Тепло и сердечно встретили посланцев советских республик москвичи. Обстановка в столице в эти дни была праздничной. Повсюду слышалась разноязыкая речь. Между шинелями и бушлатами мелькали бекеши, полушубки, красочные национальные одежды. Перед делегатами выступали видные партийные, советские и военные деятели К. Е. Ворошилов, М. И. Калинин, Г. И. Петровский, И. В. Сталин и другие. Они рассказывали о предстоящем съезде, отвечали на многочисленные вопросы.
![С винтовкой и пером pic24.jpg](https://litlife.club/books/297032/read/images/pic24.jpg)
23 декабря открылся X Всероссийский съезд Советов. Его участники и гости чувствовали, что находятся накануне события исторического значения. Съезд единогласно принял предложение республик Закавказья, Украины и Белоруссии об объединении с РСФСР в единое союзное государство. По воспоминаниям Тодорского, съезд противопоставил ожесточенной борьбе капиталистических государств за территории, за колонии, за источники сырья и рынки сбыта сильнейшую тягу к объединению трудящихся советских республик, рабочих и крестьян разных народов, их растущие единство, солидарность и братство[205].
На съезде Тодорский вновь встретился с прославленными полководцами М. В. Фрунзе и М. Н. Тухачевским, многими видными военачальниками. Боевым соратникам было что вспомнить, о чем рассказать друг другу: за короткое время произошло столько значительных событий, было выиграно немало трудных сражений.
Настроение у Тодорского было радостное, приподнятое. Это объяснялось еще и тем, что впервые за последние несколько лет он приехал с дальнего юга на север, ближе к родным местам, к городу Твери, к Весьегонскому уезду, по которым соскучился. После съезда он побывал в родном селе Деледине. Прибыл на родину уже не холостяком, а с молодой женой и маленькой дочкой.
Тодорский, как и другие делегаты, с нетерпением ждал начала работы I Всесоюзного съезда Советов. И вот этот день настал. 30 декабря 1922 года зал Большого театра выглядел особенно нарядно и торжественно. По поручению конференции полномочных делегаций республик съезд открыл один из старейших членов партии П. Г. Смидович. Заканчивая свое краткое выступление, он провозгласил: «Да здравствует учреждаемый ныне Союз Советских Социалистических Республик!..» Трудно передать, что творилось в зале. Его своды буквально потряс шквал оваций. Все встали и дружно запели «Интернационал».
Почетным председателем съезда был избран Ленин. Из-за болезни Владимир Ильич не смог участвовать в работе съезда, но делегаты знали, что именно он является вдохновителем и творцом добровольного равноправного объединения советских республик.
Съезд рассмотрел и принял Декларацию и Договор об образовании Союза ССР. С предложением по этому вопросу от имени всех делегаций выступил М. В. Фрунзе. Главнокомандующий всеми вооруженными силами республики С. С. Каменев передал приветствие съезду от Красной Армии. От трудящихся Закавказья выступил С. М. Киров. В зале царила напряженная, взволнованная тишина. Делегаты с огромным вниманием слушали ораторов, их страстный призыв к объединению народов в единую братскую семью.
Благодаря тщательной подготовке, работа I съезда Советов СССР продолжалась чуть более трех часов. Но и после его завершения делегаты долго не расходились. Переполненные радостными чувствами, они обменивались рукопожатиями, пели революционные песни, рассказывали о первых успехах в строительстве новой жизни. Для каждого из делегатов съезд Советов имел огромное идейное значение, стал практической школой по усвоению ленинской национальной политики. «Богатые политические итоги съезда, – отмечал Тодорский, – особенно помогли нам, военным посланцам Советской России, успешнее и плодотворнее работать в национальных районах Советского Союза. Лично я глубокое влияние I Всесоюзного съезда Советов всегда ощущал в своей последующей военно-политической работе в Армении, Азербайджане, Грузии, Узбекистане, Киргизии и Таджикистане»[206].
Герой Ферганы
Весной 1923 года по рекомендации Г. К. Орджоникидзе Тодорский был направлен в Туркестан. В этом обширном крае гор, пустынь и долин все еще продолжалась кровопролитная борьба с басмачеством – контрреволюционным движением баев-феодалов, местной буржуазии и реакционной части мусульманского духовенства, опиравшимся на помощь из-за границы. Особенно бесчинствовали басмачи в Ферганской долине. Английские и американские империалисты, учитывая близость Ферганы к китайской и индийской границам, стремились при содействии басмачей подавить здесь Советскую власть и отторгнуть этот богатый район от Советской Республики. К началу 1920 года Ферганский фронт стал в Средней Азии одним из главных[207].
