Он продолжал:
— Глубина мысли есть область бессмертия; легкомыслие есть область смерти. Тот, кто глубок, не умирает; тот, кто легкомыслен, умирает всегда. Вот почему мудрый будет вдумчив. Мудрый достигнет высшего благословения — нирваны. Тот увидит рост своей славы, кто энергичен в действиях и способен запоминать, чьи мысли честны, а действия обдуманны, кто постоянен, кто живет в Законе и кто глубок. Глупцы и грешники стремятся к легкости мыслей, мудрые хранят вдумчивость подобно тому, как скупец хранит свое золото. Монах, который сохраняет вдумчивость, который видит опасность легкомыслия, сбрасывает с себя греховный закон, словно ветер сбрасывает листья. Он на кусочки разрывает путы, которые привязывают его к миру; он близок к нирване. Стоящий на уступе мудрости, освободившийся от всех страданий, вдумчивый человек, который одолел легкомыслие, взирает на множества несчастных, подобно тому, как человек с вершины горы смотрит вниз на людей, толпящихся в долинах.
15. Будда и пастухи
Перед смертью Благословенный решил совершить большое путешествие. Он хотел навестить некоторых своих учеников и призвать их соблюдать учение с величайшей тщательностью. Сопровождаемый только Анандой, он покинул город Раджагриху.
Однажды, когда они отдыхали на обочине поля, он сказал Ананде:
— Настанет время, когда люди станут удивляться, почему я когда-то вошел в утробу женщины. Они будут спрашивать, было ли мое рождение в высшей степени чистым, и будут сомневаться, обладал ли я высшей силой. Эти погрязшие во мраке люди никогда не поймут, что у того, кто посвятил свою жизнь трудам святости, тело свободно от нечистоты рождения. Тот, кто взыскует высшего знания, должен войти в женскую утробу; он должен, из жалости к человечеству, родиться в мире людей. Потому что, будучи Богом, как бы смог он привести в движение колесо Закона? Представь, Ананда, если бы Будда был Богом, то люди скоро утратили бы всякую надежду. Они бы говорили: «Будда, который есть Бог, обладает счастьем, святостью, совершенством; но мы — как мы можем надеяться когда-нибудь достичь их?» И они впали бы в глубокое отчаяние. О, пусть они пребудут в покое, эти закосневшие существа! Пусть они не пытаются похитить Закон, поскольку он будет использован ими во вред. Более того, пусть они считают сущность Будды непостижимой, эти люди, которые никогда не смогут постичь, в чем состоит моя исключительность.
Через поле проходил пастух. Он шел с безмятежностью человека, который делает свою работу спокойно и радостно.
— Кто ты, пастух? — спросил его Учитель.
— Меня зовут Дханья, — отвечал пастух.
— Куда ты идешь?
— Я иду домой, к своей жене и детям.
— Похоже, ты знаешь настоящее счастье, пастух?
— Я уже сварил свой рис, я уже подоил коров, — отвечал Дханья. — Я живу с семьей на берегу реки; у моего дома хорошая крыша; огонь в моем очаге горит ярко. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— Что до меня, — сказал Учитель, — то я освободился от гнева, освободился от упрямства. Я остановился на ночь на берегу реки; у моего дома нет крыши; огонь страстей не пылает больше в моей жизни. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— Оводы никогда не мучают мое стадо, — продолжил пастух, — мои коровы бродят по тучным лугам; они не боятся дождей. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— Я построил прочный плот, я направил свой парус к нирване, — сказал Учитель. — Я пересек поток страстей и достиг священных берегов; мне больше не нужен плот. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— Моя жена послушна, целомудренна и добра; она верна мне все эти долгие годы. Она приятна собой и ласкова; никто не говорит о ней дурно. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— Мой разум послушен и свободен от всех оков. Я упражнял его эти долгие годы; он стал полностью покорным; в нем не осталось никакого греха. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— Я сам плачу слугам их жалование; мои дети получают в достатке пищу за моим столом; никто никогда не пытался даже говорить о них дурно. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— Я никому не слуга; с тем, что я приобрел, я обошел весь свет; но и мне самому не нужен слуга. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— У меня есть коровы, у меня есть телята, у меня есть телки. И у меня есть собака — хозяйка моего стада. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— У меня нет ни коров, ни телят, ни телок; нет и собаки для их охраны. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— Колья загнаны глубоко в землю, ничто не сдвинет их; новые веревки сплетены из крепких волокон, коровы никогда не смогут порвать их. И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
— Словно собака, порвавшая свою цепь; словно слон, сломавший свои оковы, — так и я никогда не войду больше во чрево матери, И пусть теперь небесный ливень прольется, если захочет.
