Бернетт не хотел, чтобы кто-нибудь знал о мече, а внезапное появление меча посреди урока, как будто в какой-то видео игре, могло бы привлечь внимание.
— Кайли, ты идешь? — спросил Дерек, стоя у двери.
— Нет, мне нужно кое-то обсудить с мистером Йейтсом. Я недолго, — она посмотрела на Хейдена, который изучал ее с беспокойством.
— Просто подожди ее снаружи, — сказал Дереку, взволнованный Хейден.
Когда Кайли посмотрела на Дерека, она увидела Лукаса стоящего прямо за дверью. Его голубые глаза встретились с ее, но, черт возьми, у нее и так было много всего в голове, не говоря уже о мече на коленях, чтобы снова думать о том, что она его потеряла, и насколько это было больно. Но все же, когда она увидела озабоченность в его глазах, то, с какой преданностью она смотрел на нее, заставило ее сердце содрогнуться. Она не могла не признать, хотя и весьма неохотно, что хочет быть рядом с ним, удержать то, что они чувствовали когда-то. Но это было бы глупо, не так ли?
— Закрой дверь, — сказал ему Хейден, подойдя к ее парте.
Закрой дверь. Слова Хейдена эхом пронеслись в ее голове. Ей нужно было закрыть дверь к своим чувствам к Лукасу. Но как?
— Что-то не так? — спросил Хейден.
Вся моя дурацкая жизнь не так.
Кайли встретила взгляд учителя, отодвигая на задний план переживания о Лукасе.
— Ага, у меня меч на коленях.
— Меч? — спросил он.
Она скорчила гримасу.
— Ну, я не смотрела на него, но подозреваю, что у нас только один меч, который магически появляется и нарушает все правила и теории, о которых ты рассказывал на уроке.
Хейден усмехнулся и наклонился так, чтобы увидеть меч. Когда он поднялся, он сказал:
— Ага, эти теории ни черта не стоят, когда имеешь дело с магией.
— Тот же меч, я полагаю? — спросила Кайли.
Он кивнул.
— Прекрасно, — потом она осознала то, что он только что сказал. — Ты думаешь все дело в магии, типа викканской магии (Ви́кка (англ. Wicca) — западная неоязыческая религия, основанная на почитании природы. Она стала популярна в 1954 году благодаря Джеральду Гарднеру, английскому государственному служащему в отставке, который в то время называл эту религию колдовством (англ. witchcraft). Он утверждал, что религия, в которую он был посвящён, — это выжившая современная религия древнего колдовства, которая тайно существовала в течение многих столетий, имеющая корни в дохристианском европейском язычестве — прим. ред.)?
— Или что-то такое же загадочное, — ответил он.
— То есть ты не думаешь, что это способности хамелеонов?
Он поджал губы.
— Способности хамелеонов частично являются викканской магией.
— Ага, — сказала Кайли, подумав о ее последней цели. — Тогда абсолютно непонятно почему быть такими как мы — плохо.
Он выглядел озадаченным.
— Быть такими как мы неплохо, — сказал он и добавил, — я возьму свою кофту и заверну его, тогда мы сможем отнести его в офис.
Он пошел и принес свою кофту из кабинета, который располагался сзади его стола, потом вернулся и положил ее на стол.
— Поднимешь его?
Нет.
Ей не нравилось касаться этой штуки, не нравилось, что он лежал на ее коленях, но она все равно это сделала.
Она потянулась и аккуратно взялась за рукоятку, а потом подняла его над ногами. Когда она поднимала меч, он снова начал светиться. Она положила оружие на кофту и подняла взгляд на учителя.
— Если быть такими как мы неплохо, то почему ты прячешь свой паттерн? Ты даже носишь кофту с капюшоном, чтобы никто его не читал. И почему Старейшины считают, что должны прятать всех детей?
— Я прячу паттерн потому, что люди не поймут, потому, что в прошлом, это приводило к преследованию, но не потому что быть хамелеоном — плохо.
— Но разве не было бы лучше, если бы не пришлось его прятать? Если бы мы могли носить его с гордостью, как и остальные?
Он смотрел на меч, как будто не слышал и половины того, что она говорила.
— Когда-нибудь так и будет.
