Внешне яхта была очень красива, в значительной степени потому, что предназначалась и для работы в атмосфере. Гладкие, обтекаемые очертания корпуса, вытянутого и расходящегося к корме раструбами маршевых дюз, резко выдающиеся линии боковых крыльев, плавно вырастающие из них симпатичные округлости маневровых двигателей, острая, будто созданная пронзать пространство фронтальная антенна, жерло накопителя основного калибра, грозно устремлённое вдаль, приятный, ласкающий глаз серо-металлический цвет обшивки...
На уровне было и внутреннее убранство - как-никак, судно по проекту предназначалось не в последнюю очередь для дипломатических приёмов, и, следовательно, к нему предъявлялись определённые, довольно высокие требования, как по обеспечению удобства пассажиров, так и по чисто эстетическому внешнему виду. Что проявлялось и в закруглённых, плавных линиях коридоров, и в раскрашенных тёплыми солнечными красками и покрытых спокойными узорами стенах, и в барельефах и картинах в чуть заглублённых нишах, и в стилизациях под растения в кадках, и в больших панорамных иллюминаторах, и в бесшумно расходящихся при приближении дверях, с виду тонких, но способных выдерживать пару-другую выстрелов в упор из электромагнитной пушки, и в помещении кают-компании со стоящими в углах рыцарскими доспехами и самым настоящим камином. И это была лишь часть того, что должно было присутствовать на корабле. На остальное - например, на позолоченную лепнину - не нашлось материалов, либо данные элементы декора были убраны из проекта волевым решением Руслана и Александра.
- Давайте скорее, мне не терпится испробовать эту прелесть в деле!
Входящих поторапливал Александр, торжественно стоявший у входа в шлюзовую камеру и встречавший будущих уже даже не столько пассажиров, сколько членов команды. Он добыл где-то в закромах базы настоящий имперский парадный скафандр, и сейчас щеголял в нём - правда, сняв все знаки различия и деактивировав маяк фракционной принадлежности.
В том, чтобы подгонять кого-то, почти не было нужды - кроме, разве что, Руслана, который, остановившись в проёме, ещё долго стоял и с грустью смотрел вдаль, на бескрайние просторы прерии. Остальные уже в душе простились с диковинным миром и своими новыми друзьями, и с нетерпением ждали момента, когда же наконец покинут планету - у каждого для того были свои причины. Всех на время полёта ожидало множество интересных занятий.
Александр попросту истосковался по полётам. Хосе тоже планировал хоть чуть-чуть освоиться с управлением корабля. У ученицы жреца сохранился небольшой набор гипнозаписей. Как выяснилось, она всё это время носила их с собой - просто забыла выложить часть, когда выкидывали всё перед побегом из Мэйн-Йорка. Они каким-то чудом оказались не засечены «Соколами», не распознаны ими как что-то опасное, и за дерзкую выходку не прилетело карающей ракетой. Иначе, весь поход мог кончиться, даже не начавшись... Бывшую рабыню и южную красавицу ждала прекрасная кухня и множество припасов, которыми с ними поделились индейцы. Кроме того, всем досталось по комфортабельной каюте, в которые они до тех пор, пока находились на поверхности, по единодушному молчаливому соглашению почти не заходили - ведь в течение долгого времени пребывания на борту эти помещения ещё успеют надоесть.
Трюм корабля хоть и не был особо большим, в нём, тем не менее, поместилось достаточно много всевозможного добра, и даже ещё сколько-то места оставалось. Помимо «Шершня», приведённого в порядок в мастерских, заново вооружённого и дооснащённого, фактически, полностью преобразившегося, туда поместился Центурион, несколько стандартных боевых дронов, пяток дроидов-ремонтников, дюжина мустангов, а так же перепрограммированные Русланом рабочие Муравейника и несколько грибниц минералов. По поводу последнего жрец говорил, что это на случай, если вдруг получится осесть где-нибудь в спокойном месте и зажить как простые плантаторы.
Хотелось взять ещё больше, но, к сожалению, многое пришлось оставить. Так, например, собранных во время операции внутри имперской базы роботов так там и оставили, сторожить хотя бы некоторые помещения от тварей хаоса и прочих нежелательных гостей.
