Она остановилась, зная, что между Ковингтоном и её отцом никогда не было взаимного расположения.
— Мистер Ковингтон, поскольку никаких следов Стрэтфорда Флинта не обнаружено и ваши запросы ничего не дали, может, вы смогли бы организовать поиски его сына?
Ковингтон остановился и вздохнул, стараясь избегать её взгляда.
— Это невозможно, девочка. Нет. Из этого ничего не выйдет.
— Но почему?
— У нас нет людей. И эти французы. — Он неопределённо махнул рукой. — Они всё ещё окружают нас с моря.
— Я не хочу, чтобы вы искали его здесь, мистер губернатор. Мы привели к вам пятерых молодых людей. Можно направить на поиски троих из них. Пошлите одного на север, в Бахур и одного вглубь, в Тривади. Ещё один мог бы пойти в Аркот.
— Я боюсь, что не могу помочь вам, моя дорогая, кроме того, и потому...
— Вы просто нарочно чините препятствия!
Лицо Ковингтона помрачнело.
— Потому что это слишком опасно. Я не могу приказать человеку идти в Аркот... это в ста милях отсюда, и путь туда очень труден.
— Это не дальше, чем до Мадраса. И путь этот не более опасен, чем тот, который проделала я, женщина! Пожалуйста, мистер Ковингтон, я прошу вас. Прикажите мистеру Клайву пойти.
— Но действительно, моя дорогая, уверяю вас, это невозможно.
Она посмотрела на него убийственным взглядом:
— Я уверена, если бы Стрэтфорд Флинт потребовал, вы согласились бы.
Он пожал плечами, и Аркали погрузилась в молчание. «Я не сдамся, — думала она. — Не сдамся! Слова Ковингтона — лишь обман, его дружелюбие неискренне. Путь сюда был полон опасностей, но мы совершили его. Я уверена, что Клайв добрался бы до Аркота. Он надоел мне здесь. Если бы только удалось уговорить Ковингтона послать его».
Неожиданно раздался далёкий хлопок небольшой пушки. Сигнал с крепости. Джон Седдон, один из молодых писчих губернатора, мальчик четырнадцати лет, бежал к ним. Узкое лицо Ковингтона вопросительно поднялось вверх.
— Какого дьявола?..
— Парус! Парус, мистер Ковингтон!
— С какой стороны?
— С северной.
Он поджал губы.
— Бог мой. Уж не французский ли?
— Это может быть? — спросила Аркали.
— Видишь ли, девочка, Пондичерри — на севере.
— И Мадрас, — сказал запыхавшийся Седдон. — Хотя и Калькутта тоже.
— Да, я ожидал французов с юга. Ла Бурдон ушёл туда. Когда он вернётся или новая эскадра войдёт в Бенгальский залив, их следует ожидать с юга.
Ковингтон послал за своей трубой, и через несколько минут слуга принёс её. Он внимательно разглядывал судно, затем Аркали попросила дать и ей взглянуть через подзорную трубу.
— Вы можете не беспокоиться, — с холодной злостью проговорила она. — Это английский торговый корабль.
— А мне кажется, он выглядит как индийский, — сказал он с сомнением. — Видишь ли, девочка, все суда в Бенгальском заливе пытаются скрываться под Другим видом. В Индостане строится много судов. Английские торговцы делают свои суда похожими на них, чтобы не привлекать пиратов, а индийские, по этой же причине, камуфлируются под военные корабли. Даже корабли Королевского флота часто бывают французской постройки, поскольку их захватывают как трофеи.
— Я и сама знаю всё это, поскольку интересовалась делами отца, — язвительно сказала она. — И я знаю, что это судно — «Удача». Корабль Стрэтфорда Флинта.
— Девочка, на таком расстоянии это невозможно определить. И леди не могут...
— Сэр! Когда была в Мадрасе, я много часов наблюдала именно за этим кораблём в подзорную трубу, гораздо лучшую, чем ваша! Я знаю это судно!
— Девочка, не приходите в такое возбуждение.
— Тогда не обращайтесь со мной как с ребёнком, мистер Ковингтон! И пожалуйста, не называйте меня больше «девочкой»!
Через час судно стало на якорь, и первая шлюпка, с властной фигурой на носу, миновала полосу прибоя и подошла к берегу.