— Нет, не будет, — настаивала Кайли. — Не будет, если все будут прятаться.
Он посмотрел на нее.
— Ты не понимаешь, насколько все плохо было с нашими предками.
— Да, ты прав, я не понимаю. И, может, именно потому вижу все яснее. Нужны перемены. Но кто-то должен их совершить. Это не произойдет само по себе или как-то случайно.
— Ладно, звучит так, словно ты много думала об этом. Как же нам это изменить? — спросил он.
— Я еще не придумала, но придумаю, — сказала она и встала.
Он вздохнул, будто ему не понравились ее слова.
— Когда ты что-нибудь придумаешь, расскажи об этом сначала мне. Я знаю, что ты не хотела бы подвергнуть кого-нибудь риску.
— Я просто хочу помочь. И я расскажу тебе, если смогу. Она перевела взгляд на меч.
— Что значит… «если смогу»? Почему это ты не сможешь? — спросил он.
Она посмотрела на него.
— Я просто стараюсь не давать обещаний, которые не уверена, что смогу сдержать.
Он нахмурился.
— Не делай глупостей, Кайли.
— Ну, это я могу пообещать, — сказала она. — Я буду избегать глупостей любой ценой.
Казалось, что его не удовлетворил ее ответ, но он снова посмотрел на меч.
— Твой дедушка звонил мне в обед и хотел узнать есть ли какие-то отметки на мече.
Хейден повертел оружие в руках.
— Я ничего на нем не вижу.
— Я тоже, — сказала Кайли.
— Тебе больно его держать? — спросил он, посмотрев на нее.
— Больно? Нет. Страшно? Да. А что?
— Сможешь его поднять еще раз, для меня? На пару секунд? Мы посмотрим, появится на нем что-нибудь или нет. Мы знаем, что он начинает светиться, так что, может, появится что-то еще.
Кайли нахмурилась.
— Ладно, но если он или я свихнусь и убью тебя или что-то типа того, то это не моя вина. Я имею в виду, что в прошлый раз, когда Холидей просила меня попробовать «что-нибудь», Бернетт почти что стал параноиком.
Хейден нахмурился.
— Может нам стоит подождать, пока мы не достигнем офиса Холидей и Бернетта.
— Хорошая мысль, — сказала Кайли.
— Ты уверен, что это хорошая идея? — спросила Кайли. — Что, если повторится тот инцидент?
Она посмотрела сначала на Хейдена, а потом на Бернетта, который пострадал в прошлый раз.
Неудивительно, что вампир выглядел наиболее озабоченным, но он же первым и заговорил.
— Ты держала его и прежде, все, что он делал — просто светился.
— Но я никогда не держала его дольше пары секунд.
— Если ты и правда не хочешь этого делать — не делай, — сказала Холидей, а Дерек, стоящий рядом, утвердительно кивнул.
Бернетт помнил о компьютерных навыках Дерека и пригласил его провести исследование для поиска любой информации, которую удастся найти, касательно меча.
Кайли посмотрела на Холидей.
— Я просто не хочу, чтобы он свихнулся и начал убивать людей.
— Почему ты думаешь, что он это сделает? — спросила Холидей.
— Я…я не знаю, может из-за призрака, — сказала Кайли. — И того факта, что она носит голову вместе с мечом.
— Ты правда думаешь, что призрак связан с мечом? — спросила Холидей. — Потому что я все еще не понимаю, как призрак мог послать сюда меч.
— Я не знаю, что думать, — сказала Кайли. — Но мне кажется, что эти два меча похожи.
— Но почти все мечи выглядят похожими, — сказал Бернетт.
— И я не думаю, что ты можешь кого-нибудь ранить, — сказал Дерек. — Ты Защитник, если меч на тебя реагирует, то думаю, он связан именно с этой частью тебя. Я не думаю, что он зло.
— Согласен, — сказал Хейден.
— Ладно, на кону ваши жизни, — сказала Кайли, потянувшись к оружию.
— Но на всякий случай, — сказала Холидей, Кайли замерла. — Будьте все готовы пригнуться и бежать…при необходимости.
Кайли нахмурилась.
Холидей пожала плечами.
— На всякий случай.
Кайли потянулась за мечом. Бернетт закрыл собой Холидей, и все они сделали шаг назад.