– Как долго это продолжается?
– Он увеличил количество часов спустя три недели после того, как мы узнали, что я беременна. Может, я брежу? Может, он просто откладывает деньги на отдельный счет, может духи принадлежат женщине с работы, которая тоже торчит там допоздна? Не знаю. Все эти гормоны и неуверенность... полное дерьмо, – она встает, проводя руками по своей пижаме, приглаживая штаны. – Ты сможешь отвезти меня в аэропорт в пять тридцать?
– Эм, остынь на секунду. Не оставайся с ним только из-за беременности. Поговори с ним, постарайся все выяснить, если хочешь, но если нет – у меня есть свободная комната для тебя. Не закрывайся от меня, не делай вид, будто ничего не происходит. Поговори с ним, поговори со мной, и все будет хорошо. Я обещаю. Я позабочусь об этом.
– Говорит единственный родственник, который у меня остался. Тот же родственник, который свалил из нашего штата, когда я нуждалась в нем больше всего.
Слова вырываются из ее рта и буквально бьют меня по голове. Давно я не чувствовал такой боли. С тех пор как мы потеряли родителей.
Я и не подозревал, как она себя чувствует. С моей стороны было эгоистично просто взять и уехать. Но это было моей работой. Мне пришлось сделать выбор и довольно быстро. Я думал, что с Эмили остаются Себастьян и его семья, и ее лучшая подруга Карли с другими друзьями – Винни и Тейлором. В конце концов, у нее есть работа, и скоро будет сын. Думал, что она спокойно воспримет мой отъезд. Может, мне стоит вернуться?
Душ никак не помог справиться с моим отчаяньем. Лежа на кровати головой вниз, я беру телефон, подключенный к зарядке, и ставлю будильник на пять утра, чтобы отвезти Эмили в аэропорт прежде, чем встанет солнце. Когда кладу его обратно, то думаю... и зацикливаюсь на своих мыслях. А затем злюсь и не могу заснуть. Затем снова беру телефон и нажимаю на сообщения. Послание Бренны все еще здесь. «Спасибо за вечер». Я так и не ответил. Ждал даты для свидания. Моей сестре ничего не стоит подняться и поужинать с ней, а мне же приходится вымаливать у Бренны сделать это.
Не скажу, что я против. Приятно знать, что так легко она не согласится пойти на свидание со мной. Это значит, что и других постигает та же участь. Мне кажется, у нее нет парня, если не считать того, кто навредил ей. Надеюсь, что смогу это изменить. Все это.
«Ты решила, когда хочешь поужинать?» – пишу ей.
И крайне удивляюсь, когда вижу ответ.
Глава 13
Бренна
«Ты решила, когда хочешь поужинать?»
Я смотрю на это сообщение несколько минут. Я уже думала об этом. Много. Слишком много, на самом деле.
Это поглощает меня. Эверет поглощает меня. И до этой ночи я не понимала, насколько сильно.
Я возвращаюсь домой с работы и спешу наполнить ванну. Этот день прошел хорошо. Я встретилась с постоянным клиентом, и то, как он вел себя со мной в постели, было как раз тем, в чем я нуждалась после инцидента на прошлой неделе. Я чувствовала, что снова в деле, когда он довел меня до первого оргазма. Все было просто невероятно, особенно когда я закрыла глаза, и передо мной появилось лицо Эверета.
Это не значило, что я о нем думала. Он просто появился. Но я открыла глаза и поняла, что меня трахал Бендер, разведенный тридцатидвухлетний мужчина, у которого трое детей и приличный банковский счет. И этого было недостаточно, чтобы довести меня до экстаза. Так что я снова закрыла их.
И представила себе серые глаза Эверета, смотрящие на меня с любовью, читающие мои мысли так, словно мои собственные глаза были романом. Его волосы спутались, спадая на лоб и покачиваясь при каждом толчке, и я зарылась в них своими руками. Его губы раскрылись, и я могла почувствовать влажный воздух на своей коже: как он бродил туда-сюда по моему телу. Это подарило мне чувство, которое не приходило ко мне годами – с Бендером я потеряла контроль. Я трахала его изо всех сил и кончила... три раза... все время представляя, как тело Эверета переплетается с моим.
Наливая воду в ванну, я слышу стук в дверь. И тут же думаю, что это Эверет. Он хотел поужинать со мной или поиграть в покер, или просто провести время вместе. Прежде всего мне хочется принять ванну, но я не желаю заставлять его ждать. Поэтому спешу к входной двери, но вижу лишь Эмили, стоящую с широкой улыбкой на лице.
