Лорку вдруг охватил азарт первооткрывателя, и мысли ее побежали с необыкновенной скоростью.
-Интересно, а сохранилась ли у потомков кинокефалов эта примечательная особенность – песья голова? Или они эволюционировали и теперь являются обладателями самых обычных, человеческих, голов? Скорее всего, это так… – думала она, – Потому что в наше время, очень падкое до всяких сомнительного рода сенсаций, не проскользнуло ни одного сообщения о том, что кто-нибудь видел подобное существо! Или звериные головы у них теперь то появляются, то исчезают, как у оборотней? Вот бы на это посмотреть!
И девушка фыркнула, представив на своих плечах очаровательную мордашку спаниеля с кудрявыми длинными ушами и томными карими глазами. Или нет… Лучше хаски! Ей всегда очень нравились холодные голубые глаза этих удивительно элегантных лаек! Вот было бы здорово! Все окружающие в полном шоке!
-Тогда-то бы уж точно никто не стал приставать ко мне с пошлыми любезностями! – усмехнулась она, – Бежал бы прочь, роняя тапки!
Потом выключила ноутбук и страдальчески сморщилась.
Голова у нее снова резко разболелась, и Лорка решила все же поехать в парк. Было у нее там одно заветное местечко… И, что самое приятное, народа в том местечке практически никогда не было.
Машина ее стояла в родительском гараже, и пользовалась девушка ею крайне редко, чтобы не засвечиваться. Дело в том, что с шестнадцати лет, с тех самых пор, как умерла бабушка, оставив ей в наследство скромную однокомнатную квартиру, Лорка предпочитала жить одна, невзирая на явное недовольство родителей.
Бабушки ей очень не хватало. Ведь девочка фактически выросла на ее руках, пока родители занимались своими делами и делали карьеру. Она-то бы уж точно нашла для внучки нужные слова. Подбодрила, успокоила, подсказала, что делать! А от любимых родителей кроме нотаций и головомоек ничего путного не дождешься! От острой жалости к себе, Лорка даже всхлипнула.
Вообще-то полное имя Лорки было Лорелея.
Ну, не повезло бедному ребенку, что поделаешь! Папа ее, преуспевающий адвокат, имя которого хорошо знали не только в нашей стране, но и за ее пределами, был большим любителем и знатоком немецкой литературы. А «Сказание о Лорелее», на горе единственной дочери, было его самым любимым произведением… Вот и носила Лорка гордое имя героини немецкого эпоса уже целых девятнадцать лет, периодически чертыхаясь и проклиная папулину привязанность к сказаниям вообще и немецкой литературе в частности.
Лорелея Дмитриевна! Как звучит, а?! С ума можно сойти!
Поэтому лет эдак с семи девочка потребовала называть себя просто Лорой. И ничто на свете не могло заставить ее откликнуться на полное имя. Даже папа в конце концов смирился с неизбежным и стал называть упрямую дочь так, как она того требовала.
Ее мамуля Элеонора, от которой девочка унаследовала редкую красоту, была ведущей актрисой городского драматического театра. Она безмерно обожала своего умного супруга и всегда была в полном восторге от всех его идей, включая экзотическое имя единственной дочери. Играла Элеонора не только на сцене, но и в жизни.
Правда, дома она играла экспромтом, без предварительных и генеральных репетиций. В результате чего жизнь в их семье тоже носила характер театрализованного действа. В жизни матушка играла сразу несколько ролей, и все их Лорка знала наперечет. Вот они:
1. Роль Очень красивой блондинки.
2. Роль Супруги преуспевающего адвоката.
3. Роль Идеальной хозяйки дома.
4.Роль Заботливой матери несмышленой еще дочери.
5. Роль Умной и снисходительной матери той же дочери.
6. Роль Современной и понимающей матери теперь уже взрослой дочери.
Причем, три последние роли менялись в зависимости от ее настроения и ситуации, под которую в тот момент подпадала Лорка.
Но в последнее время все чаще и чаще озвучивалась новая
7. Роль Возмущенной матери.
