172. Имя Приама производится таким образом от глагола πρίασφαι (купить).
173. Об этой буре рассказывает «Илиада» (XIV, 254 слл.; ср. также XV, 26 слл.).
174. Ср. здесь же, I, 3, 5.
175. Ср.: Schol. Hom. Il. XIV, 255 со ссылкой на Ферекида (FHG I, 81). Согласно Ферекиду, Геракл перебил и сыновей Эврипила. См. также: Ovid. Met. VII, 363.
176. Ср. здесь же, I, 6, 1.
177. Метронимик Молиониды, которым звали сросшихся близнецов, сыновей Молионы, некоторые исследователи склонны считать пережитком матриархата в Элиде; сходным образом близнецы называются в «Илиаде» (XI, 709). Это не единственный пример метронимика в греческой мифологии: так, Хирон, сын Филиры, называется часто Филиридом (ср.: Pind. Pyth. IX, 30).
178. Несколько иное изложение мифа о Молионидах мы находим у Павсания (V, 2, 1). Он сообщает, что Авгий, опасаясь обиженного им Геракла, заручился поддержкой сыновей Актора и таким образом боролся с Гераклом. Но последний подстерег Молионидов у города Клеоны, когда они шли в качестве теоров на Истмийские игры. Их мать Молиона приложила все усилия, чтобы отомстить за смерть своих сыновей, и добилась того, что жители Элиды отказались участвовать в Истмийских играх.
179. Филей был тем сыном Авгия, который выступил свидетелем в пользу Геракла; см. здесь же, II, 5, 5.
180. В Олимпийских одах Пиндара (III, VI, X) нашло отражение весьма распространенное представление греков, будто Геракл явился также и учредителем Олимпийских игр: он же установил приз победителям в этих состязаниях – венок из дикой маслины, которую он привез из страны гипербореев. Согласно Геродору, Геракл воздвиг шесть двойных алтарей, стоявших в Олимпии, посвященных двенадцати олимпийским богам: ему же приписывалось основание храма Зевсу Олимпийскому (см.: Schol. Pind. Olymp. V, 10; Herodori fr. 29).
181. Павсаний не упоминает об алтаре Пелопса в своем описании Олимпии, хотя культ Пелопса в древнейшую эпоху, до того, как Олимпия стала культовым местом Зевса, играл особую роль. Олимпийские игры совершались в те времена в его честь: он считался господином священного округа Альтиса. По-видимому, в этом месте «Библиотека» имеет в виду темен Пелопса, находившийся севернее храма Зевса, обнесенный пятиугольной каменной стеной, так называемый Пелопион, который описан Павсанием (V, 13, 1). Как сообщает Павсаний, жители Элиды отдавали предпочтение Пелопсу перед всеми остальными героями в такой же мере, как Зевсу – перед всеми остальными олимпийскими богами. Магистраты закалывали Пелопсу черного барана – особо торжественную и важную жертву. Древность культа Пелопса в Олимпии подтверждена раскопками, открывшими остатки святилища Пелопса, относящегося ко второй половине II тысячелетия до н. э. Сам Геракл считался потомком Пелопса в четвертом поколении.
182. См. здесь же, II, 7, прим. 8.
183. Вторжение Геракла в Пилос (в этом мифе образ Геракла символизирует нашествие дорийцев) описано Гомером (Il. XI, 690 sqq.). Раскопки на месте древнего Пилоса обнаружили следы сильных разрушений, бывших результатом, по-видимому, вторжения завоевателей. Ср. также: С.Я. Лурье. Язык и культура Микенской Греции. М.–Л., 1957, стр. 191.
184. Ср. здесь же, I, 9, 9.
185. О ранении Аида Гераклом упоминается в «Илиаде» (V, 395). Схолиаст к этому месту замечает, что Геракл ранил Геру, которая вместе с Аидом, Аресом и Посейдоном сражалась на стороне царя Нелея. По-видимому, Аид был тем божеством, культ которого был связан с племенем Нелея (не исключено, что и в самом Нелее скрыто какое-то хтоническое божество; см.: M. Sakеllariоu. La migration grecque en lonie. Athenes, 1958, p. 50).
186. Гиппокоонт, сын Ойбала и нимфы Батии, был братом Тиндарея и Икария, которых он изгнал из Спарты (см. здесь же, III, 10, 4–5), Сыном Ликимния, о котором идет речь в этом месте «Библиотеки», был Ойон (Diod. IV, 33). Сам Геракл в сражении был тяжело ранен, согласно Сосибию. Ср.: FHG II, р. 628.
