Чтобы его слова лучше дошли до разбойника, он приставил к его боку револьвер.
— Отпусти! — прогудел бандит. — За что ты меня арестовываешь?
— По тебе давно виселица плачет, — ответил полицейский, — ты можешь выбирать прямо сейчас — или расскажешь все о связях майора с бандой, или я отправлю тебе обратно в дом, но оттуда ты живым уже не выйдешь. Бахрат уберет тебя, как единственного свидетеля.
Разбойник соображал достаточно быстро:
— А если я заговорю, что это меняет?
— Я отвезу тебя в окружную тюрьму, там майор тебя не достанет, и помогу избежать виселицы, как явившемуся с повинной.
— Хорошо! — воскликнул бандит. — Я согласен, я все расскажу! Только, смотри, не обмани!
Глава сорок первая
Голова Басанти кружилась после удара о землю, она еле стояла, а тут еще солнце пекло, превращая воздух в дрожащее марево. Габбар сидел в тени скалы, с интересом наблюдая за пленницей. Если его план сработает, вскоре здесь должен появиться один из наемников Тхакура или, что скорее всего, сразу оба. Ожидание затягивалось, и Габбар решил немного развлечься — сегодня хороший день.
— Эй, Гамба! Ты не знаешь, как жители Рамгара растят своих дочерей? — Главарь встал и лениво подошел к девушке. — Они вырастают такими хорошенькими. — Он обошел вокруг нее. По отвратительной физиономии Габбара расплылась сальная улыбка. — Посмотрите только, какие стройные ножки, какая фигура!
Девушка пошатнулась. Вокруг нее стояли ухмыляющиеся головорезы, на их свирепых лицах не было никакой жалости.
— Я ее хорошо знаю, командир, — крикнул Гамба. Он стоял на огромном камне, охраняя вход в лагерь. Главарь приказал всем быть наготове — он не любил неожиданностей. — Вы бы посмотрели, командир, как она танцует! Лучше нее нет во всем Рамгаре!
— Да? — удивился Габбар. — Это хорошо. Вот мы и посмотрим на ее искусство. — Он взял девушку за плечо. — Ну, продемонстрируй нам, как ты танцуешь!
Басанти отдернула руку. Это рассердило разбойника. Он привык к тому, что его боялись, дрожали при одном имени, а пленница, которая и на ногах-то не стоит, даже не испугалась знаменитого Габбар Сингха.
— Хватит ломаться, — прошипел главарь, — ты разве не знаешь, кто я такой? Не знаешь, что я делаю с непокорными? Я могу снять с тебя твою нежную кожу, понятно? Никто еще не смел идти против Габбара! Ты покоришься мне и будешь делать все, что я тебе прикажу!
Злодей схватил девушку за волосы, так что она вскрикнула от боли, и попытался поставить ее на колени.
— Не смей! — раздался гневный крик.
Несколько разбойников вели скованного цепями Виру, с трудом его удерживая.
— А, — ухмыльнулся главарь, — ты наконец пожаловал. Заставляешь себя ждать!
— Виру! — воскликнула девушка.
— Постой, не торопись, — сказал Габбар, отшвырнув ее, — еще успеете наговориться. На том свете!
— Басанти!
Пленный рванулся к любимой, и даже оковы не смогли удержать его порыва: отлетел в сторону один разбойник, сжимая в руках ненужную цепь, другой повалился навзничь, закрывая разбитое лицо.
— Басанти! — неистово кричал Виру.
Он взмахнул цепью, набросившиеся было головорезы рассыпались, кто куда. Виру, как тигр, прыгнул к Габбару, и ничто, казалось, не могло его остановить. Главарь уже чувствовал, как свистящая цепь раскраивает ему голову. Быстрая звериная реакция спасла его и на этот раз. Молниеносно выхватив револьвер, Габбар, однако, не стал стрелять в нападающего — понял, что смерть придет к Виру лишь после того, как он убьет его.
— Стоять! — заорал Габбар. — Стоять! Я убью ее! — главарь приставил дуло револьвера к виску девушки. — Стой! Иначе я прострелю ей голову!
Виру замер на месте — убийца переиграл его, и нет другого выхода, как бросить оружие. Увидев замешательство пленного, какой-то ловкий бандит подскочил к нему и изо всей силы ткнул стволом винтовки в живот.
Несчастная Басанти видела, как на упавшего любимого набросились бандиты, словно стая шакалов, и принялись катать его ударами сапог.
