Тут магистр почему-то отошел от меня в направление камина и стал шуршать на полках с баночками.
Подавив желание метнуться под стол, я просто отрешенно накрыла лицо ладонями, стараясь сдержать поток слез. Судорожно вздохнула и вытерла соленые дорожки безымянными пальцами.
- Вот выпейте! – Приказным тоном произнес возникший передо мной магистр.
Приоткрыв слезящиеся глаза, я с отрешенно отметила, что магистр в черных очках протягивает мне склянку, похожую на колбу в лабораториях с красным вязким содержимым.
Отрава. Или сонное зелье. А может это вообще кровь? Сквозь шмыгающий нос не пробивалось даже запаха.
Попытка отползти от насильника под ближайший стол не увенчалась успехом. Невидимые воздушные обручи по щелчку пальцев обвили мои запястья и талию, моментально пригвоздив к двери. Ну все! Я как-то не подумала, что меня можно вот так легко спеленать. Забылся случай с Гончим из-за новых переживаний. Сжав зубы, я сопротивлялась из последних сил. Правда, носом дышать тоже не получалось. Насколько я смогу задержать дыхание?
Оказалось ненадолго. Магистр спокойно ждал, пока воздух кончится. Отвлекся лишь на то, чтобы приподнять меня и поставить на ноги. Прошла минута и я судорожно начала глотать воздух, а содержимое колбы вливаться в рот. Часть попала в легкие, и при жутком кашле брызнула через нос. Все-таки это была не кровь. На вкус что-то сладковато-пряное. Оковы выпустили меня, и я опять сползла на пол, откашливаясь и размазывая кроваво-красные потоки из носа.
Магистр стоял напротив и спокойно ждал, пока судороги прекратятся. Слава богу, глаз не видно за темными очками. Постепенно тело перестало дрожать, а мышцы хаотично сжиматься. Сознание прояснилось, ужас уползал и растворялся в спокойствии. Это точно не сонное зелье.
Придя немного в себя, я поднялась и встала напротив мужчины. В черных очках он уже не казался пугающим. Скорее задумчивым. На меня никто не нападал и убивать пока не собирался.
- Видите ли, адепт Лекстон, – Протяжно начал Крац, увидев, что я очухалась. - Вы действительно мне интересны. Но не в той степени, что подумали. Судя по вашей мантии, перед вами открылась дверь факультета колдовства. А дар иллюзий – это по большей части магия Веллиант. Для того чтобы воспроизвести иллюзию, колдуну нужно как минимум проделать ритуал. И то они изучают их на четвертом курсе. Вы же воспользовались чистой силой. И уж совсем таинственно сокрытие вашего спонсора. Потенциал стоит «пятерка», но вериться с трудом.
Магистр внимательно изучал мою реакцию, но я молчала.
Перевела глаза на место, где произошла наша короткая схватка и вздрогнула.
- Ах, это. Наблюдая сцену в коридоре, я подумал, что катализатор для применения – насилие. Вот и решил поэкспериментировать. Извиняться не буду. Посчитаем, что мы квиты. – Магистр многозначительно посмотрел на мои ноги.
Вздохнув, наконец, свободно, я поняла, что убивать меня здесь не будут, как и посягать на мое тело. Оставалось только гадать, как он будет «экспериментировать» дальше. Но тут меня удивили.
Магистр провел меня к одному из наиболее чистых столов и усадил на стул.
- Мне надо подумать.
Через мгновенье на столешницу упала горсть разноцветных косичек из толстой пряжи различного плетения.
- Расплетайте!
Эмс… Это такая отработка? Я перевела взгляд на преподавателя, но он уже отошел к своему столу и принялся ожесточенно что-то чертить в своей тетради.
Прошел где-то час, прежде чем мне удалось расплести все косички. Количество нитей и виды плетения были настолько разнообразные, что пододвинув пустой листок с ручкой, я даже зарисовала самые сложные, на длинных волосах потом пригодятся.
- Магистр, я закончил.
Крац оторвал взгляд от своей работы и недовольно взглянул на меня.
- А теперь заплетайте! Так же как и было.
