Сергей развернулся и по своим меткам довольно быстро вернулся к автомобилю. Перекусил, попил водички, отдохнул и отправился на восток. Результат был такой же, как и в прошлый раз: никого и ничего. Проехать на автомобиле и в эту сторону было невозможно.
"Сегодня ещё успею сходить на запад, а уж завтра — на север. И так по лесу брожу более пяти часов. С непривычки ноги заболели."
Пройдя около часа в западном направлении, Сергей пересёк две звериные тропы, идущие в юго-западном (северо-восточном) направлении на расстоянии сто — сто пятьдесят метров друг от друга. Он решил, что в той стороне находится водоём, к которому лесные обитатели ходят на водопой. Опять возвратился к автомобилю. Ноги гудели. Сергей откинул передние и задние сидения, сделав вполне приличную лежанку, и улёгся. Надо было выработать хоть какой-нибудь план.
"Уже смеркается. Спать буду в автомобиле. Здесь вполне безопасно. Устал сегодня жутко. Давно не имел такой физической нагрузки. Больше ничего делать не буду. Только поем на ночь. Завтра с утра провожу полную ревизию "плюшек", имеющихся у меня с собой. Потом — марш-бросок на север. Причём иду как смогу далеко. Надо понять, что там за война такая идёт. После этого уже определяюсь с целью и задачами на первое время."
К сожалению, произведённый утром осмотр имущества, которым располагал Сергей, не давал повода для радости. Кроме рабочей одежды, которую он уже надел для похода в лес, имелись только джинсы, рубашка в клетку, шерстяной серый пуловер, плащ и кроссовки, в которых он отправился на встречу с Павлом.
В бардачке автомобиля находился маленький планшет Apple iPad Mini 2, который использовался Сергеем для хранения подробных карт европейских стран, где ему приходилось часто бывать по работе, планов городов и геофизических карт местности, скаченных из интернета. Значительный объем памяти предназначался для хранения популярной музыки, словарей и книг. Планшет был очень удобен своей большой встроенной памятью (128 Гб) и мощным аккумулятором. Поскольку этот планшет считался "детским", то обладал повышенной прочностью. Конечно, он не мог конкурировать с ноутбуком, оставленным в гостинице, но являлся неплохим подспорьем для выживания.
Рядом с планшетом также лежали: газовая зажигалка, маленький светодиодный аккумуляторный фонарик с динамо-машинкой для подзарядки и разъёмом для подключения телефона для этой же цели в случае необходимости, мультитул, упаковка синей изоленты и серебряная стопка — тоже чей-то подарок.
В багажнике, кроме запасной канистры с бензином и чемоданчика с инструментами, лежала его небольшая старая кожаная сумка, набитая различным барахлом, просто переложенная им из старой машины. У Сергея всё не доходили руки навести порядок и выбросить лишнее. В ней оказались автоаптечка, пачка нитяных рабочих перчаток, две пачки патронов для его Вальтера по пятьдесят штук в каждой, капроновый трос длиной около десяти метров и моток толстой медной проволоки. Отдельно лежал большой кусок брезента и ветошь, в которой он распознал старый полотняный мешок черного цвета, заляпанный масляными пятнами и краской, непонятно какими путями попавший сюда.
"Если к нему прикрепить две лямки, то выйдет неплохой заплечный мешок для переноски вещей. В походе он просто необходим: руки свободны и всё нужное при себе. Надо его обязательно сделать."
Больше ничего интересного в автомобиле не было, кроме футляра с металлоискателем и запасного колеса.
В джинсах и плаще были его портмоне с документами, деньгами и банковскими карточками, кошелёк с мелочью. Маленький мобильник, имеющий только функции телефона и фотоаппарата, находился в кармане рабочих брюк. Сергей не любил таскать в карманах лишние тяжести.
Еды оставалось не более чем на два дня и то при экономном её расходовании. Воды — половина полулитровой бутылки из-под минералки.
"Для однодневного похода на север еды хватит. Водой надо запастись по дороге. Сейчас займусь изготовлением мешка".
Используя медную проволоку и отрезанные от мотка капронового троса куски для лямок и завязок горловины мешка, Сергей за полчаса смастерил вполне крепкий и удобный вещмешок. Спрятав в него пустые бутыли из-под минералки, остатки еды, пачку патронов, кусок брезента и остатки от мотка капронового троса и закинув его за спину, он посчитал, что готов к походу на север в сторону предполагаемых военных действий.