— Клянусь Богом, Ковингтон, вы — крепкий орешек! — воскликнул Флинт, спрыгивая с лодки и шагая по колени в воде к губернатору, чтобы пожать ему руку. — А я прибыл с порохом и провизией, чтобы помочь вам сражаться, да ещё с новостями из Калькутты!
Аркали подошла к нему, так что морская вода намочила её платье.
— Вы, сэр, оказались честным человеком!
— А, что я вижу! Приятно, когда тебя приветствует такая девушка, как Аркали Сэвэдж. Значит, ты всё же добралась до Сен-Дэвида.
— Да, сэр честный человек. Такой же честный, как любая карта в колоде, когда из неё вынуты короли. То есть как валет[72], сэр!
— Вот так обвинение!
— Да. Потому что Хэйдена не оказалось здесь! Он не был здесь никогда. И вы знали это! Вы солгали мне!
— Спокойно, девочка.
— Вы солгали мне! Чтобы заполучить серебро!
Она ударила его по лицу и отклонилась, чтобы ударить ещё раз, но он схватил её за руку.
— Ты что, даже не хочешь узнать о своём отце?
Один из людей Флинта по его знаку обхватил её за талию.
— Отпустите меня!
— Да, оставь её.
Матрос послушно опустил Аркали во вздымающийся прибой. Она встала на ноги, вымокшая по пояс.
— Дела твоего отца налажены в Бенгале, и я продолжаю поддерживать старую фирму, пока Чарльза удерживают в Мадрасе. Ты должна быть благодарна мне.
— Вы сознательно оставили его там! На милость французам. Вы...
— Ну, ну. Этого ты не можешь сказать. Он сделал ставку на то, что Ла Бурдон даст ему старый шлюп, с тряпкой вместо паруса, чтобы он вместе Мадрасским советом мог добраться до Калькутты. Это была его ошибка, не моя.
— Вы обставили моего отца! — сказала она. — Ла Бурдон изменил своё решение относительно шлюпа потому, что вы выкрали «Удачу».
— Вернул себе. И хорошо сделал, потому что теперь ты можешь сегодня же пообедать сочной свиной отбивной со старым портвейном вместо акульей солонины и пива. Если примешь моё приглашение.
— Обедать с вами, бесстыжий барышник? Лучше я буду есть сухари и пить морскую воду!
— Хорошо, я прикажу поварам выполнить твой заказ.
Люди Флинта засмеялись. Уходя, он оглянулся и увидел её щёки, горевшие от унижения. «Клянусь Богом, она выправляется, — подумал он. — Когда я видел её последний раз, она была не в себе». Затем он подумал: настало ли время сказать ей, что в действительности случилось с Хэйденом?
Флинт немедленно направился вместе с Ковингтоном в резиденцию губернатора. За ними следовал Сен-Дэвидский совет, подобно стаду гусей в чёрных пиджаках.
Они удалились в столовую. Ковингтон приказал принести хорошее неоткупоренное бренди и изложил ситуацию, как он её себе представлял. Флинт слушал в молчании, раскуривая ароматный черут; затем настал его черёд высказаться.
— К заливу следует небольшая эскадра Королевского флота под командованием коммодора Гриффина. Это не такой трус, как Эдвард Пейтон, но он и не Кэртис Барнет. Я не верю, что у него хватит сил вернуть Мадрас, но есть, по крайней мере, надежда, что французам никогда не взять Сен-Дэвид. Если, конечно, эскадра прибудет.
Он втянул воздух сквозь зубы и продолжил:
— Теперь, если Ла Бурдон останется на своей базе в Бурбоне, Дюплейкс не получит подкрепления, если Адмиралтейство будет издавать разумные приказы, а Гриффин окажется более решительным человеком, чем полагают некоторые в Калькутте, у нас может появиться шанс взять Пондичерри.
Они были в восторге от этого, но он охладил их пыл:
— Для этого ещё слишком много «если». Но ваша задача — удерживать Сен-Дэвид.
— Будьте уверены, мы сделаем всё, что в наших силах, мистер Флинт, — сказал Ковингтон, воодушевлённый тем, что услышал. — Мы здесь не для того, чтобы отдать французам имущество компании за здорово живёшь. Нет, сэр!
Позже, беседуя с Флинтом наедине, Ковингтон, осторожно кашлянув, высказал нечто неопределённое относительно возможности отправки людей на поиски Хэйдена.
72
Валет — кроме карточной фигуры, также — слуга и мошенник.