Басмачи наносили огромный вред мирному социалистическому строительству в Туркестане. Активный участник борьбы с басмачеством, впоследствии прославленный узбекский хлопкороб, трижды Герой Социалистического Труда Хамракул Турсункулов вспоминал: «Фергана – жемчужина Средней Азии, представляла в ту пору страшную картину. Басмачи опустошили цветущую долину. Куда ни посмотришь, всюду разрушенные хлопковые заводы, кибитки и целые кишлаки. Более 100 тысяч хозяйств лишились лошадей, скота, жилищ. Многие водозаборные и регулирующие сооружения были разрушены, а ирригационная сеть запущена»[208]. По состоянию на 1 мая 1922 года в Ферганской области из 180 хлопкоочистительных заводов считались действующими всего 4. Из 18 маслозаводов не работал ни один. К 1923 году посевы сельскохозяйственных культур в долине сократились на 75 процентов, а посевы хлопчатника – в 10 раз[209].
В годы гражданской войны Красная Армия разгромила сотни бандитских шаек. Однако в начале 1923 года басмачество в Фергане вновь усилилось. Лишь в окрестностях Андижана и Намангана действовало свыше 3 тысяч басмачей[210]. Вооруженные одиннадцатизарядными английскими винтовками и карабинами, конные отряды басмачей представляли грозную силу. Они неожиданно обрушивались из труднодоступных укрытий на красноармейские гарнизоны, терроризировали население, вырезали и выжигали целые кишлаки. В этих условиях VII съезд Компартии Туркестана, состоявшийся в марте 1923 года, постановил добиться в течение очередной летней боевой кампании уничтожения ферганского басмачества[211].
Всемерную помощь войскам Туркестанского фронта и трудящимся края оказывали Центральный Комитет партии и Советское правительство. В Среднюю Азию были направлены 6-я отдельная Алтайская кавалерийская бригада, 17-й Нижегородский отдельный кавалерийский полк и другие воинские части и подразделения[212]. Особое значение придавало Советское правительство ликвидации бандитских шаек в Фергане. В приказе Реввоенсовета республики о назначении А. И. Тодорского командующим и членом РВС войск Ферганской области подчеркивалось, что задача истребления басмачества в основном хлопководческом районе страны должна быть решена в самый кратчайший срок[213].
Имея сведения о неблагополучии в руководстве борьбой с басмачеством, Центральный Комитет партии создал комиссию для налаживания дела во главе с Главнокомандующим всеми вооруженными силами республики С. С. Каменевым. 24 мая 1923 года комиссия прибыла в Ташкент. Вместе с главкомом в Туркестан приехал и Тодорский.
С первых дней пребывания в Средней Азии Тодорский тщательно изучал политическое, экономическое и военное положение в Фергане, особенности быта и нравов местных народов. В Коканде, где располагался штаб Ферганской группы войск, на станции Тодорского встречал начальник штаба В. Д. Соколовский. Впоследствии он писал: «Мы быстро сработались. Он оказался как раз тем командующим, какого нам так не хватало: хорошо знает военное дело, имеет приличный боевой опыт, и, что также немаловажно, культурен и очень внимателен к окружающим»[214].
205
См.: Калининская правда, 1972, 13 декабря, № 287.
206
Там же.
207
См.: Белоножко С. Е. На самых южных рубежах. Ташкент, 1978, с. 58.
208
Турсункулов X. Страницы жизни. Ташкент, 1964, с. 44-45.
209
См.: Зевелев А. И., Поляков Ю. А., Чугунов А. И. Басмачество: возникновение, сущность, крах. М., 1981, с. 95.
210
См.: Бабаходжаев А. X. Провал английской политики в Средней Азии и на Среднем Востоке (1918-1924). М., 1962, с. 135.
211
См.: Резолюции и постановления VII краевого съезда КПТ. Ташкент, 1923, с. 5.
212
См.: Краснознаменный Туркестанский. М., 1976, с. 112.
213
ЦГАСА, ф. 5, оп. 1, д. 144, л. 79.
214
Соколовский В. Боец и военный писатель, с. 53.