«Касатка» стартовала, только трап поднялся и плита люка шлюзовой камеры мягко легла на своё место, отделяя внутренний мирок корабля от внешнего, который остался снаружи. Александр уверенно и лихо задрал перевёрнутую свечу яхты вверх, вспарывая тонким корпусом атмосферу. Считанные секунды - и они вышли в безвоздушное пространство.
Хосе занял кресло штурмана - как ни хотелось ему попробовать себя в роли второго пилота, но к управлению парня пока никто не подпускал. Руслан устроился на специальном месте, которое предполагалось для тех самых высокопоставленных особ, в чьё распоряжение отдавался корабль - с него он теоретически мог контролировать любую из корабельных систем, и, самое главное, оперативно получал сведения об окружающей обстановке. Обе девушки то ли скрылись в каютах, то ли обживали камбуз.
- Ну и куда летим, капитан? - спросил Александр, выводя корабль на орбиту.
- Нам нужна Бета Змеи.
- Бета Змеи? Но там же ничего нет. Разве только...
- Чумной Форт, да.
- Ябуцца слоны... Да, ребята, весело с вами. Боюсь представить, куда же мы в следующий раз сорвёмся. Не в преисподнюю случаем?
- Что-то не нравится?
- Да не, мне-то что, я наоборот за любой кипеш всегда... Если только это не обет голодания. Хосе, слышал? Давай, рассчитывай траекторию. Но учти - я тебя проверю!
- Так уже делаю!
Временно повисшее на мостике сосредоточенное молчание прервало едва слышное шипение открывающейся двери.
- Мальчики, не хотите выпить? В честь начала путешествия...
- Любить-копать! - выпалил Руслан, сидевший сзади и первым повернувшийся на звук голоса своей ученицы. - Что это на тебе?
Александр и Хосе, чуть запоздав со своей реакцией, синхронно присвистнули. Ива застыла в проёме прекрасной античной статуей, чуть зардевшейся от такого бурного проявления эмоций и внимания к своей особе. В одной руке у неё был поднос, на котором стояли фужеры и запотевшая бутылка, через другую было перекинуто полотенце. Спустя какие-то мгновения абсолютной неподвижности девушка ответила чуть смущённо, наконец пошевелившись и дав понять, что она всё же живой человек, а не произведение искусства:
- Это форма стюардессы Золотых Межзвёздных Линий. Компании, которая некогда была лучшим пассажирским перевозчиком, и напрямую подчинялись только Императорскому дому... - и, после небольшой паузы, добавила, - ну, я нашла, когда разбирала хозяйство, гипноленты для стюардесс... Подумала, будет забавно...
- Правда? Скажи вот только, а разве стюардессам полагаются такие каблуки? И чтобы чулки заканчивались там, где юбка ещё не началась? Я уж молчу про то, что китель по уставу должен быть до конца застёгнут, кроме последней пуговицы, а у тебя он в принципе только на одной держится, и всё наружу... А, и ещё - обращение «мальчики» и «выпить» - за такое там увольняли с треском!
- Ну... Я ещё в Мэйн Йорке купила ленты... - казалось, вот-вот произойдёт взрыв сверхновой - настолько сильно изменился цвет лица Ивы, - не только для стюардесс...
- Марш переодеваться. Чтобы такого срама больше на тебе не видел, и поведения подобного - тоже! До конца полёта дежуришь на камбузе, пусть Азиль отдохнёт. Ясно?
- Да...
Девушка, словно побитая собака, опустила голову и, резко развернувшись, быстро зашагала прочь. Металлическая створка двери опустилась, закрывая стройную фигурку от обращённых на неё трёх пар глаз...
- Ах, ты Лёша-Лёшенька, до чего хорошенький, что ж гуляешь всё с другой - погуляй хоть раз со мной! - продекламировал Александр.
- Что?
- Да так, к слову вспомнилось... Зря ты так её, командир. Старалась ведь девчонка. И не для кого-нибудь, а именно для тебя...
- Знаю. Это и напрягает.
- Я, конечно, не хочу вмешиваться... Но пошёл бы, объяснился с ней.
Руслан промолчал. Перед ним на один из экранов выводилось изображение из каюты ученицы - которая уже рыдала в обнимку с утешающей её Азилью. Стукнув кулаком по стойке пульта управления, жрец кряхтя встал и пошёл прочь с мостика.