— Я не боюсь пыток.
Это не было бравадой, как можно подумать. Он просто констатировал факт. Причём таким тоном, что было понятно — знает. Пробовал. На себе. Не так прост оказался мальчишка… Хотя конечно, пытки пыткам рознь. Одно дело — мордобой в полицейском участке, и совсем другое — тонкое китайское искусство, которое оттачивалось в течение тысячелетий. Конечно, всё относительно, и по сравнению с практическим опытом тех же Дхувиан, например, Фу Манчу — жалкий дилетант. Но это не означало, что Джаффа Шторм, при всей своей регенерации шоггота и железной воле псайкера, осмелился бы сунуться к нему в лапы. А пацан, значит, посмел бы. Невероятно храбрый или невероятно тупой?
— Тем не менее, приятель, давай всё-таки постараемся этого избежать. И задействуем для этого все ресурсы. Что ты умеешь?
Парнишка пожал плечами, и с явной неохотой начал перечислять:
— Стреляю неплохо, ножом владею, борьбой. Скотину всякую знаю, лошадей в том числе, могу накормить, подлечить, успокоить. С тех пор, как ко графу попал — отрава меня никакая не берёт, хворь тоже. Ночью вижу, как днём. В руках сила появилась, как у двадцати мужиков.
— У двадцати взрослых?! — нет, Джаффа и раньше слышал, что подручные Дракулы как-то необыкновенно сильны, но где такая силища могла уместиться в тощем подростке? — А не преувеличиваешь ли ты, парень?
Вместо ответа Дэнни просто подошёл к ближайшему фонарному столбу и выдернул его из земли. Одной рукой. Прокрутил его над головой, словно лёгкую тросточку, и воткнул обратно. Джаффа тихонько присвистнул — это уже было ближе к силе Спартанца в «Мьёльнире».
Небольшая проверка фехтовальных навыков показала, что про нож мальчишка тоже не приврал. Нож у него был странный, с лезвием из рога или зуба какого-то зверя. Джаффе удалось достать его только с третьей попытки — а ведь он был не то чтобы дилетантом в этой области. На Меркурии ножи были куда популярнее, чем любимые марсианами длинные клинки. Дэнни явно учился владеть этой штукой с детства — как и сам Шторм.
А вот про пистолеты пришлось поверить на слово — огнестрельного оружия у мальчишки при себе не было. Дракула вообще редко давал его подчинённым.
— Слушай, это конечно не моё дело, но ЧТО с вами делает граф, чтобы добиться ТАКОГО?
— Что делает, что делает, — проворчал мальчишка. — А то непонятно? Упырь он! И других упырями делает… Кровь высасывает, а потом своей немного даёт — и всё, в гробу уже спокойно не полежишь. Как только он позовёт — встаёшь и идёшь сам чужую кровь пить.
— В гробу? То есть ты хочешь сказать, что… умер?
Для кого-то другого это бы прозвучало суеверным бредом неграмотного крестьянина, но после того, как Ковенант отбивался от полчищ мертвецов, похищал чужие души и сам оживлял покойников в венерианском океане, границы реалистичности у его функционеров сильно отличались от хроноаборигенов. Если на то пошло, Джаффа и сам был мёртв, что совершенно ему не мешало работать и делать карьеру.
— А то, что ты тени не отбрасываешь — тоже следствие твоего… вампиризма?
— А вы глазастый, другие замечают через пару дней. Я же специально к работающим фонарям не подходил, в особняке у графа освещение такое, что теней нет, а днём вы меня ещё не видели. Да, у всех упырей тени нет. Мы и в зеркале не отражаемся.
Так, а это уже совсем интересно. Джаффа Шторм до сих пор знал только один вид существ, которые не отражались в зеркале, не фиксировались на фотографиях и киноплёнке, не отбрасывали тени — и при этом были видимы невооружённым глазом. Ну, кроме самого Джаффы и других лотарских проекций, разумеется — но проекция не смогла бы проделать такое с фонарём. Зелёные и белые марсиане могли стать невидимыми для камер — но тогда их и глаз не замечал. Материальность с бестелесностью в такой пропорции сочетали только краболёты ми-го. Но с теми понятно, они из неведомых далей космоса, совершенно чуждая форма жизни, наполовину эмпирейная. Неужели трансильванский граф и его окружение тоже состоят из многомерных молекул?