Она хочет поужинать со мной, потому что ее брат работает допоздна.
Чувство разочарования от того, что рядом с ней нет Эверета, почти мучительно. Когда я слышу, что он работает допоздна, то задаю несколько вопросов. Понятия не имею, что на меня так действует. А нет, знаю! Этот поцелуй! Сваливаю все на его властные, покоряющие, невероятные губы, которые так легко взяли меня в плен. Эверет заставил намокнуть мои трусики и желать большего. Невозможно вообразить силу моей воли, потому что я сама удивилась, как смогла уйти от него.
Но Эмили не отвечает на мои вопросы. И вообще не хочет разговаривать о своем брате. Могу сказать точно: что-то еще у нее на уме. И через несколько минут она сдается и рассказывает все о своем муже – Себастьяне. О том, как не хочет ехать домой, потому что думает, что он ее не любит. Она действительно считает, что он ее обманывает, лжет ей. И много чего другого. Я заказываю для нас пиццу и хлебные палочки. Мы смотрим фильм, устраивая этакий мини-девичник. Я не сильна в девчачьих разговорах, но этим вечером действительно стараюсь. Для нее. Или, может быть, для Эверета. Он меняет меня. И я не уверена, что мне это нравится.
Когда Эмили уходит, я наполняю ванну еще раз. И расслабившись, с бокалом охлажденного вина в руках, погружаюсь в пузырьки, которые достают мне до подбородка. Снагли ложится на сиденье унитаза, мурлыча себе под нос. Я оглядываюсь и ощущаю... одиночество. Мне отчаянно хочется чего-то большего. И это первый раз, когда я чувствую себя так.
Закончив принимать ванну, я подхожу к телефону и смотрю на сообщение, отправленное Эверету. Он так и не ответил. Поэтому я еще пристальнее смотрю в телефон, как будто надеясь, что он может прочитать мои мысли в этот момент. И написать мне. Но он этого не делает. Вот и все.
Я немного перекусываю и думаю о том, когда (точнее, если) наше свидание все же произойдет? Представляю, как мы бы опять целовались, и он снова заставил бы меня чувствовать себя так прекрасно... или даже лучше. Если вообще в этом мире возможны поцелуи лучше. Также я думаю о том, что бы мы ели, если бы это было единственным, что произойдет за весь вечер? Задумываюсь так сильно, что возвращаюсь в кровать и не замечаю, как начинаю гладить Снагли, лежащую на моем животе. Вместе с кошкой я смотрю «Анатомию страсти»: в то время, как Мередит кричит на Дрейка, когда что-то вклинивается в ее трусики, он бросает на нее тот самый взгляд. Взгляд человека, любящего тебя, несмотря ни на что. И я начинаю плакать. Это глупо. Действительно глупо. Я плакала над этим сериалом множество раз, но потому что он грустный, а не милый!
Спустя несколько секунд мой телефон издает сигнал, оповещающий о сообщении. От Эверета. Насчет ужина.
Я понимаю, что он зацепил меня. С самого начала. Выглядевший так, словно ему глубоко наплевать на существование расчески. В нем всегда есть что-то, отличавшее его от остальных. Сейчас я улыбаюсь как самая последняя дурочка. И это меня бесит.
«Вечер воскресенья. Подойдет?» – отвечаю я.
Нервно кусаю кожу вокруг своих ногтей, ожидая ответа. Мы уже договаривались встретиться в воскресенье, так что ужин имеет место быть.
Э: «Идеально. Что мы будем есть?»
Я: «Помнишь, что было в прошлый раз? Ты не умеешь готовить... по крайней мере, ты так сказал».
Э: «Я и правда не умею. Но могу заказать. Все, что ты захочешь».
Я: «Тогда удиви меня! :)»
Э: «Нет и еще раз нет! Сюрпризом для тебя будет десерт. Но ужин на твой выбор».
Так! Я не должна дрожать от его слов. А он не должен заставлять кружиться бабочек в моем животе, а меня плакать... снова. Мне нужно сказать ему, что это уже становится слишком. Я начинаю привыкать к такому чувству. Не знаю, что это? Я успела распробовать лишь его маленький кусочек. Но также мне известно, что будет больно. Что все это обернется катастрофой, но я не собираюсь это заканчивать. Пока нет. Не сейчас.