Ибо матушка была крайне недовольна образом жизни своей единственной дочери, считала его порочащим честь семьи, и неоднократно высказывала это дочери в очень изысканной форме. Надо сказать, что сама Элеонора, хоть и родилась в каком-то глухом медвежьем углу в Сибири, но имела дворянские корни и была воспитана в лучших традициях русского дворянства. Как на сцене, так и в жизни матушка всегда вела себя одинаково безукоризненно.
Одним лишь вскользь брошенным взглядом или надменно вздернутой в притворном недоумении бровью Элеонора могла поставить на место зарвавшегося хама и повергнуть в трепет любого осмелившегося сказать ей что-то против. Проштрафившийся субъект сразу сникал, как увядший лютик, и начинал что-то беспомощно лепетать в свое оправдание.
А о том, как виртуозно она умела манипулировать людьми, заставляя всех плясать под свою дудку, в городе ходили легенды. Третий год не смолкали восторги по поводу того, как за десять минут визита к мэру, не прилагая особых усилий и мило улыбаясь, Элеонора выбила у него трехкомнатную квартиру для молодого и очень перспективного актера их театра. Вместе с женой, больной тещей и двумя детьми тот жил в шестиметровой комнате в общежитии и был близок к помешательству. Новая квартира спасла молодого актера в буквальном смысле этого слова.
Причем, мэр после ее ухода долго еще сидел в кресле с блуждающей по лицу блаженной улыбкой и пытался понять, ЗАЧЕМ он это сделал. Но так и не пришел ни к какому выводу…
Как Элеонора все это проделывала, было совершенно непонятно. Но отказать ей никто не мог. Злые языки поговаривали, что она владеет гипнозом, совсем как Вольф Мессинг, и пользуется этим, чтобы получить желаемое. Слушая со скучающим видом такие сплетни, приносимые ей в клювике доброжелателями, Элеонора только безмятежно улыбалась. К жизни она всегда относилась философски…
Кстати, недовольство матери Лорка считала вполне справедливым, потому что просто обожала «дразнить гусей»! Видно, сказывалась кровь матери-лицедейки! А что еще оставалось делать бедной девочке, если скука заедает? Папа постоянно в разъездах. Мама тоже всегда занята. А энергия у ребенка бьет через край! Ну, и творила Лорка все, что Бог на душу положит. А подкидывал Он ей на душу иногда что-то ну совершенно непонятное! Вот и приходилось ей домысливать самой, что со всем этим делать... А домыслы Лорки, судя по конечному результату, иногда очень далеко отходили от первоначальной идеи Творца…
И потому родители часто бывали недовольны поведением дочери. Но это так, к слову…
А вот до парка Лорка добралась только в час дня. Припарковав машину, она устремилась к заветной полянке, любуясь по пути природой в ее почти первозданном виде, потому что так называемый парк был всего лишь облагороженной частью территории очень старого соснового бора. И первое, что увидела страдалица, дойдя наконец до своего любимого места, была мощная мужская фигура, нахально развалившаяся в траве прямо под ее любимым кустом каприфоли!
Нормальных вариантов поведения у любой девушки было два.
Первый. Найти другое место.
Второй. Плюхнуться неподалеку, наплевав на непрошенного гостя, и попытаться все же хоть немного расслабиться.
Но Лорка к своему несчастью нормальной девушкой не была...
И, раздраженная непредвиденной помехой, она выбрала третий, как выяснилось чуть позже, чреватый непредсказуемыми последствиями вариант. Видно, главою девушка все еще была очень скорбна. Не помогла ей, выходит, таблетка! Недолго думая, она положила руку на плечо спавшего, судя по всему, сладким сном парня и, нацепив на лицо лучшую из своих улыбок, сказала:
-Простите! Не могли бы Вы…
И тут вдруг из-под руки на нее с рыком вызверилась оскаленная звериная морда!
Дико взвизгнув от неожиданности, Лорка резко отпрянула и, не удержавшись на ногах, села на землю. Упираясь сразу руками и ногами и не сводя перепуганных глаз с лежащей на траве фигуры, она стала быстро отползать в сторону, совершенно не соображая, что делает.
Напугавший ее парень вскочил, встряхнулся, совсем как собака, и уставился на Лорку. Она узнала его сразу. Это был Рик, ее новый знакомый. Тот самый добродушный синеглазый гигант, с которым она вчера вечером так невежливо обошлась.