Ее дыхание прервалось.
— Я не хотела тебя любить, – горестно прошептала Шерра. – Но когда впервые увидела спустя годы, то поняла, что никогда и не прекращала. – Она покачала головой и продолжила усталым голосом. – Я никогда не переставала любить тебя, Кейн. Независимо от того, как сильно пыталась.
— Шерра, я не позволю тебе уйти. Никогда снова. – Кейн крепче прижал ее к себе, накрывая одеялом, когда она вздрогнула от ночной прохлады, и укутывая в кокон из одеяла и собственного тела. – Просто держись за меня, малышка. Я с тобой. Я всегда буду рядом.
Он почувствовал, когда она провалилась в исцеляющий сон. Ее тело медленно расслабилось в его руках, голова удобно легла на плечо, и Кейн взмолился, чтобы раны в ее душе начали, наконец, затягиваться.
— Я люблю тебя, котенок, – прошептал он, закрывая глаза и уплывая в сон. Нежный, заживляющий сон, свободный от боли и демонов, и на этот раз без преследующего его возбуждения, которое насмехалось над ним в течение очень многих лет.
Шеррa проснулась c чувством сладкой неги, которого никогда не ощущала раньше. Даже после того первого раза с Кейном, она не испытывала подобного, не знала этого чувства насыщения и полной удовлетворенности. Его сильные и теплые руки обнимали ее всю ночь, а звук его сердцебиения, отзывающегося эхом в ее ухе, успокаивал, умиротворял.
Не было никаких кошмаров, никаких демонов, которые еще недавно вползали в сознание по ночам. В руках Кейна они ей не страшны.
— Не спишь? – Его сонный голос звучал грубо и сексуально. Эта хрипотца послала озноб по ее спине, и зажгла пламя между бедрами.
— Не сплю, – лениво улыбнулась Шерра, облизав воспаленную метку на его груди.
Рана была чувствительной. Шерра ощутила дрожь ответа, когда мускулы Кейна напряглись, а простыня начала натягиваться из-за возбуждения.
С выражением преувеличенного любопытства Шерра приподняла легкое покрытие и уже с горячим удивлением наблюдала за его растущей эрекцией.
Она хоть раз уделила время, чтобы действительно рассмотреть его мужскую гордость?
Сорвав с Кейна простыню, Шерра сползла вниз по его телу, пока ее голова не оперлась на его твердый пресс, и зачарованно наблюдала медленное восстание сочной плоти. При виде темного, густо испещренного прожилками ствола и широкой головки, на вершине которой показалась жемчужная капля предсемени, стекшая вниз, у Шерры потекли слюнки.
Она провела рукой по его ноге, затем по слегка волосатому бедру, к тяжелой мошонке. Мягко взвесила в ладони шелковистую плоть, наблюдая, как пульсирует выпуклая головка члена, пролившая еще одну каплю сливочной жидкости.
— Шеррa, малышка. – В его голосе слышалось веселье. – Не хорошо дразнить возбужденного мужчину.
— Дразнить? – она скользнула языком в ложбинку пупка, и очередная капелька пролилась на твердый живот. – Я дразню?
Шерра мягко дунула на чувствительный гребень, наблюдая, как колеблется его плоть, продолжая набухать. Он реагировал на нее. Шерру наполнило изумление. В тот первый раз, очень много лет назад, когда она только увидела Кейна, он наполнил ее чувством удивления и волнения. Все другие мужчины бледнели по сравнению с ним. И спустя годы, не было никакого другого мужчины, который бы вызывал в ней желание прикоснуться к нему здесь.
— Шеррa, котенок, – проворчал он. – Ты собираешься делать с ним что-нибудь после того, как разбудила, или будешь целый день восхищаться?
— Он достоин восхищения, – прошептала она, почувствовав, как напряглась его мошонка, наблюдая, как бьется пульс в кровеносных сосудах, густо перевивших толстую плоть. – Фактически, это зрелище заставит любую взрослую женщину глотать слюнки от мысли попробовать его на вкус, – заверила она с улыбкой, когда тяжелый член дернулся в ответ на ее слова.
— Только мысли? – спросил он напряженным голосом, и твердые мускулы его живота сжались у нее под щекой.
— Ну, намерения? – исправилась она, щелкнув языком по пульсирующей головке.
