— Нет, он точно говорил с ней на змеином языке, — уверенным тоном заявил мальчик. — Она его слушалась, это все видели!
— Ты в курсе, что змеи глухие? Они воспринимают вибрации, нюхают раздвоенным языком и у них тепловое зрение, а слуха у змей точно нет — это учёные доказали, а они вскрыли немало этих гадов.
— Не знаю как, но змея точно слышала Поттера и слушалась его, — продолжил настаивать Джастин. — Наверное, это какая-то тёмная магия. Как теперь быть? Поттер, раз начал, то теперь точно меня проклянёт…
— Серо-буро-козявчатая магия, — насмешливым тоном отвечаю соседу. — Не бойся, просто ходи со мной, я тебя никаким тёмным магам в обиду не дам.
— Я от тебя ни на шаг не отойду! — клятвенно заверил Джастин.
— Хотел бы сказать, что счастлив подобной перспективе, но давай хотя бы в туалет я сам буду ходить!
— Я не это имел в виду, — смущённо произнёс Финч-Флетчли.
— Погоди!
В голове закрутились мысли про змеиный яд и если бы в жизни было всё как в мультиках, то в моих глазах сейчас бы появились знаки долларов.
— Поттер при помощи магии умеет приказывать змеям? А этому можно научиться?
— Не знаю, — ответил Джастин. — Зачем тебе? Это же тёмная магия!
— Да хоть цвета «мокрый асфальт»! Ты хоть понимаешь, какие это открывает перспективы? В лесу этих змей полно, а их яд стоит бешеных денег! Ты в аптеке Косого переулка кроме стандартных ингредиентов хоть на что-нибудь иное смотрел?
— Нет. — Джастин отрицательно покачал головой. — Что, неужели так дорого?
— Яд гадюки, которых дофига и больше, стоит 50 галеонов за грамм, то есть в скупке это примерно 45 галеонов. Яд гюрзы стоит 80 галеонов за грамм, а яд бумсланга и вовсе стоит 300 галеонов! Ты хоть понимаешь, что умение приказывать змеям — это золотое дно?! Конечно, для получения одного грамма надо надоить сотню гадюк, но с таким умением — это один поход в лес. Прикинь — сходил в лес, набрал яда с обычных гадюк и получил за это больше двухсот фунтов! Вот же Поттеру фортануло…
— Ты что, ему завидуешь? — Джастин был шокирован. — Я думал, мы друзья!
— Друзья, но разве это мешает мне мечтать о богатстве и крутой суперспособности? Джастин, ты неправильно расставляешь приоритеты. Не надо думать, что способность говорить со змеями — это тёмная магия, думай, что это суперспособность, вроде как у супергероев из комиксов, например, как мутация Росомахи или как способность Человека-паука. А Поттера можешь не опасаться, я с ним знаком ещё с первой поездки в Хогвартс-экспрессе, мы вместе в одном купе добирались, так что поговорю с ним, чтобы к тебе не лез, в крайнем случае, дам в лоб так, что у него очки на задницу съедут!
— Думаешь, что это вроде способности супергероев? — протянул Джастин. — То есть можно распорядиться для спасения людей, а можно стать суперзлодеем, как Доктор Зло?
— Ага, именно так.
— Ты же поговоришь с Поттером? — спросил сосед.
— Поговорю, не парься.
На следующий день я выловил Поттера после обеда в Большом зале, он очень удачно оказался без хвостика в виде рыжего пацана и лохматой девицы, а народ «героя» стал сторониться после вчерашнего, так что мы оказались вдвоём в пустом коридоре.
— Поттер, можно тебя на пару слов?
— Гарри? — удивлённо спросил Поттер. — Привет, ты что-то хотел?
— Да. Говорят, ты умеешь змеям приказывать. Поделись секретом, где и как этому можно научиться?
— Я не учился, — смущенно с долей возмущения ответил малец. — Я говорил со змеями всего два раза. Как-то в зоопарке поговорил с питоном, а в следующий раз только вчера. Я и не знал, что владею Парселтангом. А ты что, хочешь уметь говорить со змеями? Все говорят, что это тёмный дар и стали меня бояться.
— Глупцы, это же классная способность! Значит, ты не знаешь, как этому научиться?
— Нет, — ответил Поттер.
— Кстати, ты зачем на моего друга Джастина вчера натравил змеюку?
