Скалистые берег острова взорвался тысячами обломков. Скалы сносило как соломенные хижины, орудия и маги били изо всех сил. Но неизвестный враг явно рассчитывал на подобный приём, потому что обстрел флота и императора начался со всех сторон. Амулеты связи адмирала взрывались от сообщений, капитаны сами принимали командование и отвечали врагу, начался хаос.
— Адмирал, транспортные суда атакованы! — Воскликнул один из помощников командующего. — Они запрашивают помощь магов!
— Боги… — устало выдохнул адмирал, — помогите нам. Старпом, прикажите всем судам действовать самостоятельно! Фрегату «Калёный» — на всех парусах к группе транспортных судов! Не допусти боги, хоть одно судно потонет!
— Адмирал, армия укрепилась на берегу! — Доложился старпом. — Потери есть, но в рамках разумного!
— Пусть фрегат всё равно поддержит войска. — Ответил адмирал. — Что там с императором?
А император тем временем с трудом сопротивлялся натиску врага. Десятки сильных и точных ударов заставили мощную защиту трещать по швам, и Глеб Белый Волк, стиснув зубы, старательно выдумывал, что сделать. Атаковать нельзя, ибо из-за постоянных вспышек ничего не видно, а любой удар может задеть своих.
— Точно! — Вдруг воскликнул император и убрал левитацию. Ускоряя падение, он перевернулся вверх ногами и взорвал сверху воздушное заклинание.
Перехватив меч обеими руками, император сконцентрировал мощное заклинание молнии в клинке и скрылся за кромкой воды. Многие увидели, как из морских пучин, на время осушенных, вверх взметнулись несколько молний. Глеб Белый Волк вонзил свой клинок в чудовище, поджарив его мощным разрядом.
Скатившись с замершей туши, воняющей жареной рыбой, император взлетел, не желая топтать мокрое дно. Чудовище, распластавшееся по мокрому дну, ещё дёргалось, но это были лишь остатки электрического заклинания.
Использовав простое заклинание, прогнавшее головокружение, Глеб приготовился взлететь вверх и вступить в бой с врагами. Сконцентрировав под ногами заклинания, он активировал их.
— Аргх! — Прокряхтел Глеб от боли, упав на мокрое дно. Из ноги торчало чёрное древко обсидиановой стрелы, мгновенно разрушившей все заклятия.
Из тела акулы, вскрывая чудовище своими ужасающими чёрными клинками, больше похожими на слегка выпрямленные серпы с широким лезвием и зубцами, стали вылезать воины в чёрной броне. Их броня была лёгкой, а сами воины были худощавы, так что морское дно без проблем приняло их.
Воины выходили один за другим и окружали пытавшегося встать императора. Некоторые, с арбалетами и луками наготове, целились и тут же стреляли в беззащитного без магии Глеба. Они не старались его убить, нет, они калечили его. Стрелы вонзались в руки и ноги, пробивая кости, разрывая мышцы. Дар Хранительницы, подаривший императору невероятную регенерацию и живучесть, едва справлялся с отравляющим действием обсидиановых наконечников.
После того, как полсотни воинов, явно ждавших именно такого развития события, окружили императора, всё ещё сохранявшего ясность ума, из акулы в полупрозрачном шаре вылетел заклинатель. Это был остроухий эльф неопределённого возраста, чья кожа была угольно-чёрной, с прожилинами лавово-красного цвета. Одежда была непохожа на мантии заклинателей и больше напоминала костяные наросты костяного цвета, без единой щели, и только посох в руках странного эльфа (а это был точно эльф!) выглядел обычно. По крайней мере сияющий кристалл на длинном древке был похож на магический посох.
— Лжеимператор Глеб Белый Волк, за свои преступления против священного эльфийского королевства ты, словом великого Патриарха и Владыки, приговорён к смерти. — Голос у эльфа не был человеческим, и больше напоминал глухое рычание. — Что ты хочешь сказать перед смертью?
— Вы как обычно слишком много болтаете. — Процедил Глеб и оскалился.
