Активно сотрудничал Тодорский в ежемесячном журнале «Под знаменем Ильича» – органе партийного бюро и отделения военно-научного общества академии. На страницах этого издания были опубликованы его воспоминания о ликвидации контрреволюционного мятежа в Дагестане и разгроме басмачества в Фергане[246]. В статье Тодорского «Итоги и задачи партработы» отмечалось укрепление большевистского единства партийной организации академии. Ярким свидетельством этого, подчеркивал автор, служит факт единодушного отпора, данного ячейкой «новой оппозиции»[247].
В июле 1927 года Тодорский успешно окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе и выехал в Бобруйск, в штаб 5-го стрелкового корпуса, командиром и комиссаром которого он был назначен.
С первых дней пребывания в войсках Белорусского военного округа Тодорский уделял первостепенное внимание повышению боеспособности вверенных ему частей, воспитанию бойцов и командиров в духе беспредельной преданности социалистической Родине, постоянной готовности к защите завоеваний революции.
По воспоминаниям боевых соратников, Тодорского отличали качества военачальника нового типа. Характерными чертами его военной деятельности являлись способность потребовать от подчиненных мужества и стойкости, высокая личная храбрость, умение найти верное решение в использовании войск, забота о подчиненных, активное участие в партийно-политической работе.
Тодорский предпочитал живой контакт с людьми кабинетному руководству и, объезжая воинские части, всегда находил время побеседовать не только с командирами, но и с рядовыми красноармейцами. Многих поражала такая черта характера Тодорского-командира: он терпеть не мог, когда его приказы выполнялись слепо, механически. Всегда, когда позволяли условия и время, в дополнение к приказу, ставившему полку или бригаде новую задачу, следовало подробное разъяснение командира корпуса в ходе личной беседы или по телефону. Александр Иванович не только командовал, но и учил подчиненных основам военного искусства.
Велико было чисто человеческое обаяние Тодорского. Общение с ним оставляло глубокое и сильное впечатление. Прославленный командир Красной Армии, герой гражданской войны, он был для красноармейцев человеком из легенды. Людей привлекала к нему жизнерадостная общительность, приветливое лицо, добрая, обезоруживающая улыбка. Кое-кого эта улыбка вводила порой в заблуждение относительно характера Тодорского. Дело в том, что при всей своей неизменной доброжелательности он был очень требовательным командиром и отличался исключительной требовательностью к себе.
В ноябре 1927 года 4-я Бобруйская окружная партийная конференция избрала Тодорского делегатом XV съезда ВКП (б). Высший форум коммунистов проходил в период, когда страна приступала к социалистической реконструкции народного хозяйства на новой технической основе, к подготовке наступления социализма по всему фронту. Тодорский, как и другие делегаты съезда, горячо приветствовал политическую и организационную линию ЦК, курс партии на коллективизацию сельского хозяйства. Всем сердцем воспринял он указание съезда о необходимости вести дальнейшую работу на основе непрерывного укрепления обороноспособности страны, мощи и боеспособности Рабоче-Крестьянской Красной Армии, Воздушного и Морского Флотов[248].
После года командования 5-м стрелковым корпусом Тодорский был выдвинут на более высокую должность. В аттестации на него, подписанной командующим войсками Белорусского военного округа А. И. Егоровым и членом Реввоенсовета округа С. Н. Кожевниковым, отмечалось: «Громадный боевой опыт и командный стаж, отличное и твердое знание военного дела и его исторических основ, активная партийно-политическая работа, энергия и неутомимость в работе, образцовая дисциплинированность, такт и выдержка во взаимоотношениях, уменье с необходимой глубиной и заботой охватить все стороны учебы, жизни и быта войск корпуса дали возможность товарищу Тодорскому поставить боевую подготовку частей на должную высоту и зарекомендовать себя как крупного по компетенции, талантливого и с огромным авторитетом командира РККА. Высший партийный орган Белорусской ССР ЦК КП (б) Белоруссии избрал его в свой состав. Как командир-единоначальник товарищ Тодорский является одним из наиболее ярких и активных работников. Все указанные качества не только позволяют считать товарища Тодорского вполне соответствующим занимаемой должности, но и с полной ответственностью диктуют необходимость выдвинуть его вне очереди на должность помкомвойсками округа или начальника штаба округа». В этой аттестации, писал Маршал Советского Союза В. Д. Соколовский, пожалуй, наиболее ярко суммированы качества, характеризовавшие Тодорского на протяжении всей его службы в Красной Армии[249].