Кейн задохнулся, его руки напряглись в волосах Шерры, когда он поднял бедра, настойчиво прижимаясь раздутой плотью к ее губам. Шеррa широко открыла рот, жадно скользя языком вокруг расширяющегося гребня, облизывая и посасывая. Грубый стон Кейна был рычанием темной страсти и нужды, пославшим ее сердце вскачь, и воспламеняя ее собственную плоть.
Шерра сжала бедра, чтобы уменьшить напряжение, и сдавленно застонала от вкуса соленого семени, пролившегося в ее рот.
— Иди сюда, – резко приказал Кейн, скользя рукой по ее бедру. – Перелезай через меня, малышка, дай мне попробовать эту сладкую кису.
Пламенные волны жажды иссушали ее матку, когда она встала на четвереньки, одновременно наклоняя голову, чтобы взять больше его плоти, пока Кейн устраивал Шерру, размещая ее над собой, чтобы ее бедра заключили в плен его лицо.
Первое прикосновение языка заставило ее вздрогнуть от удовольствия. Секунду спустя она прижала свою киску к его рту, отчаянно стремясь к большему, желая почувствовать, как его язык ныряет в голодные глубины ее влагалища.
Шерра скользила ртом по его твердой плоти, нетерпеливо возвышающейся между мощными мужскими бедрами, пытаясь захватить как можно больше. Настойчивое, жадное облизывание и обсасывание ее киски привело ее в исступление, заставив утратить связь с реальностью, когда она пыталась полностью проглотить его член.
Она хотела его, всего, до последней капли семени, заполняющего рот, просочившегося в ее горло, пока Кейн высасывал из ее киски все до последней капли сливок. Шерра хотела, сейчас же. Нуждалась в нем.
Она слышала его горячие стоны, пока его голодный рот продолжал набрасываться на ее плоть. Шерра вложила в ладошку его шары, лаская, а его губы обхватили ее клитор, и Кейн протолкнул в нее два пальца. Она дернулась, насаживаясь на него, одновременно принимая глубже его член, нетерпеливо обсасывая его, пока рот Кейна свирепо поглощал ее сливки.
Ее оргазм приближался. Шерра почувствовала, как напряглась ее матка, пока пальцы массировали мошонку Кейна. Она скользила ртом по его плоти, рукой накачивая мощную длину члена. Она хотела испробовать его вкус. Нуждалась в ощущении каждой горячей порции семени, выстреливающего в ее горло.
Шерра почувствовала, как он жестче задвигал в ней пальцами. Собрав ее соки ко входу в попку, Кейн вновь протолкнул их глубоко в ее киску с одновременным и настойчивым горячим ударом большого пальца в ее задницу.
Шерра напряглась и закричала, продолжая обрабатывать его ртом, когда взорвалась в оргазме. Кейн громко застонал во время ее кульминации, ускоряя ласку пальцами внутри нее и губами на раздутом комочке клитора, и толкнулся членом глубже в ее рот, чувствуя, как напряглась его плоть, яростно пульсируя от каждого мощного взрыва семени.
Он заполнил ее рот своей эссенцией, ведя ее все выше к экстазу, пока она глотала каждую каплю его богатого вкуса, стонами прося большего.
— Достаточно. – Кейн снял ее с себя, перекладывая на кровать, но Шерра воспротивилась, прижимая его руками к матрацу.
— Нет. Еще. – Она оседлала мужчину, протираясь влажной плотью о твердый горный хребет его эрекции прежде, чем позволить широкой головке прижаться ко входу в ее киску. – Сильно, Кейн, – прошептала она, приближаясь губами к его рту, и готовясь к его вторжению. – Сильно…
Она выгнула спину, и вопль удовольствия прозвучал в тишине комнаты, когда Кейн пронзил ее, разделяя сомкнутые ткани ее плоти одним жестоким, уверенным толчком.
Не было никакой борьбы, никаких попыток сдержать растущую потребность в оргазме. Звуки хлопающей влажной плоти, лихорадочный шепот, голодные рычания и страстные крики наполнили пространство вокруг них.
Шеррa склонила голову ему на грудь, и облизала метку, которую оставила на нем когда-то, а потом – прикусила смертельно острыми зубами, чередуя с настойчивым, эротическим посасыванием сверхчувствительного участка плоти.