187. Кефей, сын Ликурга, был царем в Аркадии (ср.: Apoll. Rhod. Argon. I, 166, где указывается, что он был сыном Алея, одним из аргонавтов, братом Амфидаманта).
188. См.: Pausan. VIII, 47, 5.
189. О судьбе Авги и ее сына Телефа см. здесь же, III, 9, 1. История Телефа, незаконнорожденного сына Геракла, послужила сюжетом для многих произведений искусства (Малый фриз Пергамского алтаря, драмы Софокла и Эврипида). Этот миф можно восстановить на основании ряда античных источников следующим образом. Аркадскому царю Алею оракул Аполлона Дельфийского предсказал, что его сыновьям суждено погибнуть от руки потомка его дочери Авги. Чтобы предотвратить это несчастье, Алей сделал Авгу жрицей богини Афины (богини-девственницы). Однажды Геракл прибыл ко двору аркадского царя Алея и встретил Авгу в священной роще Афины. Царская дочь нарушила обет целомудрия и родила от Геракла сына, названного впоследствии Телефом. Младенца подбросили на горе Партении, а саму Авгу разгневанный Алей приказал заключить в ящик и бросить в море. Волны долго носили его по морю и прибили в конце концов к берегам Мисии. Странный предмет возбудил любопытство жителей той местности, где оказался ящик с заключенной в нем Авгой; туда же прибыл и Тевтрант, царь этой страны. Пораженный, он удочерил Авгу (или женился на ней), и та основала святилище Афины в новой для нее стране. Но в то время, как Авга обосновалась в Мисии, Геракл нашел своего сына на горе Партении (на сохранившейся части барельефа Малого фриза Пергамского алтаря показан мощный герой, опирающийся на свою палицу со свисающей с нее львиной шкурой: у ног его сидит малютка Телеф, доверчиво положив руку на тело львицы, вскормившей его своим молоком). Геракл признал своего сына и передал его на воспитание аркадскому царю Кориту, соседу Алея. Там мальчик приобрел друга, которого звали Партенопей. Когда Телеф вырос, сбылось предсказание, данное оракулом: в одном из сражений он перебил сыновей Алея, братьев своей матери. Чтобы смыть с себя скверну, Телеф вместе со своим другом Партенопеем отправился в Мисию; согласно другому варианту традиции (см.: Hyg. Fab. 99, 100), Телеф отправился в Мисию на поиски своей матери, в соответствии с полученным им предсказанием дельфийского оракула. Находясь в Мисии, Телеф обещал царю Тевтранту оказать помощь его стране против врага – Идаса, сына Афарея. За это Тевтрант обещал сделать его царем Мисии и выдать за него Авгу. Снаряженный Авгой, Телеф выступил в поход и одержал победу над Идасом. Когда настал срок и Телеф должен был получить обещанную награду, Авга, выданная за Телефа, обнажила в брачном покое против него меч, не желая принадлежать никому после Геракла. Однако ее намерению убить Телефа помешала Афина, впустившая в брачный покой Авги огромную змею. Испуганная Авга оставила свое намерение, но тут же Телеф кинулся к ней с целью ее убить. В страхе Авга призвала на помощь Геракла: так Телеф узнал, что Авга является его матерью.
Выполнимой оказалась лишь вторая часть обещанной награды, и Телеф стал царем Мисии. На его страну напали греки. В сражении Телеф одержал над ними верх и прогнал их до самого морского берега. Однако Ахиллес сумел повернуть вспять войско Телефа; последний запутался в винограднике Диониса, и Ахиллес тяжело ранил его в ногу. Так произошло знакомство Телефа с греками, и те стали приглашать его принять участие в походе против Трои, но Телеф отказался, так как был женат на дочери царя Приама Астиохе. Так как его рана оказалась неизлечимой, Телеф отправился в Аргос, чтобы принять лечение от того, кто его ранил (как ему предсказал оракул Аполлона Ликийского). Аргивяне, однако, медлили с лечением, и тогда Телеф схватил младенца Ореста и побежал к алтарю, угрожая его заколоть. В конце концов Ахиллес вылечил Телефа, соскоблив ржавчину с наконечника копья и дав ему выпить сделанную из этой ржавчины настойку. Исцеленный Телеф посвятил Дионису храм, чтобы с ним примириться. Миф о Телефе, имевший самые разнообразные варианты, послужил сюжетом для пьесы Софокла «Мисийцы» и Эврипида «Телеф»; См. здесь же, Э III, 17.