Из земли под воинами вырвался камень, который подобно одеялу обволок всех воинов до пояса и застыл, намертво сковав беззащитных эльфов. Эльфа-заклинателя камень тоже сковал, но под взглядом красных глаз он раскалился и разлетелся облаком осколков.
Глеб вырывал из своего тела болты и стрелы и выпрямлялся, чувствуя, как тело стремительно восстанавливается. Мысленно произнеся «Спасибо!», он взял крепче свой меч, стараясь не слушать хруст вправляемых костей. Последний чёрный болт упал на песок, и мощные потоки энергии обволокли тело императора.
— Проклятые Хранители! — Процедил эльф, взмахнув посохом.
Он вспыхнул огнём, и мощный поток огня прокатился по дну. Хранители среагировали быстрее потрёпанного Глеба и собрали водяной купол вокруг него, а пламя тем временем прокатилось по всему осушенному заливу, подпалив тушу акулы и разрушив сковавшие воинов камни. Хотя многие из них и сами выбрались, ведь движимый магией камень не смог везде плотно скрепиться.
— Вы, эльфы, всегда нападаете толпой? — Ухмыльнулся Глеб и взмахнул рукой.
Из каменных скал, сдерживавших потоки воды вокруг места битвы, показались десятки длинных острых шипов. Они замерли, ожидая своего часа, и император не заставил себя долго ждать.
Два шипа стремительно полетели в заклинателя. Тот сделал небрежный взмах рукой, и шипы взорвались расплавленными ошмётками. Глеб молча проследил за этим и спросил:
— С каких пор эльфы так полюбили магию огня?
— Не задавай вопросов. — Ответил скупо эльф и ударил огненным лучом почти белого цвета.
Глеб не зря лично тренировал Исмину, «рождённую в пламени», которую никто не превзойдёт в способностях к магии огня. За это время он очень хорошо научился справляться именно с этой школой, а также сам наловчился пользоваться огнём. И потому поток огня встретился с воздушной стеной, построенной клином. Огонь полетел за спину Глеба, ударив приготовившихся к атаке чёрных воинов. Неуязвимость к магии от чистого огня не спасает, так что два воина уже выбыли из боя и мгновенно.
— Обожаю динамику! — Яростно произнёс Глеб и закружился в смертоносном танце.
Делая куда-то шаг, он одним заклинанием укреплял себе опору, а другим делал зыбкой почву под ногами ближайших воинов. Чувствуя поддержку Хранителей воздуха, которые ускоряли Глеба, и Хранителей воды, что размывали дно под ногами врагов, император вошёл в раж.
Он скрещивал клинок с чёрными воинами и параллельно бился с эльфом. Заклинатель пробовал самые различные заклинания, но они все были школы огня, что существенно помогало Глебу. На дне глубокого залива, в окружении воды и могущественных в своей стихии Хранителей, он успешно сопротивлялся натиску со всех сторон.
Каждый удар клинка сминал обсидиан, оставляя смертельные раны. Без магии в мече разрубать врага не получалось, но сила Глеба делала своё дело. Чёрные воины падали один за другим и быстро тонули в зыбком дне, навечно скрываясь от мира в объятиях кровожадных Хранителей.
— Ощути настоящую боль! — Рычал разъярённый император, чувствуя, как все эмоции, сжигавшие его душу все последние дни, сливались с магической энергией, выплёскиваясь в заклинаниях ужасающей мощи.
Не все чёрные доспехи могли полностью разрушить заклинания, и потому чёрные воины один за другим падали замертво. Глеб не забывал и про каменные шипы, которые перекрёстным огнём выкашивали противника. Чёрных воинов почти не осталось.
— Ты знаешь, что я ощутил в тот день? — Спрашивал громким голос Глеб, приближаясь к эльфу-заклинателю. Тот бил раскалёнными камнями, но взбешённый император сконцентрировал вокруг себя столько энергии, что отбивал удары рукой. — Ты и твои проклятые сородичи лишили меня того, что я любил! Вы ведь этого добивались с самого первого дня, как я попал на Лайдайу, да?! Но вы жестоко во мне ошиблись. Я лишил твоего патриарха его любимого сыночка, и я лишу вас всех самого дорого, что у вас есть!