- Откуда ты знаешь? Ты же спишь.
- Могли бы мы вернуться к основной теме, пожалуйста?
- Где проходит эта семейная встреча?
- В этом году мы едем в домик в Вирджинии. В первый день будет пикник в парке. Это будет неофициальная встреча. Это, вероятно, продлится весь день. На следующий день будет мяч и ужин. После этого мы прокатимся на яхте, чтобы посмотреть фейерверк.
- Мы останемся в том доме?
- Нет. Моя тетя Ребекка предложила некоторым из нас остаться с ней. Моя мама, несколько моих кузин, и я – …. – Она замолчала, понимая, что, если она возьмет Ашера с собой на встречу, она не могла попросить для мужа отдельную спальню. – О, черт.
Ашер рассмеялся, и этот его хриплый смех, прошел через неё. Она сжала колени крепче:
– Эш, между нами ничего не будет. Вбей это в свою упрямую черепушку прямо сейчас. Я не соглашалась на то, чтобы быть твоей последней любовницей.
- Что? Я не сказал ни слова.
Он встал и потянулся, показав свой голый живот, она сглотнула. У него было правильное количество волос на груди. Не много, чтобы он напоминал обезьяну, но достаточно, чтобы она знала, что он был мужчиной. Как по ней, так его улыбка была слишком довольной.
- Увидимся утром.
Глава 5
Трехэтажный кирпичный особняк его отца, где он жил со своей женой Терри не был тем домом, в котором Ашер вырос вместе с родителями. Дэвид Холлистер продал дом в Гринвилле, во время последнего года обучения Ашера в колледже. Ашер был не в восторге от этого, но после всего дерьма, что на него вывалил его отец, он не стал возражать. Его отец, наконец, пытался продолжить свою жизнь, живя в трауре с момента ухода матери Эша, Джоанны. Не то, чтобы Эш видел траур своего отца. Он был эгоистом и очень злым подростком. В то время как он решил не показывать свое горе, он стал ещё более плохим, и его отец замкнулся в себе. Это сделала Ашера только злее. Ему казалось, что отец не заботился о нем. Но как бы он себя не вел, или, когда набрасывался на своего отца в гневе, тот не реагировал ничем, кроме терпения.
Только в ночь автокатастрофы он, наконец, толкнул отца за край. Он все ещё помнил, как отец кричал на него, когда он лежал на больничной койке со сломанной рукой. Слезы наполнили его глаза, когда отец, наконец, отчитал его за это поведение. Дэвид не сказал ни слова о новом BMW, который невозможно было восстановить.
- Мы оба потеряли твою мать. Мы не можем так же потерять и друг друга. Я не смогу пережить это, Эш. Это шанс для тебя перестать вести себя как ребенок и повзрослеть. Твоя мать не хотела бы этого для тебя.
Эшу был двадцать один год. В этот момент, он, наконец, понял, насколько его отцу было больно. Но он держал себя в руках, потому что его внимание было сосредоточено на оказании помощи Эшу. После того, как Эш выписался из больницы, он впервые попытался бросить курить. Он начал курить в шестнадцать лет из вредности. Он был зол на мать, потому что она умерла от рака, на отца за то, что тот казалось, не разваливался, и на Бога за то, что забрал его мать. Его мать ненавидела курение. Её собственный отец был курильщиком и умер от рака легких. Она не курила ни дня в своей жизни, но умерла от рака молочной железы.
Он пытался бросить курить снова и снова, но каждый раз терпел неудачу. Только комментарий Ариадны о его машине, помог ему наконец-то избавиться от этой привычки.
Терри встретила его в дверях с теплой улыбкой и приветственным объятием. Терри не была похожа на его мать. Его мать была прекрасной со светло-зелеными глазами такого же оттенка, как его собственные. Высокая и стройная, она была моделью в юности. Терри была низкая и пышная, но казалась моложе своих пятидесяти лет. Она стригла свои темные коричневые волосы на уровне ушей, а волосы его матери никогда не были короче, чем до талии. Иногда Ашер задавался вопросом, выбрал ли его отец Терри, потому, что она была полной противоположностью.
