
Мне нравилось это.
С его членом, который находился глубоко во мне, с хвостикам, что был обернут вокруг его кулака, и его другой рукой, что закрывала мне рот, он жестко трахал меня. Врезаясь так яростно, что трения о ворс ковра стерли мои чулки за считанные секунды.
Но каждый раз, когда он толкался в меня, я подавалась ему навстречу, приветствуя его. Я склонилась еще сильнее к ковру, чем до этого, получая удовольствие от опаляющей боли, когда он тянул мои волосы. Мои легкие были напряжены, когда Кью рычал и глубоко толкался в меня, доказывая свои слова на деле.
Крохотные хныкающие звуки раздавались из моего горла, но Кью сдерживал каждый звук.
Мои ногти болели от того, настолько сильно я впилась ими в ворс ковра, и я вздрогнула, когда Кью отпустил мои волосы и вонзил глубоко свои ногти в кожу на бедре. Дергая меня навстречу к себе, таким образом, что его тазовые кости столкнулись с моей задницей.
Я издала стон, потому что внезапно его ногти вонзились в мою кожу, оставляя когтистые метки. Еще один автограф, еще одна метка, которая подтверждала его собственность.
Это разрушило меня.
Моя киска увлажнилась и приветственно сжалась, внутри она была пламенной, горячей и готовой. Оргазм начал зарождаться в моем сердце, затем словно мягкая волна переместился на мою челюсть, голову и спину. Каждый обжигающий след, который он оставлял за собой, заставлял меня содрогаться.
Не кончай. Не кончай.
Но эта мантра была бесполезной, потому что каждый следующий толчок члена Кью заглушай мои команды. Он обладал мной — это была бы только его вина, если бы я кончила.
— Прими свое наказание, Тесс. Бл*дь, прими меня полностью. — Мой разум закричал, от осознания, что я приняла его всецело. Его тьму, его самую худшую сторону, но он не имел в виду духовно. Он имел в виду чисто физическое принятие.
Он потянул мои волосы вновь, поднимая меня на колени. Когда я поднялась, его рука обхватила грудь, пока пальцы покручивали сосок сквозь кружево бюстгальтера.
Я потянулась рукой назад, чтобы проскользнуть моими пальцами в его волосы, обожая их шелковистость, густоту, то, какими они были короткими, и как на ощупь мужественно ощущалась его кожа головы.
Когда он ущипнул меня за сосок, первая волна долгожданного оргазма стала зарождаться глубоко и мощно в моем животе.
— О, боже.
Кью замер.
Его член дернулся внутри, пульсируя от притока крови и не пролитого освобождения, но он вел себя совершенно спокойно, поэтому так же быстро как мой оргазм вспыхнул, так он и утих.
Я обратила на себя его внимание, желая повернуться и закричать на него, чтобы он закончил то, что начал ранее, но я не посмела сделать этого.
— Ты кончила, эсклава? — он проговорил с придыхание, обдавая греховно горячим дыханием мой затылок.
Я покачала головой.
— Нет, но, пожалуйста. Позволь мне, Кью.
— Ты говорила те же слова, когда была подвешена на цепи и исхлестана в моей спальне. Помнишь, как я трахнул тебя своим языком? Как ты наслаждалась моим ртом, когда твои ноги были на моих плечах?
Его голос рисовал слишком яркие картинки в моей голове. Я подалась назад, жестко насаженная на его член, отчего его длина врезалась в верхнюю часть матки.
Он ошеломленно бросил в мою сторону ругательство, перед тем как его руки крепко сомкнулись вокруг моей талии, заставляя меня оставаться на месте.
— Помнишь?
— Я помню. Я хочу этого снова. Хочу твой рот на мне.
— Ты должна это заслужить, — прошептал он, прикусывая мочку уха, заставляя меня дернуться в его объятиях.
Кью отпустил меня одной рукой, и я попыталась неуклюже нащупать его тело за моей спиной. Мгновение спустя вспышка зеленого цвета достигла моего взгляда, когда он схватил меня за запястья, удерживая их за моей спиной.
Мой центр тяжести переместился, когда Кью связал мои запястья своим галстуком. С его членом, что находился глубоко во мне и моими руками, связанными за спиной, я подалась вперед, неуклюже заваливаясь. Но Кью подхватил меня, помогая восстановить равновесие, в то время как опускал меня на пол.
— Прижми щеку к ковру.
Позволяя мне повернуть голову, Кью ожидал, пока я сделаю это, прежде чем отпустить мои связанные запястья.
Мое сердце забилось быстрее, когда вертолет качнулся вправо. Насколько мы были близки к Парижу?
— Черт, ты выглядишь просто восхитительно так. Связанная, насаженная на мой член, полностью в моей власти.
Он провел подушечкой пальца между моих ягодиц, опускаясь ниже, пока не достиг того места, где мы соединялись, и теплая влага окутывала нас двоих. Он захватил немного влажного желания на палец для того, чтобы покружить этим пальцем вокруг моего изнывающего клитора.
Мои ноги задрожали, пытаясь сжаться от внезапной силы натиска.
— Кью!
— Я собираюсь трахнуть тебя, Тесс. Не кончай, пока я не скажу тебе.
Настоящий страх разлился по моему телу. Я не контролировала свое тело, чтобы обещать такое. Я могла кончить только от первого толчка. Я прикусила губу, подготавливая себя к жесткому контролю и покорности.