— Я не делал этого! — возмущённо воскликнул Поттер. — Я приказал змее замереть, а все подумали, что науськиваю!
— А, ну раз так, то другое дело. Ты молодец, парень!
— Ты, правда, так думаешь? — доверчиво спросил мальчик. — То есть… Ну ты понимаешь, все меня опасаются, считают тёмным волшебником и наследником Слизерина.
— Ерунда. Умение приказывать змеям — это круто. Только прошу тебя, не пугай больше Джастина, лучше даже не приближайся к нему. Он парень нервный, слухам верит, к тому же змеи испугался до ужаса, так что можешь считать, что ты стал у Финч-Флетчли персональным страхом, что-то вроде боязни высоты. Ярко выраженная Поттерофобия на лицо!
— Хорошо, постараюсь, — ответил Поттер, — но я лишь хотел его спасти. Если бы я не закричал на змею, она бы проглотила этого несчастного Финча.
— Благими намерениями выложена дорога в ад. И вообще, поверь умному человеку, люди очень неблагодарные существа, делая им добро, не стоит ожидать, что тебе за это будут благодарны, скорее выйдет наоборот, тебя посчитают виновником всех бед и обвинят незнамо в чём. Поэтому самое лучшее — это товарно денежные отношения, где всё честно. Люди платят деньги и получают услугу. В следующий раз, когда тебя попросят отразить лбом смертельное заклинание, сразу называй цену в твёрдой золотой валюте, галеонах, причём как минимум с шестью нулями!
— Не думаю, что захочу повторить подобное, — Поттер криво усмехнулся и потёр зигзагообразный шрам на лбу. — А вообще, я бы хотел объяснить Джастину, что случилось на самом деле. Ты можешь сказать, где он?
— Гарри, не стоит. Парень напуган и его никак не разубедить, ты его только ещё больше напугаешь. Я ему сам всё скажу.
Значит, всё не так просто, как хотелось. Придётся навестить библиотеку.
После обеда у нас из-за снегопада отменили урок Гербологии, поскольку наш декан решила сама укутать мандрагоры, не доверив это ответственное дело ученикам. Поэтому я направил стопы в библиотеку.
В библиотеке сидели парни-однокурсники с моего факультета: Эрни Макмиллан и Уэйн Хопкинс. Они бурно, но тихо обсуждали вчерашнее нападение и роль в этом Гарри Поттера, после чего сошлись во мнении, что Поттер наследник Слизерина в чёрт знает каком колене и убивает всех, кто ему не нравится. Кошку Филча за то, что завхоз на героя ругался, Колина Криви за то, что тот его преследовал, а Джастина Поттер попытался убить потому что выяснил, что тот маглорожденный.
В принципе выводы были бы правильные, если не знать, что всё дело рук Джинни Уизли.
Я взял из Запретной секции книгу под названием «Волшебные дары» и постарался выяснить о Парселтанге. Книга была ветхой и написанной архаичным языком, а полезной информации оказалось очень мало. Удалось выяснить лишь то, что у потомственных волшебников, если они были ярко выраженными специалистами своего дела или проводили на себе особые ритуалы, дети могут наследовать некие «родовые дары». Как понял — это некая склонность к определённому магическому ремеслу, например, потомку зельеваров во многих поколениях будет проще даваться варка зелий, потомку артефакторов проще даются зачарования и тому подобное. Про Парселтанг говорилось, что его, скорее всего, можно приобрести при помощи неизвестного ритуала.
Не успел дочитать книгу до конца, как подошло время приёма пищи.
— Гарри, — окликнул меня Эрни Макмиллан. — Скоро ужин, мы идём в Большой зал. Ты с нами?
— А что, есть другие варианты? Конечно с вами, только книгу сдам.
Сдав книгу Пинс, мы пошли в Большой зал. По пути наткнулись на гомонящую толпу, состоящую из трёх преподавателей: Филиуса Флитвика, Минервы Макгонагалл и Авроры Синистры, а также одного полтергейста и одного ученика, с которым я расстался после обеда. Ещё было видно, что на полу лежит без движения Джастин Финч-Флетчли, устремив в потолок остекленевшие от ужаса глаза. Рядом с ним лежит привидение Почти Безголовый Ник, но не туманно-прозрачный, как все духи, а словно измазанный сажей. Возле тел стоит ошарашенный Гарри Поттер.
— Попался! — ликующе воскликнул Эрни, тыча в Поттера пальцем.