В один карман плаща он положил пистолет, в другой мультитул, и, держа в одной руке топорик, а в другой полутораметровую палку, с висящим на шее мобильником он отправился на север.
Лес в сторону севера был более проходим, чем там, где уже побывал Сергей.
"При большой нужде и мой автомобиль здесь можно протащить: где волоком, где сам пройдёт. Только бы болот не было."
Пока по этому лесу идти было просто приятно: валежника было мало, упавших деревьев тоже. Ручьи и болота не встречались. Количество лиственных деревьев увеличилось.
Канонада явно усилилась. Метрах в ста впереди справа Сергей заметил какое-то сооружение. Он сразу остановился и огляделся. Вокруг — никого. Было видно, что это деревянный дом, заброшенный, с упавшим вокруг него забором, провалившейся крышей и зияющими провалами вместо окон и двери. Рядом стоял сарай такой же неприглядный, но с целой крышей. Дверь в него была подпёрта палкой. Все подходы к дому и сараю заросли высокой травой. Никаких протоптанных тропинок к ним не было. Только к упавшим воротам с севра подходила еле видная узкая дорога метра три шириной, уже начавшая зарастать кустарником.
"Интересно, что это такое? Дом лесника, что ли? И уже заброшен не менее десяти лет назад. Тут должен быть или колодец, или ручей: жильё без воды рядом не строят. Надо всё вокруг осмотреть."
Сергей осторожно, постоянно оглядываясь, направился к дому, стараясь держаться за растущими вокруг деревьями. Метрах в двадцати от дома набрёл на потемневший от времени деревянный крест, воткнутый в небольшой холмик. К нему была прибита деревянная дощечка с какими-то цифрами и буквами. Прочитать было ничего невозможно.
"Цифры — арабские, а вот буквы — непонятно какие: вроде отдельные на славянские смахивают, и готика есть."
Сергей пошёл к дому. Упавший забор местами лежал на земле, а кое-где ещё держался на полусгнивших кольях, сильно наклонившись. Заходить в дом он пока не стал: надо было всё осмотреть вокруг.
За домом раньше был огород. Не менее десяти широких и длинных грядок, заросших травой, обрамлённых сгнившими досками, утыкались в задний торец дома. Рядом чернел сруб колодца. Крыша от него вместе с воротом валялась рядом. Ни верёвки, ни металлической цепи на вороте не было. Сергей заглянул в колодец: в нос ударил затхлый кислый запах. Глубина колодца была неизвестна, но до уровня воды от поверхности земли было метра три.
"Похоже, эта вода использовалась только для полива огорода. Колодец сломан варварски. Как будто кто-то на нём вымещал свою злобу."
Сразу за грядками росло несколько фруктовых деревьев. Половина из них также была порублена топором. За деревьями весело журчал ручей, наискосок пересекавший заднюю часть участка. Сергей убедился, что вода чистая и вкусная. Залил ею все пустые бутылки из-под минералки. Невдалеке около ручья валялись остатки раскуроченной баньки. Целой осталась только кирпичная каменка, да и то потому, что какая-то добрая душа обложила её со всех сторон досками от развалившегося забора. Не осмотренным остался сарай, которому Сергей и направился. Ударом ноги откинул палку, подпиравшую дверь. Она распахнулась наружу на каких-то ременных петлях, покачалась на них, а потом петли порвались: давно сгнили — и дверь упала. Сергей шагнул внутрь. Сарай был невелик: 4 на 5 метров, без окна. Свет, проникавший из двери, хорошо освещал его внутренности. Перегородок не было. Вдоль правой стены стоял верстак, сбитый из толстых досок, с левой стороны — пустой деревянный стеллаж, который при желании можно было использовать для сна. Пол был земляной. В углу навалом лежали ржавые железки, среди которых Сергей узнал сломанные грабли, пару сточенных лопат и ржавый колун. В середине стояла печка — буржуйка с металлической трубой, выведенной под крышу. С одного бока металл печки прогорел. Ближе к задней стенке сарая в полу зияло отверстие: толстая деревянная крышка, ранее закрывающая его, была откинута и упиралась в стенку. Сергей посветил фонариком: вниз вела крутая деревянная лестница на вид довольно крепкая. Спуститься по ней Сергей не решился.