Какими бы ни были его мысли, Ашер не думаю, что его отец мог бы найти более идеальную жену. Терри потеряла мужа также из-за рака. Эти двое познакомились в группе поддержки и стали хорошими друзьями. Терри была по-настоящему добрая женщина, и она сделала его отца счастливым.
- Ты как раз к обеду, – сказала Терри, когда отпустила его. – Я не знала, что ты дома. – она воспользовалась моментом, чтобы внимательно рассмотреть его, пока закрывала дверь. – Загар – фантастика. Как твои друзья? Все хорошо?
- Они великолепны. Тэд и Эрика думают о детях.
- Это замечательно. Твой отец будет так ревновать. Ты знаешь, как он хочет внуков.
Он последовал за ней через дом:
- У него есть Лиззи и Эбби.
Терри улыбнулся:
– Очень приятно, что говоришь так, но ты, же знаешь, что это - не то же самое.
Лиззи и Эбби были детьми ее дочери Тары, от её бывшего мужа. Правда, они не родные внуки его отца, но он относился к ним, как будто они были его.
– Где папа?
Он в гостиной с Тарой и детьми.
Это дало ему пищу для размышления, но он предположил, что это было к лучшему. Он мог бы рассказать всем сразу. Гостиная была самой неофициальной комнатой в доме. Там были удобные диванчики, большой телевизор с плоским экраном, а также уголок, в стороне, заполненный игрушками для детей. Когда они вошли, девочки играли с куклами, в то время как Тара и его отец обсуждали его политических конкурентов.
- Сегодня воскресенье, – прервала их Терри. – Дай ему отдохнуть. Вы можете поговорить об этом завтра.
Его отец поднял взгляд.
- Эш, – сказал он, поднимаясь, чтобы приветствовать его. – Я не знал, что ты вернулся.
- Прошлой ночью, – ответил он, обнимая отца. Как только отец отступил, его ноги атаковали две крошечные девочки, повторяя его имя снова и снова. Одной было пять, а другой четыре. Он подхватил их обеих и стал крутить их туда и обратно. Они захихикали. Он потребовал поцелуи от каждой из них, прежде чем они вернулись к своим куклам.
- Эш, – мягко сказала Тара, приветствуя его поцелуем в щеку. В то время как ее мать была полноватой, Тара была очень худой. Две женщины на самом деле имели очень мало общего. Тара покраснела и поправила волосы, так что единственное, что у них было общего, исчезло. Эш подумал, что это был позор, так как Терри излучала естественную мягкость и доброту, что привлекала людей. В то время как у Тары была хрупкая красота, которую она любила подчеркнуть, выглядя очень женственной, но пряча под этим, он знал, твердую сталь. Она была коварной, интригующей сучкой, хорошо скрывающей это, пока однажды он не узнал её лучше. Это делало её идеальным менеджером для кампании его отца, но Ашер не имел никакого намерения завести интрижку с ней.
Он знал, что в один момент, она положила глаз на него, как на потенциального мужа. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что у него нет тех амбиций или стремлений, которых она хотела в муже. Проще говоря, он был бездельником, поэтому она была обеспокоена. Когда она переехала, он не мог быть счастливее. С момента её развода прошел год, и он заметил, что она снова заинтересовалась в нем. Он до сих пор не стал более амбициозным или управляемым, но он, по крайней мере, повзрослел, так что в последние несколько лет его не нужно было вытаскивать из тюрьмы. Ох, и он был богат. Нельзя недооценивать привлекательность денег.
- Солнце хорошо на тебе отразилось, – продолжала она, прижав свою руку к его груди.
Он снял её и занял место в одном из одиноко стоящих креслах, чтобы убедиться, что она не может сесть с ним.
- Спасибо.
- Как Тед и Эрика?
- У них все хорошо, – он помолчал. – Как и у Ари. Я попросил её выйти за меня замуж.
- Что? – пришел недоверчивый вопрос от трех взрослых в комнате. Они смотрели на него с открытыми от изумления ртами. Эш ничего не мог поделать. Он засмеялся, пока они не присоединились к его веселью.
- Ты шутишь так? – спросила Тара.