— Я согласна, — сказала Джинни.
— Я тоже согласен, — радостно произнёс Колин. — Это же… — Он задумался, видимо подсчитывая выручку. — Ого! Это же целых полторы тысячи фунтов.
— Минимум! Колин, при идеальных условиях ты сможешь заработать около трёх с половиной тысяч фунтов чистой прибыли, если не больше.
— Ого! — восхищённо воскликнул фотограф. — А зачем нам магический контракт?
— Потому что все серьёзные волшебники работают именно так, чтобы быть уверенными, что участники сделки не кинут друг друга на деньги. А то кто-нибудь украдёт нашу идею и решит, что ему не надо платить чемпионам за работу, предложит тебе два сикля за фотографию и будет вместо галеона продавать оную за три-четыре сикля. Он останется в наваре, ты получишь немного больше прибыли, но я, чемпионы и Джинни останемся без денег.
— Да ты что! — возмутился Колин. — Я бы никого не стал обманывать.
— Это ты сейчас так говоришь, а вот когда подпишешь контракт, то мы все будем уверены в прибыльности предприятия, ведь ты единственный фотограф в школе, который занимается делом с энтузиазмом.
Набросав в договор нужные пункты, я внёс дополнительные условия о роли и стоимости оплаты услуг Джинни, после чего каждый расписался в документе.
— Отлично! Колин, за мной.
Мы пошли в сторону общежития Пуффендуя и довольно быстро оказались в гостиной. Там нас с нетерпением ожидал Седрик, который переоделся в парадную мантию. В гостиной собралась толпа Пуффендуйцев, среди которых преобладали девушки. Они с интересом следили за происходящим.
— Отлично. Это наш фотограф, Колин Криви, — представил я Гриффиндорца. — Это наш чемпион, Седрик Диггори. Ребята, я на вас полагаюсь, сделайте всё красиво.
Повернувшись к нахлынувшей толпе девушек, я уставился на всех суровых взглядом.
— Граждане фанатки, попрошу освободить пространство для фотосессии. Отходим, не мешаем чемпиону и фотографу работать. Через несколько дней сможете у меня приобрести готовые колдографии.
Толпа отхлынула и начался творческий процесс. Колин стал фотографировать Седрика, потратив на это плёнку. Затем Криви зарядил новую плёнку.
— Седрик, раздевайся.
Девушки радостно завизжали, а парни в толпе засмеялись.
— Я не буду! — возмущённо заявил Диггори.
Я повернулся к фанатками и с осуждением на них посмотрел.
— Дамы, закройте глаза или сделайте вид, что не смотрите, чтобы не смущать звезду.
Я показал, как надо закрыть глаза, приложив ладонь с растопыренными пальцами к лицу, что вызвало массу смешков.
— Не смущайте Чемпиона, иначе не будет интимных фотографий! Итак, все дружно задержали дыхание и сделали вид, словно в зале никого нет, а кто умеет, становитесь невидимыми.
— Всё равно не буду раздеваться! — вновь возмутился Диггори. — Это неприлично.
— Хотя бы рубашку расстегни. Это вполне прилично.
Я повернулся, выискивая глазами помощника. Обнаружил молчаливо стоящую Джинни Уизли, которая проскользнула в общежитие вместе с нами. Она с восхищением смотрела на Седрика, чуть ли не пуская слюни.
— Так, помощница! — Я тыкнул указательным пальцем в Уизли. — Достаёшь волшебную палочку и при помощи чар изображаешь ветер. Видела как колышется мантия Снейпа?
Джинни кивнула головой.
— Делаешь лучше, чтобы казалась, будто рубашка и мантия Седрика развевается на ветру.
Посмотрев на Диггори, который нерешительно мялся на месте, я сделал суровый вид.
— Седрик! Что за детский сад, штаны на лямках? Ты мужик или где?! А ну быстро расстегнул мантию и рубашку!
Диггори опешил и счёл за лучшее подчиниться приказу. Когда он расстёгивал рубашку, все девушки в зале невольно задержали дыхание и смотрели на чемпиона с таким пристальным вниманием, что казалось, будто они его сейчас все вместе изнасилуют, а одежду разорвут на сувениры. Когда была расстёгнута крайняя пуговица, девочки счастливо завизжали.
— А ну цыц! Вы что мне тут, хотите застеснять чемпиона, чтобы он покраснел и сбежал просить политического убежища у декана Слизерина? Стоим молча и не отсвечиваем!