— Ты, наверно, и не дышать можешь?
— Конечно. И в еде-питье не нуждаюсь после этого. Только в крови. И ещё нужно время от времени в гробу спать. Я всё-таки покойник…
— Время от времени? Как часто?
— После каждого питания. Напился крови — надо выспаться. Иначе не усвоится. Даже самому графу надо спать, когда нажрётся.
— Тогда естественно назревает другой вопрос. А кормиться вам надо как часто? И сколько?
Мальчишка пожал плечами.
— Одной бутылки крови хватает на одну ночь или один день охоты. Когда в гробу лежишь, кровь не тратится, так что можно хоть веками лежать.
— Какая кровь нужна?
— Человеческая. Конская или свиная не подходит, я проверял.
— Только свежая? Или консервированная тоже сойдёт?
— Не знаю. Я всегда только свежую пробовал, не могу сравнить. А что, кровь можно консервировать?
«Ну да, конечно, земная медицина до этого ещё не дошла».
— То есть мне придётся или регулярно отпускать тебя на охоту, или держать в гробу и делать всё самостоятельно?
— Ну, мы же идём не сено косить. Я могу питаться людьми Фу Манчу, пока не доберёмся до него самого. Да и поиск корабля вряд ли пройдёт бескровно.
— Ошибаешься, парень. Я, конечно, люблю хорошую резню, но в этот раз нам предстоит всё сделать именно абсолютно бескровно. Перестрелки вредят бизнесу.
Похищение человека — задача для Ковенанта в целом копеечная. Будь здесь хоть парочка Спартанцев, хоть команда «Венера», Фу Манчу бы даже мяукнуть не успел. Но будь они здесь, Джаффе бы и не понадобились другие исполнители. Пришлось вспоминать старые деньки, когда за его спиной не стояла вся мощь галактической цивилизации, и демонстрировать свои навыки импровизации. Используй то, что под рукою, и не ищи себе другое.
У всех Хозяев в Лондоне несколько резиденций — конкретно у Фу Манчу четыре, и в каждой работает его двойник. К счастью, двойники психосилы не имели, так что настоящего Джаффа выследил без труда. Снова стать невидимкой, чистым сгустком сенсорики, прощупать «берлогу» китайского криминального гения, записать в памяти расположение каждого из многочисленных охранников, шпионов, слуг и гостей. Считать их поверхностные мысли, они, к счастью, не псайкеры, определить, кто куда пойдёт в ближайшие часы. Посчитать многочисленные ловушки в полу и стенах, определить принципы их действия. Ничего себе — тут даже электроника есть, пусть даже и примитивная! Это совсем не тот приют убогого порока, который двадцать лет назад взяла штурмом Лига выдающихся джентльменов — это настоящий дворец смерти! Здесь бы те агенты короны полегли в полном составе, не пройдя и ста шагов. Одни только автоматические плазменные орудия, именуемые по традиции генераторами теплового луча, чего стоили!
А сенсоры… Куиру, какие же тут были сенсоры! Начиная от тончайших паутинных нитей, натянутых поперёк коридоров, продолжая зверьками с невероятно острым обонянием, и заканчивая «марсианскими» (то есть работы Дракона и Розы) приборами. О любом незваном госте узнали бы независимо десятка два прислужников в разных концах здания — и в то время, как одни примчались бы, чтобы скрутить его лично, другие просто нажали бы на кнопки и активировали разные приспособления — от обездвиживающих, до смертоносных. Джаффа, как начальник службы безопасности, не мог не восхититься этим гнездом параноика. Такой дом было легче сравнять с землёй, чем проникнуть внутрь!
Опять же — до уровня систем безопасности Дракона местные приспособления не дотягивали. Но если вспомнить, что их делали простые люди, не имевшие ни шарда, ни идеальной памяти огромной ёмкости, ни многопотокового мышления, это… впечатляло. Поместье того же Дракулы было насквозь дырявым в сравнении с резиденцией Фу Манчу. Неудивительно, что по-европейски прямолинейный и рыцарски бесстрашный господарь решил поставить себе на службу изощрённость и осторожность азиатского лиса. Точно так же во времена Шторма земные предприниматели относились к марсианской аристократии. «На этих парней смотреть противно, но умеют они много полезного».