Поначалу я сфокусирована на Эване, но чувствую, как Спенсер наблюдает, и, в конце концов, не могу не посмотреть на него. Он смотрит прямо на меня, словно ждал моего взгляда, чтобы встретить его, с тех пор как пришел. Я создаю видимость полного безразличия, в то время как мой живот скручивает, а затем возвращаю свое внимание обратно на Эвана, который находится в самом разгаре своего рассказа о Таиланде. Краем глаза замечаю, что стакан с пивом медленно движется к губам Спенсера, а затем также медленно возвращается на барную стойку. Но взгляда он так ни разу и не отвел от меня.
Мэгс и Уилл прекратили беседу, в которой участвовали, и присоединились к нам. Уилл, кажется, довольно хорошо знает Эвана, хотя, чувствую, что он держит его на расстоянии вытянутой руки. Но я достаточно дружелюбна и спокойно пью, проверяя иногда, ушел ли мой наблюдатель.
Конечно же, он не ушел. Он никогда не уйдет.
Четыре бокала вина спустя мне нужно пописать. Но, конечно, в конце зала рядом с туалетами огромные очереди.
Я ставлю свой бокал на стойку и бурчу Мэгс:
— Собираюсь в туалет.
— Ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает она.
— Да, я в порядке, вернусь через секунду.
Сделав глубокий вдох, беру себя в руки и пытаюсь не бежать, хочу непринужденно с важным видом пройти мимо него. Все идет хорошо, пока Спенсер не протягивает руку и не хватает мою, потянув меня так, что я вынуждена сделать шаг в его сторону.
— Не делай этого, — в его голосе присутствует безошибочная мольба, и во мне вспыхивают искры злости.
Выдергивая руку, я рычу:
— Чего не делать, Спенсер?
Он вздыхает.
— Просто не…
Я перебиваю его:
— Не делать чего? Не наслаждаться жизнью? Потому что последний раз, когда я проверяла, ты наслаждался ею с кем-то. Так что, думаю, я буду делать то же самое.
Он вновь хватает мою руку, крепко держа ее.
— Но не с ним, — он проводит большим пальцем по моим костяшкам, а я не обращаю внимания на дрожь, которая охватывает меня.
— Какая тебе разница, с кем я буду?
Он открывает рот, чтобы попытаться оправдать себя, но останавливается. Он выглядит грустным. Не заметила этого, когда впервые посмотрела в его сторону, но это так. Спенсер опускает плечи, и поражение окутывает его. Моя рука выскальзывает из его, когда он сдается. Неспособная оставить его там, даже при том, что чувствую свою победу, и моя совесть говорит мне оставить его, я говорю:
— Ты такой лицемер. Мне даже не позволено разговаривать с Эваном, но для тебя совершенно нормально публично поблагодарить одну из своих шлюшек за оказанные услуги? Ты жалкий трус. Если ты закончил со мной, Спенсер, будь мужиком и скажи об этом. Уверена, я переживу.
Не могу стоять здесь и продолжать смотреть на его угрюмое лицо; он вызывает у меня отвращение. Неуклюже продвигаясь мимо него, я иду в сторону женского туалета.
Некоторое время спустя я слышу звук открываемой двери, а затем девушка из соседней кабинки открывает дверь и издает удивленный возглас.
Я натягиваю юбку и стою рядом с дверью некоторое время, ожидая, когда девушка закончит использовать сушилку для рук и уйдет. Когда слышу, что дверь сначала открывается, а за тем закрывается, неохотно отодвигаю задвижку и открываю дверь.
— Чего ты хочешь, Спенсер? — вздыхаю я.
Он прислоняется к раковине, наблюдая за мной. Что-то мямлит, но я практически ничего не слышу.
— Что? — огрызаюсь я.
— Я сказал, — он отталкивается от раковины и идет в мою сторону, — Я. Не. Закончил. С. Тобой, — заканчивая, он достигает порога кабинки и обхватывает мое лицо ладонями; крадет обжигающий поцелуй, прежде чем я начинаю сопротивляться. Он заталкивает меня обратно в кабинку, ногой пинает дверь, и меня вдруг настигает клаустрофобия. Мне необходимо выбраться. Он кусок дерьма, но поглаживания его языка достаточно, чтобы ослабить мои колени. Мне нужно уйти от него. Он недостаточно хорош для меня.
Отталкивая его и хватая ртом воздух, мне удается убрать его руки от моего лица и отпихнуть его.
— Отстань от меня!