— Прекратите! — взмолилась она.
— Ему полезно будет вправить мозги, — рассмеялся Габбар, убирая револьвер, — может быть, хотя бы перед смертью поумнеет.
Некоторое время он с одобрением смотрел на избиение. Заметив, что девушка в отчаянии закрыла ладонями глаза, подскочил к ней, схватил за волосы и приподнял ее:
— Смотри! Смотри и запоминай, что бывает с теми, кто пытается оказать сопротивление Габбару! — Лицо главаря страшно исказилось, превратившись в чудовищную маску. — Я могу забить до смерти твоего жениха!
— Прекратите, — еле слышно пробормотала Басанти, закатывая глаза перед обмороком. Но злодей не собирался так быстро заканчивать свое развлечение.
— Эй, хватит! — отдал он приказ. — Вы убьете его! — Бандиты послушно остановились. — Привяжите этого парня, нашу подружку облейте водой, а то ей стало душно!
Разбойники подхватили Виру, мотающего головой, подтащили к двум каменным столбам со вделанными чуть выше человеческого роста кольцами, и привязали, как когда-то Тхакура, с трудом приподняв тяжелое тело.
На Басанти вылили ведро воды. Она открыла глаза, захлебываясь. Мутные струи растекались с шипением по раскаленной земле. Виру был так избит, что и на него пришлось плеснуть из ведра, только тогда он очнулся и посмотрел на любимую, ободряюще улыбнувшись ей разбитыми губами.
Терпеливо ожидающий Габбар, прихлебывая холодный щербет; подошел к пленному.
— Ты часто огорчал меня, — вкрадчиво сказал убийца, мягко прохаживаясь перед пленным. — Ты досаждал Мне, вместе со своим дружком расстраивал мои планы… Теперь этому пришел конец. Слышишь ты? Конец! — Злобно расхохотавшись, Габбар приказал своим подручным: — Поставьте эту девчонку на ноги, пусть ей будет хорошо видно!
Разбойники быстро выполнили команду. Где-то в горах, совсем рядом, послышалось протяжное воронье карканье. Черная птица сорвалась со скалы и закружила над лагерем, вскоре к ней присоединилась другая, и вот уже целая стая зловещих предвестниц смерти захороводила в выжженном небе.
— Пусти ее, — пробормотал Виру.
— Что? — приложил ладонь к уху главарь. — Что ты сказал? Я тебя не слышу, — издевательски ухмыльнулся он. — Ты хочешь о чем-то меня попросить?
— Отпусти… девушку… — выдавил пленник.
— Ах вот как, ты просишь меня отпустить эту красотку! Уж не влюблен ли ты в эту ведьму?
Виру дернулся, но цепи держали его прочно, распяв между столбами.
— Ты самый большой негодяй, которого я видел!
— И никогда не увидишь!
Подняв остро отточенный тесак, прислоненный к столбу, убийца взвесил тяжелый клинок, прикидывая, куда ударить. Он решил ударить в шею возле ключицы.
— Да, — вслух размышлял Габбар, — с одного раза не получится. Справа, слева, а потом еще раз справа, и ты станешь гораздо короче…
Покосившись на Басанти, главарь не спеша поднял тесак. Встретив твердый взгляд пленника, он рассвирепел и вскрикнув:
— Получай! — опустил стальное лезвие.
— Нет!
Голос Басанти прозвучал с таким отчаянием, что рука Габбара остановилась в дюйме от шеи жертвы. Новая идея пришла в голову палачу.
— Пожалуй, не стоит так быстро и легко тебя убивать. — Он бросил тесак, обернулся и посмотрел на девушку. — Как она тебя любит! — Подойдя к Басанти, он довольно рассмеялся. — О, как она тебя любит. Гамба! — рявкнул главарь.
— Слушаю, командир.
— Возьми винтовку и наведи на цель, а целью будет он, этот влюбленный.
Гамба вскочил с места и навел винтовку на Виру. Расположившись на огромном валуне напротив Виру, стрелок мог бить в любую часть тела своей жертвы. Этого и хотел главарь.
— Ты будешь стрелять сначала в колено, потом в руку, потом в живот, в грудь, в голову, и последний выстрел — в его влюбленное сердце!
— Я готов, командир.
— Хорошо. — Габбар схватил девушку и прошипел ей в лицо: — Послушай, красавица, жизнь твоего жениха зависит только от тебя. Если ты не хочешь, Чтобы Гамба застрелил его, танцуй для нас!