Девушки прониклись угрозой и замолчали.
Начался второй этап фотосессии. Диггори стоял, словно паралитик.
— Седрик, так не пойдёт. Сейчас же нацепил на лицо улыбку, как у Локхарта! Правую ногу немного выдвинуть вперёд, в правую руку возьми волшебную палочку, становишься слегка боком к публике, затем медленно поворачиваешься верхней частью туловища к фотографу и картинно подмигиваешь. Джинни, не филонить! Где ветер, колышущий мантию? Ты как экзамен по чарам умудрилась сдать?
Так развлекая публику, мы умудрились наделать фотографий. Когда наша троица покидала гостиную Пуффендуя, Седрик с облегчением вздохнул и мигом сбежал в сторону спален старшекурсников.
— Куда идём? — спросил Колин.
— К Хагриду.
— К Хагриду? — удивлённо спросила Джинни. — Зачем?
— Узнаете.
Я резко остановился.
— Тимми!
Тут же с хлопком появился мой домовой эльф.
— Хозяин Адамс звал Тимми? Чем Тимми может быть полезен?
— Метнись, купи шикарный букет цветов и пять… Нет, десять бутылок хорошего вина, но не дороже пяти галеонов за флакон. Принесёшь мне к хижине Хагрида.
— Тимми всё сделает, хозяин, — радостно произнёс домовик, после чего с хлопком трансгрессировал.
— Ничего не понимаю, — сказала Джинни. — У тебя есть свой домовик. Откуда?
— В Хогвартсе выкупил.
— И сколько стоит такое удовольствие? — с интересом спросила Уизли.
— Тысяча.
— Ого! — Уизли совсем не по-девчоночьи присвистнула.
Когда мы дошли до хижины лесника, то Тимми уже ожидал нас на месте, он держал в руках огромный букет красных роз, из-за которого были видны лишь ноги эльфа, а в воздухе левитировал десять бутылок вина.
— Молодец, Тимми. Подожди немного.
Я заколотил ногой в дверь хижины, которая почти сразу отворилась. На нашу компанию с удивлением взирал лесник, который выглядел непривычно чистым и свежим, но что самое удивительно, отсутствовал запах перегара.
— Гарри? — удивлённо произнёс Хагрид. — Вы что тут делаете?
— Нет времени объяснять, решается судьба мира. Хагрид, иди и пригласи на свидание мадам Максим. Тимми, отдай Хагриду вино и цветы.
Домовик отлеветировал вино с цветами леснику, который с удивлением сноровисто выхватил из воздуха бутылки и сложил их в карман.
— Это… — смущённо протянул Хагрид. — Я же… Как же к ней-то?
— Она тебе не нравится?
— Нет, — ответил Хагрид. — Да… В смысле… Мадам Максим хорошая женщина, но я не знаю…
— Так, не мямли! Ты мужик или тряпка? А ну взял цветы, вино, причесался и бегом марш на свидание! Француженки любят вино и внимание мужчин, и не пригласив даму на прогулку, ты оскорбишь её.
— Ну, ежели ты так говоришь, — произнёс Хагрид.
Смущающийся здоровенный мужик, шаркающий ножкой, это не то зрелище, которое я ожидал увидеть на ночь глядя, но на что только не пойдёшь ради денег. Некоторым даже приходится совершать совсем ужасные поступки, например, работать!
Спровадив Хагрида, мы наблюдали за тем, как он направился к карете Шармбатона и косноязычно пытается пригласить директора Максим на свидание. Дама, под стать размерам Хагрида, приняла цветы и согласилась на прогулку.
— Зачем тебе это? — непонимающе спросила Джинни.
— Это всё части коварного плана. Так, двинули!
Наша троица решительным шагом приблизилась к французской карете. Поскольку я в своём теле не доставал до ручки руками, то решено было воспользоваться заклинанием.
— Леви, — говорю, направив руку на дверь, которая тут же распахнулась. — Леви, — вторым заклинанием поднял себя, чтобы никого не просить подтолкнуть, ведь карета была на уровне моей груди, а ступенька на уровне живота.
Обернувшись, заметил, что Джинни с Колином нерешительно мнутся внизу.
— Что встали? Поднимайтесь.
— Но это же карета Шармбатона, — возразил Колин.
— И что? Сделали морды кирпичом, и следуем за мной.