В ноябре 1928 года Тодорский был назначен помощником командующего Белорусским военным округом. А через год с небольшим Александр Иванович покинул полюбившуюся ему Белоруссию в связи с новым назначением: в январе 1930 года он был переведен в Москву на должность начальника Управления военно-учебных заведений Наркомвоенмора СССР.
Вопросы совершенствования подготовки командиров Красной Армии давно интересовали Тодорского. Еще в середине 20-х годов он выдвинул ряд конкретных предложений на этот счет. Подытоживая их, он писал: «В будущую войну общевойсковой начальник должен вступить не как ученик, а как мастер своего дела, иначе он не выполнит своего высокого назначения»[250].
Встав во главе Управления военно-учебных заведений, Тодорский настойчиво добивался повышения уровня руководства военными школами со стороны командования и политорганов. По его инициативе военные школы сделали крутой поворот от мертвого академизма к учебно-боевой работе, основанной на практически-прикладном методе в классе и на практике в полевых условиях, близких к боевым.
Горячо отстаивал Тодорский мысль о том, что командир Красной Армии – это не просто специалист в той или иной области военного дела, но и человек, мыслящий военными категориями, не представляющий для себя другого поприща, кроме военной службы. В связи с необходимостью подготовки таких командиров Тодорский выдвинул идею создания военных училищ, куда принимались бы школьники начиная с младших классов. «Суворовскими, – вспоминал Александр Иванович, – такие училища назвали уже без меня, но основы их организации – те же, что были предложены мною. Впрочем, и я заимствовал многое из практики прежних кадетских корпусов, откуда вышло немало отличных офицеров русской армии».
После того как в редколлегию журнала «Военный вестник» был включен А. И. Тодорский, в журнале организуется специальный вузовский отдел, что способствовало широкой общественной проработке вопросов, связанных с деятельностью военных школ.
Размышляя об особенностях будущей войны с агрессивными силами империализма, Тодорский подчеркивал необходимость технического переоснащения Красной Армии и усиления в ней партийно-политической работы[251]. Первостепенную роль в освоении новой техники, совершенствовании в войсках партийно-политической работы играли выпускники военных школ, подготовка которых в 30-х годах заметно улучшилась.
Особое место в военной биографии А. И. Тодорского занимает работа в Военно-воздушной академии имени профессора Н. Е. Жуковского.
Назначение Тодорского, общевойскового командира, начальником и комиссаром ВВА не было случайным. Маршал авиации С. А. Красовский вспоминал, что уже в 1922 году в Баку Александр Иванович «питал слабость к авиации». Огромное влияние на Тодорского оказали лекции и труды М. Н. Тухачевского о характере будущей войны – войны моторов, танков и авиации. Но дело, конечно, было не только в личном пристрастии Тодорского к авиации. Главное заключалось в другом.
246
См.: Тодорский А. Управление сверху отдельно действующей группой войск: (Два примера гражданской войны). – Под знаменем Ильича, 1925, № 8, с. 115-122.
247
См.: Тодорский А. Итоги и задачи партработы. – Под знаменем Ильича, 1926, № 5, с. 3.
248
См.: Пятнадцатый съезд ВКП(б): Стенографический отчет, ч. II. М., 1962, с. 1431, 1536.
249
См.: Соколовский В. Боец и военный писатель, с. 59.
250
Тодорский А. Подготовка общевойсковых начальников. – Война и революция, 1925, № 6, с. 76.
251
См.: Красная звезда, 1930, 3 апреля, № 77.