Пастух Дханья поклонился Учителю и сказал:
— Я знаю теперь, кто Вы. О Благословенный, войдите со мной в мое жилище.
Когда они были уже у входа в дом, ливень потоками обрушился с небес. Вода образовывала маленькие ручьи, растекавшиеся по земле. Когда Дханья услышал шум дождя, он произнес такие слова:
— Воистину, мы получили большие богатства с тех пор, как увидели Будду. О Учитель, Вы — наше убежище, поскольку Вы смотрите на нас глазами мудрости. Будьте нашим защитником, о Святой! Моя жена и я повинуемся Вам. Если мы станем вести жизнь, исполненную святости, то преодолеем рождение и смерть, мы сможем покончить со страданием.
Тут раздался голос, и Мара, Воплотивший Зло, предстал перед ними. Никто не видел, как он пришел.
— Тот, у кого есть сыновья, счастлив увидеть своих сыновей, — произнес Мара, Воплотивший Зло. — Тот, у кого есть коровы, счастлив увидеть своих коров. Счастлив муж материального достатка; тот, кто не обладает ничем материальным, не обладает и счастьем.
— Тот, у кого есть сыновья, беспокоится о своих сыновьях; тот, у кого есть коровы, беспокоится о своих коровах, — возразил Учитель. — Вечно беспокоен муж материального достатка; тот же, кто не обладает ничем материальным, не имеет и причин для беспокойства.
Но Мара уже исчез. Только Дханья и его жена слушали, что говорил Учитель.
16. Будда наставляет монахов Ваисали
Учитель пришел на берега Ганга, в то место, где был построен город Паталипутра. Он поклонился стенам, которые только начали подниматься над землей, и сказал:
— Этот город однажды станет знаменитым. Многие герои будут рождены в нем; великий царь будет им править. Процветающим городом ты станешь, о Паталипутра; и на протяжении веков люди будут прославлять твое имя.
Он пересек реку и отправился в Ваисали. Но в деревушке Баилва он жестоко заболел. Тело его страдало от сильной боли. Ананда плакал, думая, что Господин умирает. Однако Учитель вспомнил, как много учеников еще надо посетить; он не пожелал войти в нирвану до тех пор пока не даст им последние наставления. Силой своей воли он преодолел слабость, и жизнь не покинула его. Он поправился.
Когда Благословенный почувствовал себя лучше, он вышел из дома, где ему предоставили убежище, и уселся на сиденье, приготовленное для него около двери. Ананда подошел и сел позади него.
— Мой Господин, — сказал он, — я вижу, что Вы восстановили свое здоровье. Когда я увидел Вас больным, то силы оставили меня, и я упал в обморок. Я боялся поверить своим глазам. Но затем уверенность вернулась ко мне, поскольку я вспомнил, что Вы еще не открыли все Ваши намерения, связанные с общиной. А я знал, что Вы не войдете в нирвану, пока не раскроете их.
Благословенный произнес такие слова:
— Чего же еще община хочет от меня, Ананда? Я создал учение, я обучал ему; нет ни единого вопроса, который я бы не разъяснил! Пусть тот, кто думает: «Я хочу править общиной», — раскрывает свои намерения по отношению к общине. Благословенный никогда не стремился править общиной, почему же должен он раскрывать какие-то намерения? Я — старый человек, Ананда; волосы мои седы; я становлюсь все слабее. Мне уже восемьдесят лет, и конец пути — недалек. Пусть каждый из вас станет теперь факелом для себя самого; не ищите того, кто принесет вам свет. Тот, кто станет факелом для себя самого после того как я покину мир, докажет, что он понял значение моих слов. Он будет моим истинным учеником, Ананда, он узнает правильный путь в жизни.