Что??? Да это же столько работы, пальцы уже и так сильно болели. Суставы ломило. Тело ныло, не могу больше. Сделав самое несчастное лицо, повернулась опять к магистру, но он даже не отреагировал на жалобное покашливание.
Мне повезло, что я решила зарисовывать плетения. Прошло где-то полтора часа, прежде чем я закончила, и у меня на столе опять образовалась горка косичек. Рук я уже не чувствовала. Пальцы онемели и хрустели, стоило их согнуть.
- Можете идти. – Раздался за спиной голос, я обернулась и увидела подобие улыбки. – Завтра после ужина жду вас.
На негнущихся ногах я покинула лабораторию этого странного мужчины , и дождавшись пока за мной захлопнется коварная дверь, облокотилась на стену. Все болело. Тело меня не слушалось, а на глаза наворачивались слезы.
Разглядывая лестницу, я вдруг поняла, чем она мне показалась знакомой – путь в обсерваторию! Глоток свежего воздуха – это то, что мне сейчас было нужно. Да и плакать за дверью мутного магистра вообще не хотелось, поэтому собравшись с последними силами, я продолжила путь наверх, сдерживая слезы и всхлипы насколько было возможно.
Обсерватория была пуста. Хотя по моим внутренним часам сейчас около одиннадцати вечера, но небо было с самого утра затянуто. Повезло.
Обзорная площадка встретила меня прохладным ветерком и красивыми огнями города. Усевшись на влажный пол, я вглядывалась в этот враждебный мир, сейчас казавшийся таким умиротворенным и спокойным. Да и мой мир не был ко мне ласков. Воспоминания тепла и уюта уходили в далекое прошлое, там, где была мама и ее нежные руки. Улыбающийся папа с кульком печения приходящий с работы. Семейные ужины.
В голове всплыла мелодия из любимого мультфильма, и мягкий голос уже напевал слова.
Как узор на окне.
Снова прошлое рядом.
Кто-то пел песню мне
Зимний вечер когда-то,
Словно в прошлом ожило,
Чьих бережных рук тепло.
Вальс изысканных гостей
И бег лихих коней.
Вальс кружил и нес меня,
Словно в сказку свою маня
Первый бал и первый вальс
Звучат во мне сейчас.
Зеркала, в янтаре,
Мой восторг отражают.
Кто-то пел на зоре,
Дом родной покидая.
Будешь ты в декабре
Вновь со мной, дорогая...
(Колыбельная из м/ф «Анастасия»)
Обессилено уронив голову на колени, я зарыдала.
***
Эштон молча смотрел на подрагивающие плечи мальчишки и хмурился. Что же случилось? Много ли он пропустил? Надо бы спросить у Эммы, может она знает. Его и не было то несколько дней. Отец срочно вызвал, чтобы отправить его с донесением в Клейн по поводу прорыва защиты академии. Все ведет к тому, что Культ хотят возобновить. Не зря легионеры и Орден что-то судорожно разыскивают. Или кого-то.
Взгляд снова вернулся к хрупкому парню. Было в нем что-то необычное. Понять бы что.
Звук громкого сморкания и новый всхлип прервал размышления Эштона.
Стараясь не мешать Нику изливать небу свое горе, он бесшумно пробрался к выходу и аккуратно прикрыл за собой дверь. Подождет его здесь. Кому понравится, что у почти девичьих рыданий был свидетель.
Присев в обсерватории дожидаться друга, Эштон не увидел, как над сгорбленной фигуркой вдруг заплясали маленькие огоньки, и едва слышно зазвучала мелодия, практически видимой лентой струившаяся с башни в сторону города.
Глава 21
- Тарриан! Да ты в своем уме? Как ты мог допустить такое? – Ректор был очень зол.
- А не ты ли «забыл», что Лиам – оборотень? И как ты вообще его бумаги подписал?
Они ругались уже минут двадцать, с тех пор как я пришла. Сначала на повестке дня было происшествие на полигоне и его последствия, которые оказались очень даже пикантными.
У оборотней отличный нюх, так же по совместительству они являются эмпатами. То есть могут не только считывать эмоции, но и транслировать их. И вся эта адская пробежка была из-за меня. Якоббсону стало интересно, что я скрываю, поэтому физической нагрузкой он разрушил мои блоки.