— Ты снова собираешься играть в эти игры? Я хочу тебя, Джаз, как же так? Может, я трус, но я признаю это. Я хочу тебя.
Черт, он только что назвал меня по имени.
— И посмотри на себя, — продолжает он. — Ты также хочешь меня, твое тело умоляет об этом, — он протягивает руку, чтобы притянуть меня к себе.
Осознавая, что моя грудь быстро поднимается и опадает, а все тело выдает желание, я игнорирую его и выпаливаю:
— Больше это не игра. Мне не нужно это. Ты и твой «ангел» можете иметь друг друга, я не собираюсь стоять на вашем пути. Надеюсь, что она того стоит.
Все еще избегая моего взгляда, он смотрит на ноги.
— Ничего не было.
Я хмыкаю.
— О, пожалуйста, Спенсер, хватит. Ты забыл, я была там, в твоей частной VIP-зоне. Я видела тебя в действии. «Здесь нет никого, кроме тебя и меня, Принцесса», помнишь? Но я уверена, есть еще десятки других разговоров, которые могут всплыть в любой момент времени. Ты низок, и с меня хватит, — я пытаюсь оттолкнуть его, но он останавливает меня.
— Больше никого не было. С тех пор как я впервые заговорил с тобой.
— Чертов. Самец.
— Я не лгу, Принцесса. Никого. Я не знаю, в чем дело, но это правда.
— Ты простишь меня, если я не поверю ни одному твоему слову?
— Ты трусиха, — рычит он, внезапно меняя тактику.
— Действительно, ведь я бы с радостью ушла, но ты не даешь мне этого сделать.
Не глядя на меня, он отходит в сторону.
Я подхожу к двери и останавливаюсь, оглядываясь на него. Он смотрит на меня и выдыхает:
— С Би ничего не было. Ни с кем не было.
— Конечно.
— Она просто друг.
— Ага, ясно. Я видела тебя в твиттере меньше чем через две минуты после того, как ты стоял передо мной. «Спасибо за прошедшую ночь, ангел». Меня от тебя тошнит.
— Она — мой парашют, — бормочет он.
— Твой что?
— МОЙ ПАРАШЮТ! — кричит он.
— Какого черта это значит?
— Это значит, что она — старый друг из моего родного города, и когда происходит кое-что… — он сглатывает. — Когда происходит что-то, с чем я не справляюсь, я тяну за кольцо, и она спасает меня.
— Да? — серьезно, я понятия не имею, о чем он говорит.
— Все, что мне нужно сделать, этот написать ей твит «спасибо за прошлую ночь», и она отвечает что-то подходящее, что повышает настроение. Это помогает мне быстро положить конец некоторым ситуациям, когда их слишком много.
— Ситуациям?
— Женщины. Ясно? Когда с женщиной становится слишком проблемно, она помогает мне избавиться от нее.
Могу отметить, что в данный момент он не гордится этим, но мне плевать. Я не могу поверить в то, что слышу.
— Ты ненормальный, знаешь это? Думаешь, что у тебя есть божественное право делать то, что нравится, только потому, что какая-то девушка причинила тебе боль?
Выражение его лица бесценно. Словно я воткнула нож ему в грудь. Но я не делала этого. Я едва ли разогрелась.
— О, да, я знаю об этом. Но никто не разобьет тебе сердце, Спенсер, потому как у тебя его нет. Ты просто был в шоке о того, что есть женщина, которая смогла устоять перед тобой. Ну, экстренное сообщение: их больше одной, — качая головой, выскакиваю из туалета и возвращаюсь в бар, оставив его в тишине.
— Давайте закажем текилы, — обращаюсь ко всем и никому в частности, когда возвращаюсь к своей компании.
Мэгс бросает в мою сторону хмурый взгляд, и я качаю головой, говоря ей «Нет, я не хочу это обсуждать, и нет, ничего страшного». Забираю свое вино и выпиваю его, ожидая бармена. Здорово, я буквально думаю о том, чтобы напиться из-за него. Потрясающе.
Вообще-то прямо сейчас меня ничего не заботит, я просто хочу забыть его.
На другом конце бара слышны громкие тосты, когда Спенсер и его друзья выпивают по шоту текилы, или что там они сейчас пьют. Спенсер смеется со своими друзьями, словно ничего и не случилось.
Козел.
Три текилы спустя я смотрю в его сторону, и он также смотрит на меня. Это длится всего лишь мгновение, а затем он возвращается к тому, над чем они смеялись.